Глава 95. Просьба
Чжоу Муян знал, что Ли Юйкан — человек, которому можно доверять. Отношения у них были хорошие, познакомились несколько лет назад, и хотя потом Ли Юйкана перевели, связь они не теряли.
Убедившись, что рядом никого нет, Чжоу Муян сказал прямо:
— Моя сестра уехала по распределению в ваши края, только вот не знаю, в вашу ли деревню.
Ли Юйкан, услышав это, понял, почему этот человек только что так улыбался — оказывается, вспомнил о сестре. Надо сказать, что у Чжоу Муяна, этого брата, всё хорошо, кроме одного — уж слишком он опекал сестру. Все говорили: посмотрим ещё, не будет ли у него ссор с будущей женой из-за этого.
Вспомнив о недавней истории, Ли Юйкан знал, что из-за чьего-то доноса начальство провело проверку, и в воинской части всех, у кого не было работы и кто достиг нужного возраста, отправили в деревню. Не ожидал он, что и его сестру отправят. Но, поразмыслив, решил, что так даже лучше — в их части тоже не так уж безопасно.
— Я напишу домой и узнаю. Если она в моей деревне — можешь не волноваться, мои родители уж точно о твоей сестре позаботятся.
Чжоу Муян кое-что знал о делах семьи Ли Юйкана и серьёзно наказал:
— Как вернёшься — сразу пиши, постарайся поскорее узнать.
Думая о том, что сестра, возможно, страдает, Чжоу Муян потерял всякое настроение.
Ли Юйкан согласился охотно:
— Мы с тобой свои люди. Твоя сестра — моя сестра, будь спокоен.
Чжоу Муян, услышав это, покосился на Ли Юйкана и холодно сказал:
— Сестра — моя сестра.
Ли Юйкан в недоумении посмотрел на Чжоу Муяна — кто же собирался отбирать у него сестру?
Эти двое ещё не знали, что Ли Юйкан хоть и не отбирал сестру у Чжоу Муяна, но и за своим братом уследить не мог.
Не говоря уже о том, как Чжоу Муян потом будет жалеть, что доверил сестру их семье Ли, — сейчас он был очень благодарен Ли Юйкану.
Сестра у него красивая, как бы в деревне не нашёлся какой-нибудь неразумный парень. Он подумал, что если за ней присматривает местный человек, то можно быть спокойнее.
Чжоу Муян не знал, что этот самый «неразумный парень» уже появился, и что двое уже связаны чувствами, что красная нить судьбы уже обвила их.
На кухне двое оживлённо болтали. Чжоу Юйхань, закончив чистить картошку, опустила взгляд и слегка смутилась — кожуры она срезала слишком много. Крупные картофелины стали средними, а средние превратились в жалких заморышей.
— Тётушка, мои вон какие маленькие получились... У вас ещё картошка есть?
— краснея, смущённо сказала Чжоу Юйхань.
Ма Хуэйфан, услышав голос, подумала, что девушке не хватило, подняла голову и увидела, что вся принесённая картошка почищена. Вот только как сказать... Обычно картошке полагалось снять «верхнюю одежду», а тут с неё и «ватник» содрали.
Глядя на краснеющую девушку, Ма Хуэйфан с трудом сдержала смех. Эта девушка обычно держалась свободно и открыто, редко увидишь её такой застенчивой. И правда, красавица в любом виде хороша — посмотришь на эти зардевшиеся щёчки, словно горная камелия, нежная и очаровательная.
— Ничего, ничего. Я, когда первый раз делала, тоже так же. Мама моя тогда ещё жива была, говорила: «И как ты замуж-то собираешься?»
— подумала она: с учётом того, как её второй сын бережёт жену, кто знает, кто у них в доме готовить будет. Не умеет — и не надо.
Чжоу Юйхань опускала голову всё ниже, лицо её горело, словно она сорвала с неба вечернюю зарю — так сильно покраснела.
— Вот видишь, сейчас-то я умею. А на что тогда мужчины? Не умеешь — пусть он делает. Только запомни: мужчин баловать нельзя.
Эти слова Ли Юйцзэ, к счастью, не слышал — не было его дома. А то непременно спросил бы: «Мам, ты мне родная мать? Что-то ты как свекровь стала рассуждать».
Ма Хуэйфан была не из тех старух, что позволяют сыновьям палец о палец ударить, пока невестка одна за весь дом хлопочет. На что тогда такого верзилу кормить?
Как бы то ни было, Ма Хуэйфан сумела развеселить Чжоу Юйхань. Девушка улыбнулась сладко и сказала:
— Тётушка, вы такая добрая.
Сладкий, мягкий голосок растопил сердце Ма Хуэйфан, и она радостно сказала:
— Я тебе сейчас печёной картошки испеку, сладкая будет.
Услышав про печёную картошку, Чжоу Юйхань принялась осыпать Ма Хуэйфан такими похвалами, что та чуть не забыла, как её саму зовут.
Когда Ли Юйцзэ и Ли Юйань вернулись, они увидели Чжоу Юйхань, сидящую во дворе на маленьком табурете и уплетающую печёную картошку. Сладкий аромат они учуяли ещё издалека.
Ли Юйань глянул на мать, которая стояла рядом, боясь, как бы Чжоу Юйхань не обожглась, потом перевёл взгляд на Ли Юйцзэ и подумал: когда это мама стала такой нежной? Редкость какая.
— Мам, а ты чего картошку затеяла печь?
Увидев, что сын тянется взять, Ма Хуэйфан без церемоний шлёпнула его по руке:
— Какое там есть! Это Жонань оставлено. Вы рыбу-то поймали?
Как ни посмотрит на сына — всё не так. Хороши нежные, мягкие девушки: и на кухне с тобой поговорят, и за покупками сходят.
Чжоу Юйхань протянула картошку Ли Юйцзэ, мол, угощайся. Ли Юйцзэ покачал головой:
— Ешь сама, я не голоден.
Чжоу Юйхань с тоской посмотрела на оставшуюся картошку — не осилить ей столько. Ли Юйцзэ по одному её взгляду понял, в чём дело, взял картошку и в три укуса умял.
Ма Хуэйфан, увидев это, недовольно сказала:
— Ты чего это у Юйхань еду отбираешь? А ну марш рыбу чистить!
Оказалось, Ли Юйцзэ с братом всё-таки поймали рыбу, вот только не очень большую, и чистить её было муторно.
Боясь разбудить спящую Ван Жонань, Ли Юйань не пошёл в соседнюю комнату, а вымыл руки и принялся за рыбу. Чжоу Юйхань захотела помочь, но Ли Юйцзэ принёс маленький табурет и усадил её рядом — просто смотреть.
Ли Юйань, заметив, что мать ушла на кухню, придвинул свой табурет поближе и шёпотом спросил:
— Ты что моей маме такое сказала, что она такая довольная?
Чжоу Юйхань, подражая его тону, тоже шёпотом ответила:
— Сказала, что ты в пять лет ещё в кровать мочился, и вы с Чжэн Чэнцзюнем соревновались, у кого «карта» на простыне больше.
Лицо Ли Юйаня мгновенно залилось краской, стало красным, как обезьянья задница. Он хотел что-то сказать, но, заметив холодный взгляд второго брата, молча отодвинул табурет подальше — не тронешь, так хоть отойдёшь.
А Чжоу Юйхань и понятия не имела, мочился ли Ли Юйань в кровать. Она просто блефовала. Глядя на его красное лицо, она хохотала не могла остановиться, а Ли Юйань злился, но слова сказать боялся.
Наконец Чжоу Юйхань перестала смеяться и, обращаясь к чистившему рыбу Ли Юйцзэ, сказала:
— Я тётушке сказала: весной, как посевная закончится, поедешь со мной домой, к моим родным.
Рука Ли Юйцзэ, чистившего рыбу, замерла. Он резко поднял голову и, увидев серьёзность в глазах девушки, понял, что она не шутит.
Слегка растерянно спросил:
— А твои родные что любят? Что мне приготовить?
Чжоу Юйхань чуть не рассмеялась:
— Не рановато ли ты забегаешь вперёд?
Ли Юйцзэ понял, что погорячился, и лишь спустя минуту серьёзно сказал Чжоу Юйхань:
— Я буду хорошо к тебе относиться.
Чжоу Юйхань посмотрела в глаза Ли Юйцзэ, глубокие, как море, словно вмещающие бесконечную нежность, и невольно ответила:
— Я тебе верю.
Они ворковали, и Ли Юйаню, наблюдавшему со стороны, стало немного завидно. Он не знал, возьмёт ли его Ван Жонань с собой.
Краем глаза заметив, как Ли Юйань расстроенно опустил голову, Чжоу Юйхань тихонько сказала:
— Я с Наньнань вас обоих возьму.
Ли Юйань, услышав это, удивлённо поднял голову. Неужели он правильно понял?
— И меня тоже?
Чжоу Юйхань закатила глаза. Этот человек вроде умный, а в нужный момент — дурак дураком.
— А кого же ещё? Или ты хочешь, чтобы я Наньнань с кем-нибудь другим познакомила?
Ли Юйань поспешно взмолился:
— Не надо! Ты же моя будущая вторая невестка, ты не можешь быть против своих!
Чжоу Юйхань от его слов покраснела и упрямо возразила:
— Какая я тебе невестка? Не болтай ерунды.
Ли Юйцзэ строго глянул на своего несносного братца и поправил:
— Не невестка. Я её муж.
При этих словах оба остальных уставились на него и одновременно подумали: «Ну и бесстыдник же этот тип».
Ван Жонань вошла в ворота и увидела, что все трое во дворе о чём-то весело болтают.
— Вы о чём таком радостном говорите? И чего это я запах картошки чую?
Увидев вошедшую, Ли Юйань радостно вскочил:
— Наньнань, ты пришла! Иди скорей сюда, посмотри на печёную картошку.
С этими словами он подвёл Ван Жонань к тому месту, где пеклась картошка. Ван Жонань, увидев, что это и правда печёная картошка, с любопытством спросила:
— А чего это вы картошку затеяли?
Откуда же Ли Юйаню знать? Но он нашёлся:
— Мама испекла. Наверное, побоялась, что вы с Чжоу-чжицин проголодаетесь. Ешь скорее, это тебе оставлено.
Ван Жонань от этих слов заулыбалась ещё радостнее, и они с Ли Юйанем, прижавшись друг к другу, съели одну картошку на двоих.
Чжоу Юйхань, глядя на подошедших, поддразнила:
— Наньнань, сладкая картошка-то?
Ван Жонань, воспитанная в консервативных нравах того времени, поняла, что их видели, строго глянула на бесстыжего Ли Юйаня и смущённо ответила:
— Н-нормальная.
Больше она не стала дразнить Ван Жонань и заговорила о деле:
— Тётя Ма только что сказала, что старший брат Цзэцзэ служит в армии в наших краях. Говорит, осенью прошлого года его перевели. Зовут Ли Юйкан. Ты такого знаешь?
Ван Жонань слегка растерялась. У неё в семье все военные, но сама она с военными почти не общалась — всё больше училась. Да и мужчины это. Не знает она такого.
Она покачала головой:
— Не знаю. Я только слышала, как брат про своих сослуживцев рассказывал, а вот имена конкретные не запоминала.
Чжоу Юйхань подумала: и то верно. Военных много, не обязательно они в одной части служат, с чего бы им знать друг друга.
— Тоже верно. Твой брат ещё говорил... Мой брат дома вообще про армию почти ничего не рассказывает.
Ван Жонань согласно кивнула:
— Вот-вот. Многое ведь под грифом секретности. Мама из-за этого ещё говорила: хорошо, что мой старший брат в армии жену нашёл, а то так и остался бы холостяком.
— У твоего старшего брата уже есть жена, а у моего ещё нет. Я раньше думала тебя со своим братом познакомить.
— Мой брат очень красивый, к тому же командир полка. Уж он бы о тебе позаботился. Военный брак — это надёжно.
— Слышь, Чжоу-чжицин, — раздался холодный голос Ли Юйаня.
Чжоу Юйхань, услышав, спохватилась. Глядя на помрачневшего Ли Юйаня, она неловко засмеялась:
— Это я раньше, раньше. Хе-хе-хе.
Ван Жонань смеялась до упаду:
— Ханьхань, ты такая забавная!
Чжоу Юйхань понимала, что струсила, но как ни поверни — говорить при парне, что сватаешь его девушку своему брату, неловко. И как это она забыла, что у человека уже есть пара?
Пока они болтали, с кухни донёсся густой аромат. Все трое обернулись.
— Мама сегодня решила показать класс, — озорно сказал Ли Юйань.
— Тётушка говорила, что приготовит несколько блюд. Сегодня вечером нас ждёт пир, — вспомнила Чжоу Юйхань блюда, которые перечисляла Ма Хуэйфан.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…