Глава 89. Таинственная златовласая девушка
Когда последние исполнители покинули сцену, в концертном зале всё ещё оставалось множество зрителей, которые никак не могли насытиться услышанным и не желали расходиться.
Только что отзвучавшая музыка по-прежнему заставляла сердца многих трепетать от волнения.
Поднимаясь со своих мест, люди возбуждённо обсуждали увиденное.
— Ни фига себе, последнее выступление было просто нереально крутым! Это, чёрт возьми, самое потрясающее шоу, что я видел в своей жизни!!
— Под конец их игры я даже дышать полной грудью боялся! Какой же кайф!!
— Я серьёзно, раньше я ещё думал, вдруг они и есть те самые «Лунный свет и кошка», но после просмотра убедился — точно нет! Та симфония в исполнении «Лунного света и кошки» и в подмётки не годится тому, что выдали сегодня эти два учителя!
— Ну не надо быть таким категоричным, живое исполнение всегда звучит лучше видеозаписи! Разве это как раз не доказывает, насколько крута сама композиция «Лунного света и кошки»?
Сегодня многие молодые зрители пришли в зал исключительно ради того, чтобы вживую услышать музыку «Лунного света и кошки», и среди них было немало тех, кто вообще впервые оказался на концерте.
Однако возникла одна весьма неловкая ситуация.
Остальные музыканты исполняли преимущественно известную классику с богатой историей.
В глазах молодёжи эта музыка считалась очень «элитной» и «высокоуровневой».
Но сегодня, прослушав весь концерт и невольно сравнив всё между собой, они вдруг почувствовали, что музыка «Лунного света и кошки» ничуть не уступает, а то и превосходит эти шедевры!
От этого внутри возникал сильный диссонанс.
Раньше многие, возможно, под влиянием стереотипов Доуиня, неизменно считали, что хоть музыка «Лунного света и кошки» и приятна на слух, ей всё равно не избавиться от ярлыка «интернет-музыки».
Всегда казалось, что по сравнению с признанной классикой она стоит «на ступень ниже».
Но сегодня, услышав живое исполнение на той же сцене и в той же атмосфере, они поняли: она ведь совершенно не уступает!
Похоже, тот блогер из Доуиня был абсолютно прав!
Стоило перенести музыку «Лунного света и кошки» в концертный зал, как её истинная ценность тут же стала очевидной!
Это было похоже на бокал крафтового пива.
Пусть вкус тот же самый, но когда пьёшь из бутылки, кажется, будто чего-то не хватает.
А стоит перелить его в высокий бокал и неспешно посмаковать — разрыв становится виден мгновенно!
Разумеется, в том, что публика смогла распробовать этот вкус, была огромная заслуга самих исполнителей.
В рядах расходящихся зрителей один студент гордо хлопнул себя в грудь и громко заявил:
— С сегодняшнего дня я — преданный фанат госпожи Гань Яньюй с десятилетним стажем!!
— И меня запишите!
— И я тоже!
Многие студенты вокруг принялись шумно поддакивать.
Красавица, да ещё и так великолепно играет на виолончели.
Разве это не стопроцентная богиня из снов?!
— А по мне, так тот братишка на аккомпанементе был круче всех!
— высказал другое мнение ещё один парень.
— Когда он только вышел на сцену, выглядел полуживым! Круги под глазами были такими тёмными, что я их даже с третьего ряда разглядел! Я уж боялся, как бы он прямо там не откинулся! Но стоило ему заиграть — мать моя женщина, это было просто офигенно! Знаете, на что похоже? Как в романах про боевые искусства: живёт в деревне какой-нибудь вечно пьяный, полоумный старик, а на деле оказывается затаившимся несравненным мастером! Как по мне, настоящий творец именно так и должен выглядеть!
Парень расписывал всё в таких ярких красках, что быстро зажёг пылкие сердца своих приятелей, страдавших тем же синдромом восьмиклассника.
— Точно-точно! Его вроде Линь Тянь зовут, у него даже фамилия Линь! Ну чем не типичный главный герой?
— А мне вообще показалось, что хоть он и аккомпанировал, но играл ничуть не хуже госпожи Гань Яньюй.
— Да ладно, чем ты слушал, виолончель же явно была лучше...
— ...
— Чтобы поднять интерпретацию пьесы на такую высоту, нельзя обойтись ни без одного из них.
В этот миг раздался мелодичный женский голос.
Несколько споривших парней обернулись на звук.
Неподалёку в кресле сидела златовласая девушка в изысканном белом шифоновом платье.
На ней была высокая шляпка с изящно и мягко отделанными широкими полями, которые, напоминая распустившиеся лепестки цветка, скрывали лицо незнакомки от чужих глаз.
— С этим парнем-аккомпаниатором Гань Яньюй, должно быть, познакомилась совсем недавно. Достичь такого взаимопонимания за столь короткий срок... М-м, и правда очень любопытно, — с едва заметной полуулыбкой произнесла девушка, и в её словах сквозил какой-то глубокий подтекст.
— Ты ещё кто такая? Тоже мне, знаток выискалась?
— буркнул один из парней.
Больше всего он ненавидел, когда в мужской разговор на пафосные темы встревала какая-то девчонка и вставляла свои пять копеек.
— ...
Девушка же невозмутимо поднялась со своего места.
Она вскинула голову и обвела компанию взглядом.
Стоило ей поднять лицо, как все вокруг обомлели.
— Ты... из какой страны?
— сглотнув слюну, спросил тот самый парень.
Под широкими полями шляпы скрывалось точёное, словно произведение искусства, лицо метиски.
В её лазурно-голубых глазах таилась какая-то магия, способная пленить любого мужчину, попавшего в поле её зрения, и превратить в покорную добычу.
Все парни застыли с открытыми ртами.
Златовласая девушка не ответила на вопрос. Лишь слегка улыбнувшись, она взяла с соседнего кресла внушительный предмет.
Это был футляр с виолончелью.
Закинув инструмент за спину, высокая стройная девушка зашагала к выходу.
Её крошечные, алые, как вишня, губки тихо прошептали:
— Гань Яньюй... Кто бы мог подумать, что после нашего расставания в Манчестере всего за два месяца ты вырастешь до такого уровня... Тот парень — твой новый напарник? Как интересно...
Когда Линь Тянь проснулся в своей постели, было уже одиннадцать вечера четверга.
Он проспал одним махом больше 20 часов!
Это определённо был самый сладостный сон за всю его жизнь.
Да и отгулов он набрал вдоволь.
Со вторника и до самой пятницы.
Будь Линь Тянь в рейтинге курса хотя бы на одну строчку ниже, он бы ни за что не осмелился так расслабляться.
Разблокировав телефон, он первым делом увидел сообщение от Гань Яньюй.
«Проснёшься — напиши мне».
Ах, это чувство, когда просыпаешься и понимаешь, что в этом мире всё-таки есть человек, который о тебе помнит и беспокоится...
Как же хорошо.
«Проснулся».
Линь Тянь ответил Гань Яньюй и слез с кровати.
Вспоминая всё, что произошло за эту неделю, он ощущал себя так, словно видел сон.
Он крутился как белка в колесе с выходных до самого четверга и наконец-то завершил все важнейшие дела. Чем бы теперь заняться?
Ну разумеется, слегонца вздрочнуть — да так липко, сладко и кайфово, чтобы аж пальчики на ногах от удовольствия поджались!
Линь Тянь в предвкушении включил компьютер. Для человека искусства нет ничего лучше, чем найти весьма высокохудожественный ролик и заняться художественным рукоблудием.
Однако стоило Линь Тяню добраться до нужных исходников...
Тук-тук!
В дверь постучали.
Он открыл её и увидел на пороге Гань Яньюй в университетской форме.
— Давно не виделись, Линь Тянь.
— Да мы всего-то двадцать с лишним часов не виделись, — проворчал Линь Тянь.
— Чего ты пришла так поздно?
— Я сегодня сходила в больницу и оформила справку о здоровье, — Гань Яньюй склонила голову набок и слабо улыбнулась.
— Завтра я уже смогу вернуться в университет.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…