Глава 30. Глава двадцать восьмая
— есть.
Оливер Ханди. Двадцать шесть лет, первая группа крови. Родился в октябре под знаком Весов — самый обыкновенный, добродушный и серьёзный молодой человек, каких можно встретить где угодно.
С самого детства он восхищался полицейскими, которых в народе кличут защитниками справедливости, и, пережив за годы учёбы несколько поворотных моментов, сразу после окончания университета заново поступил в полицейскую академию. Отец — офисный работник, которому скоро на пенсию, мать — домохозяйка, да младший брат, на три года моложе его самого. Он прожил самую заурядную жизнь, в которой не было ничего примечательного.
Вот только полицейским он стал совсем недавно. Будучи молодым и телом, и душой, да к тому же не имея за плечами опыта, он частенько действовал импульсивно из-за несколько узкого кругозора.
Для стража порядка эта его наивность была как плюсом, так и минусом.
Пусть он и слыл крайне приятным в общении, славным парнем, но, к сожалению, совершенно не умел подозревать людей и оставался совсем ещё зелёным юнцом.
— Фух... Наконец-то кровь остановилась, — проворчал Оливер, отнимая от носа полученную салфетку и пряча окровавленный комок в карман.
Да, вы наверняка уже догадались.
Он и был тем самым молодым констеблем, которого недавно какой-то мальчишка приложил лицом о стену, жестоко отделал и вынудил выложить кучу внутренней информации.
— ...Ах, чёрт. Этот ублюдок!..
Сейчас, вспоминая облик того паренька азиатской внешности и собственное недавнее поведение, он злился и одновременно упивался ненавистью к самому себе.
Впрочем, на самом деле он негодовал даже не столько на того мальчишку, сколько с горечью осознавал собственную никчёмность.
Ему было стыдно за то, что пацан младше него вертел им как хотел, а сам он ничего не смог противопоставить.
В конечном счёте Оливер никому, даже своему непосредственному начальнику, не рассказал о том, что произошло.
Разумеется, в нормальной ситуации такого быть не должно, но у него имелись на то свои причины.
Тот паренёк назвался человеком, связанным с мафией. Точнее говоря, напрямую из его уст таких слов не звучало, однако Оливер считал, что тот практически расписался в этом.
Говоря о семье Небрина, все сразу вспоминали главных представителей теневого мира Британии, известных как «мафия с большой дубиной».
Это прозвище было переиначенной «дипломатией большой дубинки», о которой говорят и по сей день — политикой, предложенной тогдашним президентом США Теодором Рузвельтом и основанной на западноафриканской пословице: «Говори мягко, но держи в руках большую дубину, и ты далеко пойдёшь».
Небрина славились тем, что, если их не трогать, прямой угрозы или враждебности они почти не проявляют, отличаясь куда более смирным нравом, нежели уличная шпана или местные банды. Это был редкий случай, когда организацию называли даже не столько мафией, сколько всеядной бизнес-корпорацией.
Но именно поэтому в определённых кругах Британии — в частности, в той же лондонской полиции — их боялись больше всего. И причина крылась как раз в том, почему семью Небрина прозвали «мафией с большой дубиной».
Скрываясь за мягкими, истинно джентльменскими улыбками, они прибрали к рукам абсолютно все сферы жизни Британии. От оружейных компаний до крошечных галантерейных лавочек на окраинах городов. Средства массовой информации, недвижимость — без преувеличения и прикрас, они пустили корни в невероятном множестве отраслей.
И их руки уже дотянулись до верхушки полиции.
Некоторые даже шептались, что по своему влиянию они сейчас вполне могут тягаться со Скотланд-Ярдом.
Не буди лихо, пока оно тихо. Учитывая столь обширные связи, а также представляя, какими методами они были получены, невольно задумаешься, прежде чем устраивать силовое вмешательство или облаву, если речь не идёт о каком-то вопиющем и явном преступлении.
Что ж, рассказ затянулся, но Оливер, естественно, обо всём этом слышал и знал.
Слышал он и предостережения старших коллег-детективов о том, что связываться с семьёй Небрина стоит лишь тогда, когда захочется обзавестись хорошей байкой для того света.
Пусть он и защитник справедливости, полицейский, но всё же человек.
Упрекнуть в беспечности его можно было разве что за то, что он без тени сомнения принял слова того мальчишки за чистую монету. Называть его за это бездарным было бы слишком суровой оценкой.
Он промолчал и обратил всё в шутку, соврав, будто просто споткнулся и разбил нос, отнюдь не потому, что боялся выговора за свою оплошность. И не потому, что ему было лень писать объяснительную.
Просто он по-своему пытался уберечь от беды тех, кого любил — отца, мать, младшего брата и друзей, — ведь стоило ему проболтаться, и они могли пострадать.
Он был ещё совсем зелёным.
Расскажи он хоть кому-нибудь о том пареньке, и эта история, возможно, пришла бы к совершенно иному финалу.
— ...Простите, молодой человек? Господин полицейский?
Чистый, безупречный британский английский без малейшего акцента.
К нему обратился изысканный, благородный голос, словно принадлежавший какой-нибудь знатной барышне.
Повинуясь этому зову, Оливер обернулся.
Первым, что бросилось ему в глаза, стал зонт. В Британии с её переменчивой погодой не так уж много людей постоянно носят с собой зонты. Поэтому его взгляд невольно приковал к себе довольно крупный купол, полностью скрывавший фигуру обладательницы голоса.
— Я бы хотела узнать дорогу... Вы не уделите мне немного времени?
Из-за чёрной ткани зонта вновь донёсся чарующий женский голосок.
— А, да, конечно, чем могу...
Оливер невольно смутился и вытянулся в струнку.
Ему и самому показалось крайне подозрительным встретить одинокую женщину в таком глухом переулке, да ещё и глубокой ночью. Он уж было подумал, не пытается ли его подцепить проститутка или кто-то вроде того.
К несчастью, в злачных местах он ни разу в жизни не бывал, а поскольку сейчас ещё и патрулировал окрестности места преступления, где шло расследование, в голове его тут же зароились мысли о том, как бы повежливее отклонить подобное предложение.
— Ах, как чудесно. ...Тогда, может, подойдёте сюда? У меня тут карта, не могли бы вы взглянуть вместо меня?
Из-под зонта плавно выскользнула правая рука. Маленькая, совсем как у ребёнка, с нежной гладкой кожей.
Словно маня Оливера к себе, пять пальчиков соблазнительно затрепетали над ладонью.
— ...Хорошо. Если это в моих силах.
Он без колебаний шагнул к незнакомке.
К этому его подтолкнула собственная мягкосердечность — а вдруг она и правда заблудилась и попала в беду? Но в то же время он рассудил, что даже если её слова окажутся ложью и на него нападут, за счёт разницы в физической силе между мужчиной и женщиной он легко сумеет отбиться.
Он был настороже.
Вот только ему следовало подумать ещё немного дальше.
Раз одна её рука занята зонтом, в другой она должна держать карту, а значит, свободная правая рука обязана была вызвать у него подозрения.
Один шаг.
Этот самый шаг, который сделал Оливер, решил исход следующего мгновения.
Следующее, что он увидел, — густая человеческая тень прямо перед глазами. Силуэт, словно густо намазанный чёрной тушью.
Нет, не перед глазами. Это неверное выражение.
Тень находилась прямо над ним.
— ...?!
По внутренним ощущениям ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что его собственное тело валится на землю.
Однако в подобной схватке, где всё решает единый миг, это было непростительно медленно.
Когда он понял свою оплошность, его взор уже заволокла беспросветная тьма.
— Массовка-коп, спасибо за службу.
Последним, что услышал Оливер угасающим сознанием, был вовсе не тот женский голосок. Это была мужская речь на японском, принадлежавшая словно бы совершенно другому человеку.
Но, не зная японского, он так и не смог понять смысла этих слов.
⋯⋯⋯⋯⋯
Место действия — снова окрестности «Рабочего места».
Мы припарковали машину там, откуда издали просматривалось заведение.
Зевавшей толпы, разумеется, уже и след простыл, да и оцепление поредело, однако внутри всё ещё суетливо сновали несколько полицейских.
— А-ах... моё заведение, на него же теперь без слёз не взглянешь...
— произнёс мужчина, едва не разрывая зубами зажатый во рту носовой платок и проливая из своих круглых глаз слёзы в три ручья.
Его взгляд был прикован к безжалостно разгромленным руинам бара.
— Спасибо тебе, огромное спасибо за всё, что было...
Огромными пальцами он утирал бесконечно текущие слёзы.
Этот здоровяк, всем своим видом идеально воплощающий слово «мачо», оказался чистокровным японцем по имени Каматари.
По слухам, он открыл здесь, в Британии, своё дело ещё до того, как связался с семьёй Небрина. Пусть сейчас он и находился под их крылом, сам бар принадлежал лично Каматари, отчего его нынешнее положение оставалось несколько запутанным.
И не обычный законопослушный гражданин, и не полноправный член мафии — прямо как я, фигура весьма неоднозначная. Если представить семью Небрина в виде одного заведения, то я там кто-то вроде временного работника на подхвате, а он, пожалуй, потянет на управляющего залом.
— Каматари плачет. Где-то болит?
Прижавшись к его боку, в заплаканное лицо Каматари заглядывала девочка.
— Спасибочки... Да, очень-очень болит. Как вспомню, сколько всего хорошего тут было, в груди так больно-пребольно становится, так тяжко, вот и реву-у. Ой-ёй-ёй...
— В груди болит? ...Но я же ещё ни плетью, ни иголками ничего не делала?
— ...Бекки, солнышко? Послушай меня, ладно? Я сейчас не про те пытки, которые ты так любишь устраивать, поняла? Это душевная б-о-л-ь.
— ? Не очень понимаю.
Кажется, она только что сморозила что-то совершенно жуткое...
*«— Чтобы не умереть, чтобы тебя не убили. Расскажешь мне безумно интересную сказку?»*
*«— Слушай, а можно я выстрелю? Только в ногу, ну пожалуйста, дай прострелить хотя бы ножку!»*
— .........
Не буди лоли, пока оно тихо. Ага, лучше оставлю её в покое.
— ...Слушай. А он точно справится там в одиночку?
Не обращая внимания на парочку с заднего сиденья, я повернулся к сидевшей за рулём по соседству Грейси и заговорил с ней.
— Вы про Котаро и «остальных»?
— .........
Не только Грейси — любой, кто хоть немного знал эту компанию, говорил о каждой его (или её) личности так, словно это реально существующие отдельные люди.
Даже среди этих фриков он выделялся особо. Несколько человеческих судеб и характеров совершенно свободно уживались в одном теле.
Например, тут не было того, что часто приписывают раздвоению личности, — мол, пока одна личность снаружи, остальные спят. Всё увиденное и услышанное сразу становилось общим достоянием, а сами они будто бы постоянно дежурили где-то рядом.
Только я подумал: «Надо же, и такие люди на свете бывают», — как тут же вспомнил, что и сам вообще-то обитатель Бесконечного цикла.
— Они ведь тоже профессионалы. Уж простым полицейским точно не уступят.
На мои слова она ответила сухо и отрывисто. Судя по её виду, за него она ни капельки не переживала.
— К тому же они — главная ударная сила команды фриков. Честно говоря, я и сама не уверена, смогла бы одолеть их.
— Ого, вот как.
— Да. Каждая личность — профессионал с каким-то узкоспециализированным навыком, а поскольку все они собраны воедино, в конечном счёте получается универсальный боец.
— Хм-м...
Кстати говоря, когда я впервые встретил Миранду и остальных в том кафе, он ведь тоже несколько раз менял личности. Судя по всему, способность у него и правда крайне разносторонняя.
— А особенно наш Котаро-тян хорош в скрытных вылазках.
Тут в наш разговор встрял Каматари. Громко высморкавшись в платок, он продолжил:
— Ни силушки богатырской, ни навыков боевых искусств у него нет совсем, зато стирать своё присутствие, прятаться, прокрадываться куда надо и тихонько убивать — это он умеет просто блестяще.
— А-а, так вот оно что...
Значит, в тот раз я совсем не ощутил присутствия Котаро именно поэтому.
Понятно, он может выпускать наружу личность с теми способностями, которые нужны в конкретной ситуации.
Удобная штука это множественное расстройство личности, ничего не скажешь.
Впрочем, возможно, такое доступно только им одним.
— И это ещё не всё, они ведь...
— Э-э? Там ещё что-то есть?
— ...Нет, ничего. Мы слишком отклонились от темы.
— Эй, ну что за явные недомолвки! Рассказывай давай, мне же теперь любопытно до жути.
Как я ни пытался вытянуть из неё ответ, Грейси лишь тихонько хихикнула.
— Давайте отложим этот разговор на потом. Рано или поздно вы всё равно это увидите, а один раз увидеть куда проще, чем объяснять.
Едва она договорила, как эта особа, до сих пор хранившая гробовое молчание и сливавшаяся с фоном, наконец подала голос:
— ...Эй. Здесь и правда лежит то, что поможет спасти Эллен?
В салоне повисла мёртвая тишина.
Все присутствующие (за исключением Шакала, который всё ещё дрых без задних ног) переглянулись.
Она сидела, скрестив руки на груди, и, словно отчаянно пытаясь унять нетерпение, постукивала пальцем по виску.
— ...Оно обязательно должно быть там. В этом можешь не сомневаться.
Я постарался ответить как можно более категорично.
Основания так думать у меня имелись. Но стопроцентной уверенности не было.
И всё же давать ей слишком уж расплывчатый ответ мне не хотелось.
...Всё в порядке. Прежнее течение событий ещё не иссякло. Я это чувствую.
Путь ведёт именно сюда.
— Но с чего ты взял, что оно здесь? А другие места?
— Мест, где можно спрятать это, не так уж много. Если подумать о том, какое место точно известно и команде фриков, и мне, то вариант только один — здесь.
— Но туда ведь нагрянула полиция, его наверняка уже давно нашли и забрали.
— Если мои догадки верны, то нет. Не думаю, что Редж был настолько беспечен.
— Да у тебя же никаких доказательств!..
— Понимаю, — кивнул я, жестом останавливая Мэри.
— Ну, если вдруг по какой-то случайности его тут не окажется, придётся искать дальше. Даже если мы настроим против себя полицию, оно нам жизненно необходимо. Мы добудем его любой ценой, ради Эллен.
— .........
— Мы ведь уже обсудили это там, верно?
Я мягко посмотрел в её сторону.
— Давай поверим в Реджа — ладно, Мэри?
— ...Не смей звать меня по имени.
Чтобы объяснить, почему здесь оказалась даже Мэри, не входящая в команду фриков, и что вообще представляет собой «оно», придётся отмотать время немного назад.
⋯⋯⋯⋯⋯
— Охо-хо, заговорил прямо как главный герой. Крутота-а.
Вернёмся немного в прошлое, в дом Болдмана.
Первым на мои слова отреагировал Котаро.
— Так, тебя ведь Айкава зовут, да? Спасти Эллен? ...А что, звучит неплохо. Вызволить захваченную врагами девчонку — сюжет хоть и заезженный, но это настоящая классика. А я не то чтобы ненавижу истории, которые называют классическими или шаблонными.
От его недавнего равнодушия не осталось и следа — теперь он широко ухмылялся. Женская внешность в сочетании с мужским голосом, грубоватой манерой речи и чисто пацанской ухмылкой производила жутко странное, противоречивое впечатление.
Ответ Котаро оказался полной противоположностью тому, чего я ожидал: я-то думал, он сразу встанет в позу, мол, сопляк тут умничает, так что реакция меня откровенно удивила.
Однако...
— ...Вот только ты, парень, ни черта не понимаешь, что это вообще значит.
Веселье вмиг слетело с его лица.
— Допустим, сделаем тебе огромную скидку и представим, что всё сказанное тобой — чистая правда. Тогда выходит, что наши враги — вся Пятёрка лучших разом. Четверо толстосумов, чья власть почти равна власти Максимилиана, да ещё и Джеуро почему-то прицепом идёт.
Чётко и размеренно он принялся обрисовывать наше нынешнее положение.
— А что у нас? Босс при смерти с тяжелейшими ранами, его дочка похищена. Осталась лишь кучка подчинённых без начальства, которые того и гляди пойдут по миру... И что ты предлагаешь с этим делать?
— .........
— Между наглым бахвальством и благородным порывом грань тоньше папиросной бумаги. И к чему относится твой нынешний трёп, поймёт даже карапуз, который ещё в церковь ходить не начал. В этом мире есть табу, к которым даже прикасаться нельзя. Непреодолимые, подавляющие своей мощью силы. Спасти Эллен — невозможно. Давай уж отличать аниме от реальности, а, господин главный герой?
Что ж, как я и думал, так просто услышать от них «а, ну да, всё понятно» не выйдет.
На самом деле в его словах есть резон.
...Ну, тогда ничего не поделаешь.
— ...Ни то и ни другое.
— Ась? Ты о чём вообще?
Я затащу вас на свою сторону, чего бы мне это ни стоило.
— Ни о чём особенном — просто сейчас я всего лишь проводник. Если говорить твоими словами... главный герой тут вовсе не я, а вы — вся ваша команда фриков.
— Чего?
Глядя на Котаро, который округлил глаза, не в силах переварить услышанное, я принялся неспешно объяснять:
— Пытаться разрулить всё в одиночку с моей стороны было бы полным безумием. Даже как-то слишком самонадеянно... Ведь так и есть, верно? Я уже один раз облажался.
Да, я упустил шанс спасти Эллен. Об этом мне в лицо сказал и сам Котаро.
Наверное, где-то в глубине души я с самого начала это понимал.
Понимал, что моё существование вовсе не предназначено для того, чтобы кого-то спасать.
Оглядываясь назад, я осознавал это до боли отчётливо.
И с Максимилианом, и с Реджем, и с Эллен.
Раз за разом всё происходило там, куда мои руки попросту не дотягивались. Я вовсе того не желал, но всякий раз меня отделяла от них такая пропасть, словно я сидел в безопасности на зрительской трибуне и просто наблюдал за происходящим со стороны.
Потому я и говорю: на этой сцене главная роль принадлежит не мне. В отличие от героев всяких историй, мне никто не бросается охотно помогать, меня никто особо не обожает. Нет у меня ни удобных союзников, готовых бескорыстно прикрыть лично мою спину, ни тех, кому бы я приглянулся настолько, чтобы они одолжили мне свою силу.
Я всего лишь сторонний наблюдатель. Максимум, на что я способен, — это выкрикивать подбадривающие реплики актёрам на сцене из зала.
— Мне Эллен не спасти — поэтому вытаскивать её будете вы. А мне достаточно просто приглядывать за этим со стороны.
— Эй, полегче на поворотах!
Тут уж даже он заговорил на повышенных тонах.
Ещё бы.
Ведь мои слова значили практически то, что я собираюсь целиком и полностью спихнуть спасение Эллен на их плечи.
— Ты что за пургу несёшь, а? То есть ты, засранец, просто пытаешься свалить весь этот геморрой на нас?! Пятёрка лучших, Великая депрессия — хорош заливать, уж мы-то при таком раскладе точно сваливаем! Дадим дёру в Японию, махнём на Акибу и будем дни напролёт мурлыкать с девочками в мейд-кафе!
— Э-э, ну и древнее же у тебя словечко для этого...
Нет, ладно, оставим мейд-кафе и прочее в стороне.
Судя по тому, что он сказал «мы», остальные его личности, похоже, придерживались точно такого же мнения.
— Простите... Я не слишком сильна в японском. О чём вы сейчас вообще говорите?..
Глядя на взъерошенного Котаро, Грейси растерянно переводила взгляд с меня на него и обратно.
Увы, но сейчас мне некогда отвлекаться на объяснения для неё.
— ...Вот оно как. Значит, поджали хвосты и бросите Эллен умирать? Дочь собственного босса.
— Отказаться от невыполнимой задачи и бросить на смерть — вещи совершенно разные. Противник слишком уж не по зубам. Мафия — это тебе не сборище торчков, готовых лезть на рожон ради острых ощущений. Наоборот, прыгать выше головы у нас строго противопоказано, так только жизнь себе укоротишь. Любая другая команда на нашем месте уже давно выплеснула бы тебе в рожу кружку эля за такие предложения.
— Хм-м... Значит, грош цена вашей хвалёной чести и верности, о которых вы тут толкуете.
Я резко выпрямился и встал с места. Взгляды всех присутствующих тут же скрестились на мне.
— Но знаешь... По крайней мере один человек, который точно не бросит Эллен на произвол судьбы, здесь всё-таки имеется.
Бросив это, я неспешно подошёл к двери гостиной и распахнул её.
— ...Ай?!
А там...
— М-Мэри?!
— .........
Застыв в позе человека, только что подслушивавшего чужой разговор под дверью, там стояла Мэри.
Так я и думал, что она здесь. Ни за что бы не поверил, что эта строптивая девчонка будет смирно сидеть там, где ей велели.
— Ч-чего уставились? Я ничего плохого не делала! И ничего я не подслушивала, я вообще случайно... Точно! Просто шла в туалет и проходила мимо!
— В такой позе отмазка «я не подслушивала» точно не прокатит...
Впрочем, какой там разговор — мы ведь с Котаро болтали на японском, так что она наверняка почти ни слова не поняла.
...Ну, мне же это только на руку.
— Так о чём вы тут вообще шепчетесь? Ну-ка, живо рассказывайте и мне!
Она без тени смущения перешла в наступление.
А эта девчонка в каком-то смысле кремень. Впрочем, она ведь и так дочка большой шишки.
— А, вы что, говорили об Эллен? Мы все вместе пойдём её спасать, да?!
Я ещё и рта раскрыть не успел, как Мэри, словно всё смекнув, радостно хлопнула в ладоши.
Краем глаза я заметил, как поморщился Котаро.
Я уже прекрасно знал, какие слова сейчас сорвутся с губ Мэри. Наверняка Котаро подумал о том же.
— Тогда и меня с собой берите!
Лицо Мэри просветлело, словно распустившийся цветок, и в полном восторге она выдала именно эту фразу.
Ну вот, как я и думал. Проще пареной репы.
— Мэри...
Словно не выдержав сияния её радостного лица, Грейси с мрачным видом слегка потупила взгляд.
— ...Тебе не стоит вмешиваться. Это касается только нас...
— Я вообще-то тоже не чужая! Что плохого, если я хотя бы просто послушаю?!
Похоже, мгновенно почувствовав, что её пытаются оставить за бортом, Мэри сердито повысила голос.
Разумеется, Мэри не могла не волноваться.
Как старшая сестра, она наверняка места себе не находила от тревоги за судьбу младшей, которая, в отличие от обычных людей, ещё и страдала от недуга с ногами.
Сила этих чувств сквозила в каждой нотке её голоса.
Однако и Грейси явно не желала впутывать Мэри в их мир.
Когда дело касалось Мэри, вся атмосфера вокруг Грейси менялась в одночасье. Поэтому её мотивы читались без труда.
Да и своё истинное лицо она до сих пор скрывала, несомненно, ради блага самой Мэри.
— Ну же? Гил, ведь можно, да?
— ...Послушай меня, Мэри, понимаешь...
— ...Мэри, можно задать тебе один вопрос?
Так что мне даже немного совестно.
Ведь сейчас я собирался переманить Мэри на свою сторону.
— Не смей звать меня по имени! И вообще, с какой это стати тебе можно, а мне нельзя, объясните-ка мне...
— Если я скажу, что, возможно, знаю, где сейчас держат Эллен, — ты пойдёшь со мной?
Воздух в комнате словно заледенел.
Каматари судорожно сглотнул, Котаро прищурился. Девочка, которую вроде бы звали Бекки, недоумённо склонила голову набок.
А Мэри вместе с Грейси во все глаза уставились на меня.
— ...П-правда?!
— Да, правда. Я успел прицепить маячок к машине, в которой увезли Эллен.
Да, тогда, в то самое короткое мгновение.
Когда я гнался за машиной, вытянув руку, в тот самый миг, когда кончики пальцев едва коснулись кузова...
На самом деле мне удалось прикрепить к автомобилю жучок.
Точнее говоря, правильнее будет сказать, что я закинул его в небольшую выемку с выступом прямо возле задней фары.
Если не пытаться спрятать его получше, то прилепить магнитный маячок — дело одной секунды. Скорее всего, его там уже обнаружили.
Но это не имеет значения. Подобные штуки позволяют отследить не только маршрут, по которому ехала машина, но и точное место и время, где от маячка избавились. Если взять эту точку за центр и сузить радиус поисков, можно будет примерно прикинуть, где держат Эллен.
— Поверь мне. Я бы не стал врать дочери босса мафии. Да и без того я ведь и сам хочу спасти Эллен.
— ...О-ого. Неожиданно. А я-то думала, тебе на неё глубоко плевать.
— Эллен стала моим первым другом здесь, в Британии. Разве не естественно желать спасти друга?..
Я сам поражался тому, как гладко в голове складываются эти поистине дьявольские речи для соблазнения. Я словно на ладони видел, какие именно слова нужно подобрать, чтобы подцепить Мэри на крючок.
Удивительное дело, но сейчас котелок у меня варил просто отменно.
— Я верну Эллен домой. Обязательно, даже если мне самому придётся ради этого взглянуть смерти в лицо.
— .........
— Я никого не заставляю, и бояться тут совершенно нормально. Мне и самому страшно. Нас могут убить, и если бы был выбор, я бы лучше никуда не совался. Будь на месте Эллен кто-то другой, я бы просто прошёл мимо.
Сделав паузу, которая со стороны наверняка показалась бы ужасно наигранной, я тихо продолжил:
— Гарантировать, что мы вернёмся живыми, я, разумеется, не могу. Нас вполне могут пристрелить раньше, чем мы хотя бы увидим её... Учитывая всё это, я спрошу ещё раз. Мэри, как ты поступишь?
На такую подачу Мэри клюнет со стопроцентной вероятностью. В этом я был уверен.
Если намеренно вывалить на неё все трудности сразу, она, наоборот, решит, что если сейчас отступит, то уже никогда в жизни не увидит Эллен.
Иными словами, она из тех людей, кто свято верит: стоит перебороть этот страх и шагнуть вперёд, как встреча обязательно состоится. Человек, обожающий привносить драматические повороты в реальную жизнь.
Увы, но реальность куда суровее и тяжелее любых слов. В лучшем случае — двадцать процентов. Если у нас есть хотя бы такой шанс просто увидеть Эллен, это уже успех. А оставшиеся восемьдесят — это отнюдь не вероятность просто умереть, так и не повидав её. Это вероятность умереть мучительной и жалкой смертью, даже не добравшись до Эллен.
— Господин Айкава, да как вы..!
Грейси смерила меня полным укоризны взглядом, но я лишь жёстко зыркнул на неё в ответ, полностью игнорируя её возмущение.
Мол, сиди и помалкивай.
— ...Честно говоря, ты мне всё ещё жутко не нравишься, но...
И вот Мэри дала свой ответ.
Разумеется, это было «да».
— Ладно. Так уж и быть, я пойду с тобой. ...Кажется, я начала думать о тебе чуточку лучше.
— ...Ну спасибо.
Она наверняка вложила в эти слова хороший смысл... но тебе ведь невдомёк, правда?
Что я просто-напросто пытаюсь тебя использовать.
— Мэри, одумайся...
— Бесполезно. Госпожа Грейси, вы же знаете её характер куда лучше меня, верно? Будь она из тех, кто легко берёт свои слова обратно, нам бы сейчас куда проще жилось.
На мою реплику Грейси ответила ледяным взглядом.
— Вы ведь... специально обвели её вокруг пальца красивыми словами, да?
— Кто знает.
То, что меня это ни капельки не волновало, делало меня тем ещё мерзавцем.
Я снова повернулся к Котаро.
— ...Ну что. Слышал, как повернулся разговор?
— ...Ага.
Интересно, скольких людей в этой комнате я только что настроил против себя этой выходкой?
— Ну ты и устроил подлянку, ублюдок!..
Не только Грейси — Котаро тоже сверлил меня полным ярости и осуждения взглядом.
— Понятия не имею, о чём ты. Я всего лишь проводник. Пусть идут только те, кто сам этого хочет... Вот только уверен, что можешь оставить всё как есть?
Глядя на него, я мило улыбнулся.
— Одно дело Эллен, но если вы сознательно бросите на верную смерть ещё и Мэри, вам ведь и самим несдобровать, разве нет?
Это был своего рода шантаж.
Спасти Эллен силами одних лишь меня и Мэри было абсолютно невозможно при любом раскладе.
И те двадцать процентов шанса хотя бы увидеть Эллен (причём без малейших гарантий сохранить собственные жизни и исключительно по моим личным прикидкам) работали лишь при условии, что эти фрики пойдут вместе с нами.
А раз так, нужно просто отрезать им пути к отступлению.
Если после похищения Эллен они позволят погибнуть ещё и Мэри, выйдет, что команда фриков, даже пальцем не пошевелив, угробила сразу двух дочерей собственного босса.
Семья Небрина превыше всего чтит долг и верность. Тех, кто хладнокровно бросил умирать ещё и Мэри, семья Небрина ни за что не простит. Даже если им удастся какое-то время скрываться в бегах, рано или поздно их всё равно найдут и уберут.
Проще говоря, теперь у этой компашки просто не осталось выбора, кроме как отправиться спасать Эллен вместе с нами.
Чтобы защитить Мэри — и чтобы не прикончили их самих.
— Какой ты к чёрту проводник... Чтоб ты сдох как собака, гадёныш.
— Да я и живу-то не по-людски, так что не привыкать. Ладно, давайте-ка вы прямо сейчас ответите за то, что позволили увезти Эллен.
Бросив это, я обвёл взглядом комнату и обратился ко всем сразу:
— Времени в обрез. Все, кто идёт со мной, — живо собирайтесь на выход.
— Но куда именно мы направляемся?..
— спросила Грейси.
— Первым делом найдём ноутбук, связанный с тем маячком. Это последняя зацепка, которую оставил нам Редж.
⋯⋯⋯⋯⋯
Вот таким макаром Мэри и оказалась здесь — по сути, в качестве наживки, на которую я выловил команду фриков.
Если сказать, что я втянул её в это из собственных корыстных побуждений, то крыть мне нечем, но оставлять Мэри одну в любом случае было нельзя. Уж лучше пусть держится рядом с нами, так даже безопаснее.
— ...Знаете, господин Айкава, я ведь на вас немного сержусь, — надув губки с обиженным видом, тихонько произнесла Грейси.
С тех пор как Котаро пробрался в «Рабочее место», прошло уже около пятнадцати минут. Решив немного вздремнуть, Мэри и остальные трое на заднем сиденье мирно посапывали.
— Втянули в это Мэри... Даже без таких уловок я бы всё равно вас сопроводила...
— Извините. Просто я подумал, что иначе заставить команду фриков пошевелиться не выйдет.
Шакал в тот момент спал, но даже будь он на ногах, ещё неизвестно, согласился бы он отправиться на выручку Эллен.
Как ни крути, в итоге этот вариант оказался самым надёжным. Теперь мы все в одной лодке — если суждено помереть, то вместе.
— В общем, главное сейчас — ноутбук. Надеюсь, он сумеет его отыскать...
Я попытался перевести тему и продолжить разговор.
Но в этот самый миг в окно со стороны водительского кресла заглянула чья-то рука и легонько постучала по стеклу.
Мы обернулись.
Однако снаружи стоял вовсе не Котаро.
Немного поколебавшись, Грейси опустила стекло.
— ...Эй, ребятки, вы что тут забыли?
Полицейский в годах, уже перешагнувший порог зрелости. Наверное, ему показалось подозрительным, что машина так долго стоит на одном месте.
— ...Мы ждём человека, — ответила Грейси.
Я судорожно сглотнул.
По спине пробежал холодок. Как ни крути, все сидящие в этой машине — члены мафии. Сталкиваться с полицией в такой ситуации — удовольствие ниже среднего, нервы на пределе.
— Человека? В такой-то час?
— Но мы ведь не нарушаем правил парковки на белой линии.
— Хм-м... Ну ладно.
Он окинул нас пристальным, тяжёлым взглядом.
— Впрочем, неважно. Слушайте, а вы в курсе, что в баре напротив произошло ограбление? Вон там, гляньте.
— Нет, мы ничего об этом не знали, — с самым невозмутимым видом соврала она в ответ на вопрос констебля.
— Да ну? А ведь разнесли там всё с таким размахом, что трудно не заметить.
— Да уж, пожалуй.
— .........
— .........
Неужели он нас подозревает? Впрочем, учитывая, что в этом салоне сидят главные виновники торжества, знающие об инциденте лучше кого бы то ни было, глаз у этого копа что надо. Даже если это просто чутьё, снимаю шляпу, вот только сейчас для нас это лишняя головная боль.
Паршиво дело, и как нам теперь выкручиваться?..
— ...Придётся вам ещё немного поболтать со старым дядькой. Да вы не бойтесь, это быст... кхэ-э-э!
Внезапно раздался сухой треск электрического разряда, после чего полицейский издал какой-то нечленораздельный писк и, пуская пену изо рта, рухнул лицом вниз.
— Прошу меня великодушно простить, господин полицейский.
Женский голос. Ни интонаций, ни такого тембра я раньше не слышал, однако догадывался, кто стоит передо мной.
— ...Котаро, ты, что ли?
— Нет, меня зовут Макьюри. Макьюри Литон. Прошу любить и жаловать, господин Айкава.
Поздоровавшись, женщина убрала зажатый в руке электрошокер в карман.
Сейчас её собственные рыжие волосы были заплетены в косу и аккуратно перекинуты через плечо. Когда наружу выходила Миранда, волосы оставались распущенными, а Котаро зачёсывал их все назад и небрежно перехватывал резинкой.
Понятно, значит, они специально меняют причёску так, чтобы окружающие могли различать их с первого взгляда.
— А ноутбук? Ноутбук там был?
— ...Да. Всё в точности как вы и говорили, господин Айкава. Он был спрятан в винном стеллаже в подвале.
Услышав это, я первым делом облегчённо выдохнул.
Слава богу. Значит, я действительно сумел принять последнюю волю Реджа.
— Вход в подвал ведь спрятан в глубине бара, прямо под полками с припасами на складе. Вот легавые его и не приметили-и.
Словно отвечая на слова Макьюри, с заднего сиденья подал голос проснувшийся Каматари, приподнимаясь со своего места.
— Господин Каматари. Давно не виделись. Это я, Макьюри.
— Д-а-в-н-е-н-ь-к-о не виделись, дорогуша! Как поживала?
— Благодарю, хорошо. Я уже слышала разговор изнутри. Говорят, мы отправляемся спасать юную госпожу Эллен?
— Да уж, такие вот дела-а... Ну, лично я с самого начала так и собиралась поступить. Слушай-слушай, когда в следующий раз снова выйдешь наружу, давай обязательно сходим куда-нибудь перекусить чего-нибудь вкусненького, а?
— Да. С превеликим удовольствием.
Оставив щебечущую парочку ворковать дальше, я открыл переданный мне ноутбук и нажал кнопку включения. Грейси с любопытством заглянула в экран сбоку.
Окно с программой отслеживания маячка нашлось сразу же. Жаль только, что там всё сплошь на английском — та ещё морока.
— Отлично, есть... Идентификатор и пароль маячка уже вбиты. Именно поэтому мне так был нужен этот компьютер... Теперь мы сможем мгновенно отследить...
В этот самый момент мой взгляд зацепился за иконку текстового документа на рабочем столе, озаглавленного «Для начала».
Я открыл файл. Никакого пароля или шифрования на нём не стояло, так что я щёлкнул по нему совершенно машинально, без всякой задней мысли.
— ...?!
— ...Э-это же...
И то, что оказалось написано внутри...
⋯⋯⋯⋯⋯
Место действия — некий высотный отель.
В одном из номеров, откуда с высоты птичьего полёта открывался вид на британский Лондон, находился он.
Стоя у окна, он неспешно пригубил из бокала «Романе-Конти». Стоило слегка покачнуть тонкое стекло, как алая жидкость внутри начинала завораживающе колыхаться, словно кружась в танце.
Подлинное сокровище виноделия, которое он бережно хранил специально ради этого дня.
Он поднял бокал с вином, предвкушая грядущее знаменательное торжество.
— ...Максимилиан при смерти. Его докучливый, но весьма способный подручный отправлен на тот свет. Юная мисс Эллен в наших руках, а внутри самой семьи Небрина царит полный разброд и шатание. До того как всё начнётся, они уже не сумеют толком оправиться и прийти в себя.
До последней капли он влил в себя танцующую в бокале рубиновую влагу, позволяя ей мягко скользнуть по горлу.
— ...Однако, похоже, где-то внизу всё ещё шныряет одна мелкая крыса.
Неизвестный человек, вызванный самим Максимилианом. Сейчас он плетёт свои интриги в тени.
Ему уже доложили о том, что в машине, увозившей Эллен, обнаружили жучок. Это никоим образом не мог сделать кто-то из команды фриков. Маячок подбросил кто-то посторонний.
Для него эта фигура оставалась единственным непредсказуемым фактором.
— ...Вздор. И что же ты пытаешься предпринять, когда уже так поздно?
В номере больше никого не было.
И всё же он тихо и вкрадчиво произнёс эти слова в пустоту, словно обращаясь напрямую к этому неведомому гостю.
— ...Ведь совсем скоро этот мир переродится заново.
С такой высоты Британия казалась прекрасной, точно распахнутая шкатулка, доверху набитая всеми мыслимыми драгоценностями этого мира.
Отразившееся в оконном стекле его собственное лицо на одно короткое мгновение причудливо и жутко исказилось.
Это моё первое произведение. Буду очень признателен, если вы укажете на опечатки и пропущенные буквы, а также поделитесь впечатлениями и критикой. Стараюсь выкладывать минимум по одной главе в неделю, а если по обстоятельствам не получится, каждый раз буду сообщать.
[Добавлено: 25 июня] Текст отредактирован и дополнен.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Как перевод?
Оцените качество перевода этой новеллы.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…