Глава 15. В поле
— Ладно, хватит выяснять, нежная я или нет. Давайте лучше займёмся великим делом — прополкой, — Чжоу Юйхань подтолкнула Ван Жонань вперёд, к сорнякам, боясь, что скоро солнце поднимется выше и станет невыносимо жарко.
У Саньтянь тоже поднялся с земли и, глядя на выделенный им участок, спросил:
— Так много?
— Это ещё мало. Сестра Эръя сказала, что нам поблажку сделали, — Ван Жонань окинула взглядом удивлённого У Саньтяня.
— Эй, ты чего это на меня так смотришь?
У Саньтянь, заметив её взгляд, вскинулся, словно ощетинившийся кот.
Ван Жонань не успела ответить — Чу Вэньбо подошёл и потянул У Саньтяня за собой:
— Хватит дурачиться. Давай работать. Видишь, прохожие смотрят.
Несколько человек оглянулись — и правда, прохожие глазели на них, как на диковинку.
Все покраснели и, смутившись, опустили головы.
— Ладно, давайте работать, — сказала Чжоу Юйхань и вцепилась в особенно крупный сорняк.
«Ну уж с тобой-то я справлюсь», — подумала она. Ай! Сорняк не сдвинулся с места, зато она сама шлёпнулась на землю.
Не успела Чжоу Юйхань подняться, как рядом раздался звонкий смех.
— Ха-ха-ха, ну ты и насмешила! Я впервые вижу, чтобы так пололи.
Голос был чистым и приятным, но Чжоу Юйхань он не понравился. «Кто это? До чего же противный», — подумала она.
Ван Жонань поспешно помогла Чжоу Юйхань встать, а Чу Вэньбо тут же участливо спросил, не ушиблась ли она.
— Всё в порядке, просто рука соскользнула, не удержала, — Чжоу Юйхань отряхнула штаны от земли и обернулась, чтобы посмотреть, кто над ней смеётся.
Неподалёку стоял молодой мужчина в чёрной холщовой одежде. С виду был вполне приличен, но вот улыбка его Чжоу Юйхань показалась раздражающей.
Он чуть приподнял бровь, и весь его облик не внушал доверия — от него веяло чем-то хулиганистым, смахивал он на неблагополучного юнца. Это сильно отличалось от деревенских, которых Чжоу Юйхань видела последние два дня, — местная молодёжь казалась ей застенчивой и сдержанной.
В руках у пришедшего были две мотыги. Он не только разглядывал Чжоу Юйхань и остальных, но и они его тоже.
— Чему смеёшься? Никогда не видел, как полют?
— Чжоу Юйхань смотрела на него, злясь и краснея от досады.
Пришедший всё так же улыбался, но его слова разозлили Чжоу Юйхань до предела.
— Полоть я, конечо, вижу каждый день. Но чтобы кто-то не мог выдернуть даже сорняк — такое впервые. Даже деревенские дети, по-моему, сильнее тебя.
— Вот, это вам. Вечером после работы не забудьте вернуть, — сказал он, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл.
Чжоу Юйхань прямо кипела от злости. Ну да, силёнок у неё маловато, но не настолько же!
— А это кто?
— спросил У Саньтянь у Чу Вэньбо.
— Понятия не имею, — Чу Вэньбо подумал, что последние два дня они либо разбирали вещи, либо сидели в комнате, и только один раз ходили в горы — и то вчетвером. Откуда же им знать посторонних?
— Мы с Наньнань с этим не справимся. Вы двое попробуйте, — Чжоу Юйхань и Ван Жонань попытались, но вырвали всего несколько травинок, и в итоге решили отдать мотыги У Саньтяню и Чу Вэньбо.
Ни Чу Вэньбо, ни У Саньтянь никогда не пользовались мотыгами, так что для них это было в новинку, и они взялись за дело с таким жаром, что аж пар из ушей валил.
Ли Юйань, ещё не успевший уйти далеко, обернулся и взглянул в сторону Чжоу Юйхань. Он увидел, что девушка, только что шлёпнувшаяся на землю, всё ещё полет руками, и подумал: «Сразу видно — не работница».
Покрутив своими умными мозгами, он быстро смекнул, зачем мать отправила его принести мотыги сразу по возвращении. Оказывается, тут что-то нечисто.
«Ну и торопится же мама. У неё же ещё второй брат не женат».
Итогом их жаркой работы стала ломота во всём теле. Они ползли обратно со скоростью черепахи — слишком жарко, устали и вспотели так, что одежда прилипла к телу.
Расставшись с Чу Вэньбо и У Саньтянем, Чжоу Юйхань и Ван Жонань продолжали двигаться с черепашьей скоростью.
Проходящие мимо крестьяне смотрели на этих двух девушек, которые утром были такими весёлыми, а к полудню поникли, как прибитые морозом овощи, и не могли сдержать смеха.
Некоторые злые на язык бабы перешёптывались: «Городские детки совсем ничего делать не умеют, прямо как бумажные».
Хотя Чжоу Юйхань этих слов не слышала, но по их виду и так было понятно — обсуждают их.
Эръя как раз выносила кукурузные лепёшки, когда увидела, что они вернулись, и поспешила позвать их обедать.
— Идите скорее есть, проголодались, наверное.
— Нет, я сначала умоюсь. Вся в поту — ужасно неприятно, — Чжоу Юйхань указала на свою одежду.
Ван Жонань действительно устала. Как только вошла во двор, сразу села на скамейку и не хотела шевелиться. Она так не выматывалась уже много лет.
Глядя, как Чжоу Юйхань набирает воду, моет руки и умывается, она почувствовала, что и сама вся липкая, не выдержала, встала и тоже пошла умываться.
Увидев, как они унесли в дом два таза с водой, Эръя безнадёжно покачала головой. «Значит, не так уж и устали, раз есть силы прихорашиваться».
В деревне все моются только после целого дня работы. А кто и вовсе не привередлив — даже вечером не любит мыться.
— Эй, вы побыстрее, а то еда остынет, — крикнула Эръя, видя, что они всё не выходят.
— Идём, идём, — Чжоу Юйхань быстро обтёрлась, переоделась и вышла с тазом в руках.
— Юйхань, ты переоделась? А как же работать?
— Эръя вытаращила глаза, глядя на свежую одежду Чжоу Юйхань.
— Сестра Эръя, эта одежда за целое утро вся пропахла потом и перепачкалась в земле, — Чжоу Юйхань надула губки.
Что Эръя могла сказать? Только вздохнуть. Юйхань явно не создана для деревни. Делать нечего — придётся вечером помочь ей постирать.
Ван Жонань тоже вышла, но переодеваться не стала — стирка, по её мнению, слишком хлопотное дело.
Кое-как перекусив, Чжоу Юйхань и Ван Жонань поспешили обратно в поле — боялись опоздать и получить вычет у учётчика.
После обеда стало ещё жарче, чем утром. Все были уже не такие бодрые, ходили вялые, особенно Чжоу Юйхань. Она привыкла спать после обеда, и внезапно лишиться этого отдыха да ещё и работать — было для неё сущей мукой.
Солнце на небе сияло вовсю, а несколько человек в поле явно не были созданы для работы. Сорняков вырвали немного, зато пота вылили уйму — со стороны можно было подумать, что они горы свернули.
Ближе к концу рабочего дня секретарь специально пришёл посмотреть, как идут дела у молодых интеллигентов. Увидев их работу, он не знал, что и сказать. Слишком медленно. Хорошо ещё, что никто из них не женат и кормить семью не надо, иначе пришлось бы им ветер закусывать.
Но при такой работе и себя-то прокормить будет трудно. Секретарь тяжело вздохнул и ушёл, полный тревоги.
Участок они обработали даже медленнее, чем деревенские дети.
А эта товарищ Чжоу — она даже сорняк вырвать не может! Секретарь только головой покачал.
Вспомнил он, как позавчера вечером его жена предлагала познакомить младшего сына с товарищ Чжоу. Подумал: младший сын, конечно, работящий, но, глядя на неё, сразу видно — не любительница земли. Сойдутся они — и правда ветер закусывать будут.
А вот второй сын — ещё куда ни шло. Но, вспомнив характер второго, он снова вздохнул. Ладно, не его это дело. У каждого своя судьба.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…