Глава 17. Часть 1. Сбросить с плеч
Ли Чэньян с любопытством спросил:
— Однокурсница Линь, на каком ты сейчас курсе?
Линь Чжиюй ответила:
— На втором.
Ли Чэньян, судя по проявленным ею способностям, думал, что ей как минимум третий или четвёртый курс.
— Поразительно! Вы, поди, из первого набора после возобновления вступительных экзаменов, пробились сквозь тысячи войск и десятки тысяч коней — впечатляет, впечатляет.
Не то что я — попал по рекомендательной квоте для рабочих, крестьян и солдат, а теперь учусь спустя рукава, ни то ни сё.
Линь Чжиюй, глядя на его самобичевание, так и хотела влепить ему пощёчину.
Если бы не возобновили вступительные экзамены, а полагаться только на рекомендательные квоты, она бы и за десять лет упорного труда ничего не добилась.
Этот мужчина перед ней получил место в университете, да ещё и устроился в самый модный сейчас выставочный зал — вместо того чтобы тихо радоваться, он тут хандрит. Прямо яйца чешутся от безделья!
— У каждого свой путь. Раз уж тебя оставили в таком важном месте, как выставочный зал, брат Ли, ты тоже неплох.
Ли Чэньян хоть и хромал в иностранных языках, но в умении читать по лицам был не слаб.
— Эх, вижу, сморозил глупость. Однокурсница Линь, ты сегодня всё утро рассказывала, горло наверняка устало? А я ещё и болтаю с тобой о том о сём...
Как раз кисло-сладкий напиток из уме подали. Выпей, промочи горло.
Линь Чжиюй изначально планировала ходить в выставочный зал каждый день — всё же зарплата за один день равнялась месячному заработку обычного рабочего.
Но ноги болели, горло болело, и ей захотелось пойти на попятный.
Кстати, она ведь ещё не отметилась сегодня!
Она мысленно произнесла: отметиться.
【Отметка успешна. Получен один пекинский дворик-сыхэюань, право собственности закреплено за хозяйкой, купчая и ключи помещены в пространство.]
Глаза Линь Чжиюй резко распахнулись.
Сыхэюань, да ещё и пекинский.
В какую бы эпоху ни было, такая вещь — редкость.
Сколько людей ютится в тесных многоэтажках, где несколько семей делят одну комнату.
А ей досталась целая усадьба без малейших усилий — такое ей раньше и присниться не могло!
С этим ей не нужно толкаться в общей умывальне, стоять в очереди в туалет, вдыхать запах жаркого от соседей, просыпаться каждое утро и первым делом, сдерживая раздражение, слушать возню за стеной...
У неё будет собственный кабинет, собственная спальня, можно сажать цветы во дворе, поставить плетёное кресло у подоконника и, держа чашку чая, греться на солнышке.
От одной мысли она готова была лопаться от счастья!
Как найти подходящий момент, чтобы съехать и жить отдельно?
Мысль быстро пронеслась в голове и была задавлена ароматом еды.
Ли Чэньян же решил, что она просто возбуждена оттого, что впервые видит и ест столько мясных блюд сразу.
Его симпатия к ней разом упала больше чем наполовину.
Думал, человек с головой, а она, оказывается, такая недальновидная.
Линь Чжиюй не обращала внимания на его мелкие расчёты. Доев обед, она заговорила:
— Брат Ли, я раньше никогда не стояла так долго, ноги ужасно болят.
Думала, посижу, отдохну — и пройдёт, а стало только хуже. Во второй половине дня, боюсь, я не смогу...
Раз уж ей достался дворик на халяву, нечего больше терпеть лишения!
Лицо Ли Чэньяна разом помрачнело. Он никак не ожидал, что, едва он угостил её обедом, Линь Чжиюй тут же захочет сбросить всё с плеч.
Сегодня утром только благодаря ей удалось выкрутиться с тем французским купцом, а после обеда в зале ждут ещё две группы иностранных гостей. С его паршивым иностранным он их ни за что не потянет.
— Утром же всё было нормально, с чего вдруг к обеду ноги разболелись? Мы же договаривались, что после обеда ты тоже поможешь.
На лице Линь Чжиюй проступила лёгкая тень вины. Она чуть откинулась на спинку стула и незаметно поджала ноги под стол — вид у неё был совершенно обессиленный и хрупкий.
— Я и сама не хочу так, брат Ли.
Голос её смягчился, в нём звучала виноватость. Она опустила веки, всем видом показывая, как ей неловко.
— Я знаю, что после обеда в зале будут гости, я и сама переживаю. Но если я буду терпеть эти ноги...
Вдруг... среди выступления ноги подкосятся, и я не устою — тогда перед иностранцами выйдет конфуз, это же только добавит хлопот выставочному залу, верно?
У Ли Чэньяна на душе кошки скребли. Он и обед сегодня оплатил, думал надёжно прибрать её к рукам, чтобы она помогла ему перекантоваться через испытательный срок.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…