Глава 5. Поклонение демонам и травяной чай для печени
Шёл третий день моей второй жизни в теле Оливии.
Официально считалось, что я занемогла и восстанавливала силы во флигеле, но на самом деле...
— Госпожа. Вы опять танцуете этот странный танец?..
Едва переступив порог комнаты и увидев меня, горничная Энн скривила непередаваемую гримасу.
— Это не танец. Это йога, понимаешь, йога, — ответила я, приняв позу героя: отвела одну ногу назад, согнула переднее колено и вытянула руки в разные стороны.
За счёт брюшного дыхания йога улучшает кровообращение и ускоряет обмен веществ. Она стимулирует внутренние органы, что хорошо сказывается и на пищеварении — словом, идеальная зарядка для детокса.
В этом ослабленном ядами теле я не могла позволить себе интенсивные нагрузки вроде бега. И в этом плане йога подходила мне как нельзя лучше.
— Энн, не хочешь позаниматься со мной? Я тебя научу.
— Воздержусь, я всё-таки на работе. Не знаю, йога это или йода, но если кто-нибудь увидит вас в таком виде, то точно решит, что вы тронулись умом.
Видимо, проблема крылась в том, что я широко расставила ноги, будучи в одной ночной сорочке.
На этот раз я сильно повернула корпус, опёрлась одной рукой о стоящую впереди ногу, а вторую вытянула вертикально к потолку, принимая позу треугольника, и посмотрела на Энн:
— Но ведь в этой одежде двигаться удобнее всего.
— Нет, дело совсем не в одежде... Вы что, изображаете какого-то магического зверя?
— ...Не знала, что бывают магические звери такой формы.
Магическими зверями называют лишённых разума тварей, порождённых демонами.
От обычных животных их отличает наличие магических свойств. Среди них встречаются огнедышащие магические птицы, наделённые молнией магические рыбы и прочие создания, которых порой трудно отличить от духов.
С духами при хорошей совместимости можно заключить контракт, и к людям они относятся сравнительно дружелюбно, но с магическими зверями всё иначе. Они нападают без лишних рассуждений, и договориться с ними невозможно.
Уж чего я не ожидала, так это того, что позы йоги сравнят с этими чудовищами. Впрочем, обычные благородные девицы не только йогой не занимаются, но и вообще чураются любых физических упражнений, так что ничего удивительного.
«Ну а как насчёт позы, которая выглядит таинственно?»
— подумала я и со всем старанием изобразила позу полумесяца, однако...
— Вы что, возносите молитву демонам?
— Да почему сразу демонам? Чем тебе бог не угодил?
На лице Энн отразилось такое неприкрытое отторжение, что мне волей-неволей пришлось прервать занятие и вернуться на кровать.
Неужели со стороны эти движения казались настолько жуткими? Йога невероятно полезна для красоты и здоровья, поэтому я хотела включить её в свой ежедневный распорядок, а ещё лучше — заниматься на свежем воздухе, на лужайке, наслаждаясь ветерком...
Мне и в голову не приходило, что случайные свидетели могли принять это за поклонение демонам.
— Я попросила заварить чай строго по вашему указанию, госпожа.
С этими словами Энн подкатила сервировочный столик к краю кровати и налила в чашку коричневый напиток.
На вид он мало чем отличался от обычного чёрного чая, но на самом деле вкус у него был совершенно иной.
— Но вы правда собираетесь это пить? Я тут немного попробовала, и он жу-у-утко горький, знаете ли.
— Это да. Артишок действительно горчит, но если смешать его с перечной мятой, горечь почти не чувствуется.
Когда я обнаружила в кладовой артишоки, которые в Японии моей прошлой жизни были в диковинку, то мысленно победно сжала кулак.
Артишок — одно из растений, известных своими гепатопротекторными и желчегонными свойствами; за границей из него делали лечебные чаи и настойки. В Японии же климат для его выращивания не подходил, да и готовить его было хлопотно, поэтому в продаже он встречался редко. Когда он изредка попадался мне на глаза, я на радостях скупала всё подчистую.
Его бутоны по текстуре напоминают рассыпчатый картофель и обладают сладковатым вкусом — жареными или тушёными они просто объедение. А ещё я ела их маринованными в масле.
— Шеф-повар говорил, что готовит только бутоны, но ведь именно в горьких листьях артишока содержатся вещества, очищающие печень.
— В листьях? А я-то думала, всё, кроме бутонов, принято выбрасывать...
— Правда же, какое расточительство? Поэтому передай, пожалуйста, шеф-повару, чтобы он отварил листья и чашелистики, а затем высушил их. Заваривать чай каждый раз из свежего артишока слишком долго, так что я хочу сделать сушёный сбор, который можно долго хранить.
Я сделала глоток артишокового чая.
Во рту разлился травянистый аромат. Горечь, конечно, присутствовала, но благодаря перечной мяте появилась приятная свежесть, оставлявшая неплохое послевкусие. К тому же мята тоже стимулирует работу печени и желчного пузыря, так что для детокса этот травяной сбор подходит идеально.
— Когда сушёные травы будут готовы, я и с тобой поделюсь, Энн.
— Э-э? Ну, я не особо люблю горькое...
— Не хочешь? А ведь он помогает от отёков, улучшает кровообращение и делает кожу чистой и красивой...
— И когда же он будет готов?! Я та-а-ак жду!
Только что она кривилась, но вдруг в её глазах заблестели золотые монеты, и Энн принялась пританцовывать на месте.
Наверняка уже прикидывала, как потом втридорога сбудет эту траву другим горничным. Кажется, на недавнем рецепте очищающего супа на бульоне из луковой шелухи она тоже неплохо подзаработала.
Возникало чувство, что она не столько служила мне как горничная, сколько ухаживала за мной как за денежным деревом.
Но в этой своей корысти она была настолько последовательна и предсказуема, что я решила считать это даже плюсом.
— Ваши познания и правда поражают, госпожа.
— М? Ты про детокс?
— Да-да, про детокс. Ведь у вас, госпожа, цвет лица изменился до неузнаваемости, и вы хорошеете прямо на глазах!
Энн решительно протянула мне ручное зеркальце; заглянув в него, я увидела, что румянец на щеках и впрямь стал немного заметнее.
Но до идеала было ещё далеко. Я всё ещё оставалась истощена, а вокруг глаз залегли тёмные круги. Разве что шелушащаяся кожа стала чуть более увлажнённой да сошла краснота с белков глаз — о полном здоровье пока и речи не шло.
— Хм. Желудок стал работать лучше, да и аппетит появился, так что, пожалуй, стоит разнообразить меню и увеличить порции.
— Отличная мысль! Вам, госпожа, нужно кушать как можно больше. Сейчас совсем не время молиться демонам!
— Да не молюсь я. Это йога.
С того самого вечера, как мачеха Элиза лично принесла мне ужин, яд в еду больше не подсыпали.
Должно быть, она решила, что из-за отравы я ещё долго не смогу встать с постели, а значит, и травить меня пока нет нужды. Ослабить ядом, подчинить, использовать, а когда стану не нужна — добить очередной порцией отравы. Я уже насквозь видела замыслы мачехи. И намеревалась обратить их в свою пользу.
Когда мне подсыплют яд, я притворюсь прикованной к постели, а сама тем временем буду усердно очищать организм. Пока я смирно сидела взаперти во флигеле, ни мачеха, ни старшая горничная не стали бы лишний раз сюда наведываться. Для начала я собиралась именно так и вернуть себе здоровье.
К счастью, работники кухни были настроены ко мне доброжелательно. Шеф-повар в точности воспроизводил очищающие рецепты, которые я передавала через Энн, и просил рассказать ему побольше о полезных свойствах продуктов. А некоторые горничные даже передавали мне цветы и сладости, желая скорейшего выздоровления.
Поскольку я находилась под домашним арестом, мы не могли видеться, но их тёплое отношение передавалось мне и на расстоянии. Я была безумно рада, что кроме Энн нашлись и другие люди, которые относились ко мне по-доброму. В первой жизни такого счастья я не знала.
Возможно, помимо Энн у меня появятся и другие союзники.
Однако мне следовало с предельной осторожностью разбираться, кому можно доверять. Ведь на стороне мачехи наверняка выступала не одна только старшая горничная.
Вообще-то, надёжнее всего было бы положиться на кровных родственников, вот только...
— ...Слушай, Энн. А как там поживает отец?
— Хозяин? Полагаю, в этот час он находится в замке. Сходить разузнать у приставленной к нему горничной?
— Нет, не стоит. Я просто так спросила.
В первой жизни родной отец был для меня одновременно и близким, и бесконечно далёким человеком.
Не припомню, чтобы мы хоть раз разговаривали как отец с дочерью. Он, должно быть, даже не замечал, как жестоко со мной обращалась мачеха. В моей памяти отец, маркиз Ирвин, всегда держался отчуждённо и смотрел на меня ледяным взглядом. Одно можно было сказать точно: он меня не любил.
«Ну ещё бы, раз он женился на такой злобной женщине. Наверняка и сам человек никудышный».
Не стоило питать пустых надежд. Родной отец, не умеющий разбираться в женщинах, уж точно оказался бы ещё бесполезнее того беспечного бога-творца.
Очищение от ядов было куда важнее кровных уз.
Решив так, я допила травяной чай и тут же вернулась к занятиям йогой.
Энн больше не проронила ни слова, но на следующий день у моей кровати стояла маленькая статуэтка бога-творца Демиура.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…