Глава 13. Часть 1. Принцесса: «Тогда я буду содержать тебя всю жизнь»
Цзян Чжи осторожно приняла прекрасный цветок гардении.
Она хотела встретить своего маленького монаха с улыбкой, но не смогла сдержаться — её чистые, словно родник, глаза заволокло жемчужной влагой.
Стоя на повозке, она заворожённо смотрела на юношу перед собой, который немного отличался от того образа, что хранился в её памяти.
Его одежды были черны как тушь, стан прям и строен, а черты лица изящны, словно выточенные из нефрита. Длинные чёрные волосы свободно рассыпались по плечам — исчезла прежняя торжественная строгость, с какой он предстоял перед Буддой, уступив место непринуждённой вольности.
Сама того не замечая, девушка шагнула к маленькому монаху и в упоении проговорила:
— Я с самого детства гадала, каким ты станешь, маленький монах, если вернёшься в мир и отрастишь волосы.
— И вот я наконец увидела. Поистине прекрасный как нефрит суженый, о каком только можно мечтать. Я… я что, сплю?
Цинь Цзыцзюнь покачал головой, а затем вдруг смело взял нежные ручки девушки в свои и с улыбкой произнёс:
— Неужели госпоже Цзян этот скромный монах приглянулся лишь из-за смазливой оболочки?
Цзян Чжи прыснула со смеху:
— Когда я впервые увидела тебя, мне было всего десять лет, что я тогда понимала в красоте и уродстве? Да будь ты хоть безобразной пупырчатой жабой, ты бы мне всё равно нравился.
Цинь Цзыцзюнь серьёзно ответил:
— Ну уж нет, скромный монах не желает быть пупырчатой жабой.
— А вот у меня всё иначе: госпожа Цзян полюбилась мне именно потому, что очень красива.
Цзян Чжи притворно возмутилась:
— Ах вот как! Ты и вправду распутный монах, оказывается, ещё в прошлом зарился на мою красоту! Я уже начинаю жалеть, разонравился ты мне, маленький монах.
Цинь Цзыцзюнь тихо произнёс:
— Я больше не монах. Теперь меня зовут Цинь Цзыцзюнь.
— Ты сам выбрал себе это имя?
— Меня так и должны были звать изначально.
— Цинь Цзыцзюнь, Цинь Цзыцзюнь… Какое хорошее имя. Но мне всё равно нравится называть тебя маленьким монахом!
Глаза Цзян Чжи сияли подобно осенним водам, а улыбка расцвела, точно цветок:
— …Маленький монах, маленький монах, я буду звать тебя так всю жизнь.
В уголках губ Цинь Цзыцзюня заиграла улыбка:
— По правде говоря, мне тоже нравится называть тебя госпожой Цзян.
С этими словами он замер, не отрывая взгляда от девушки, которой уже исполнилось двадцать лет.
Они не виделись два года, но между ними не возникло ни капли отчуждения — как и в былые времена, они непринуждённо болтали и смеялись.
Заметив, как пристально Цинь Цзыцзюнь смотрит на неё, Цзян Чжи недоумённо спросила:
— Что такое?
Цинь Цзыцзюнь очнулся от задумчивости и негромко сказал:
— Этот наряд очень к лицу госпоже Цзян.
Сейчас на девушке были фениксовый венец и расшитая накидка поверх алого свадебного платья. С изысканным убранством на лице она казалась прекрасной небожительницей, способной своей неземной красотой покорять города — то был миг наивысшего расцвета девичьей красы.
Однако Цзян Чжи вдруг перестала улыбаться, резко сорвала с головы фениксовый венец и швырнула его на землю, позволив пышным волосам рассыпаться по плечам.
Затем она выхватила из-за пазухи короткий клинок и принялась полосовать своё алое одеяние на лоскуты.
Несравненная красавица, ещё мгновение назад готовая к замужеству, в одночасье приобрела жалкий и растрёпанный вид.
— Госпожа Цзян, что вы делаете?
Цинь Цзыцзюнь был озадачен, но останавливать её не стал.
Поджав губы и стиснув зубы, Цзян Чжи произнесла:
— Эти одежды надеты не ради тебя, маленький монах, и оттого они вызывают у меня лишь отвращение.
— Я вовсе не считаю себя сейчас красивой — напротив, уродливее я не была за всю свою жизнь, и мне страшно оттого, что ты видишь меня такой.
Цинь Цзыцзюнь понял её чувства. Помедлив мгновение, он тихо вздохнул:
— Госпожа Цзян, ну зачем тебе приносить себя в жертву и выходить замуж в государство Ци, становясь супругой тамошнего правителя?
— Да ещё и обрекать себя на то, чтобы правитель Ци переплавил тебя в пилюлю. Даже если ты пойдёшь на это, государство Янь всё равно не спасти.
Цзян Чжи оторопела:
— Маленький монах, так ты обо всём знаешь?
— Угу, наставник рассказал мне ещё несколько лет назад, просто я молчал. Как-никак это твой выбор, я не имел права решать за тебя.
Цзян Чжи надула щёки и посетовала:
— Ну и наставник Ляочэнь! Ведь обещал передать тебе то письмо через месяц, зачем же отдал раньше времени? Это же самый настоящий обман!
— Госпожа Цзян, не вини моего учителя. Он ничего тебе не обещал, а значит, и не обманывал.
— Разумеется, я не стану винить наставника, я, наоборот, должна благодарить его. Если бы не он… боюсь, я бы и впрямь разминулась с тобой и больше никогда бы тебя не увидела, маленький монах.
Цзян Чжи нахмурила тонкие брови и, слегка потупив взор, тихо проговорила:
— Маленький монах, ты, должно быть, считаешь меня слабовольной и чересчур наивной, раз я согласилась выйти замуж в государство Ци.
— На самом деле я прекрасно знаю о волчьих амбициях государства Ци. Я лишь всё это время притворялась покорной судьбе, не переча воле отца-правителя и не отвергая требований государства Ци.
— Я просто усыпляла бдительность правителя Ци и уже давно всё для себя решила: стоило бы мне ступить на земли Ци, я бы покончила с собой.
— Разве стала бы я выходить замуж за правителя Ци, да ещё и позволять переплавить себя в пилюлю?
Нежная, белая как первый снег ручка Цзян Чжи робко коснулась пальцев Цинь Цзыцзюня. Увидев, что он не отстраняется, она крепко сжала его ладонь, переплетая их пальцы.
В глазах девушки плескалась безграничная нежность, и она мягко произнесла:
— Раз уж в этой жизни я обещала себя тебе, разве могу я позволить другому прикоснуться к моему телу? Тогда бы я и впрямь оказалась бесчестной женщиной, забывшей о целомудрии.
Но тут же в её голосе прозвучала тревога:
— …Маленький монах, ты… ты ведь прирождённое Дитя Будды, перед тобой открывалось великое будущее, а ты отказался от совершенствования в буддизме. Это… точно правильно?
Цинь Цзыцзюнь улыбнулся:
— Да уж, госпожа Цзян поистине моё роковое испытание, предначертанное судьбой. Ради тебя я отказался от совершенствования, так что впредь тебе придётся меня содержать.
Брови и глаза Цзян Чжи изогнулись счастливыми полумесяцами:
— Хорошо, тогда я буду содержать тебя всю жизнь, маленький монах.
Она крепко обняла своего маленького монаха, и её хрупкое тело едва заметно задрожало.
Девушка уже не была прежней несмышлёной простушкой.
Она прекрасно понимала, сколь важно совершенствование.
Цинь Цзыцзюнь ведь мог стать великим человеком сродни легендарным бессмертным и Буддам, обрести долгую-долгую жизнь, но ради неё он отрёкся от этого пути.
Он отказался не просто от совершенствования — он раз и навсегда перечеркнул всю свою судьбу.
От этой мысли Цзян Чжи стало не по себе и даже страшно, а к счастью примешалось огромное чувство вины.
Ей казалось, что это она погубила своего возлюбленного маленького монаха.
Цинь Цзыцзюнь ласково погладил струящиеся водопадом мягкие волосы девушки в своих объятиях и тихо сказал:
— Госпожа Цзян, не кори себя, и уж тем более не грусти и не печалься.
— Это мой собственный выбор. Это я, распутный монах, не удержал монашеские обеты и не прошёл испытание Патриарха Будды.
— Угу!
— всхлипнув, отозвалась Цзян Чжи со слезами на глазах.
Внезапно вдалеке послышался топот копыт — уже по одному этому шуму было ясно, что приближается немало людей.
Цинь Цзыцзюнь мгновенно посерьёзнев, заслонил Цзян Чжи своей спиной.
Он был мастером ступени Внешнего Пейзажа, и если против него не выступит могущественный практик трёх высших ступеней, бояться ему некого.
Даже так называемое войско не стоило в его глазах ровным счётом ничего.
Разве что армия под предводительством практика одной с ним ступени могла доставить ему хлопот.
Вдалеке перед взором Цинь Цзыцзюня постепенно показались людские силуэты.
Цзян Чжи вытянула шею, вглядываясь вдаль, и изумлённо распахнула глаза:
— Это… венценосный брат?
…
На берегу реки разбило лагерь войско численностью в целых пять тысяч человек.
В самом большом шатре лагеря Цинь Цзыцзюнь встретился с наследным принцем государства Янь.
— Наследный принц!
— сложил руки в приветственном жесте Цинь Цзыцзюнь.
— Наставнику Минсяну ни к чему эти церемонии!
— поспешно произнёс старший принц, жестом предлагая ему подняться.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…