Глава 13. Книжка с картинками Кристиана
Двадцать четвёртое октября
— Так о чём ты хотел поговорить?
— Меня некоторое время не будет. Я получил крупный заказ. Всё благодаря твоей помощи. Огромное тебе спасибо.
— Ты нашёл работу благодаря собственному таланту.
«Куда ты уезжаешь? Надолго? Ты ведь ещё вернёшься сюда?»
Она удержала рвавшиеся с языка расспросы.
— Как здорово. Поздравляю.
— Но… — вымолвил Кристиан и на миг замер.
— Нет, ничего.
С этими словами он легко чмокнул Амбер в лоб и вышел из комнаты. А затем, взяв с собой лишь немного ручной клади, покинул особняк.
— Ты ведь вернёшься? — тихонько спросила она, провожая взглядом удаляющуюся спину Кристиана сквозь оконное стекло второго этажа.
«Ты мне небезразличен». Но именно поэтому она не смогла попросить его остаться.
Она больше не хотела замуж. О втором браке не могло быть и речи. Ей было уютно в нынешнем двусмысленном, половинчатом статусе фиктивных жениха и невесты.
— Но ведь так удобно только мне одной.
Внезапно в памяти всплыли слова матери.
«Стань милой леди. Сильных женщин не любят».
«Мужчинам нравятся женщины, которых хочется защищать. Дерзких не терпят».
Она ведь жила в точности по этим заветам, и всё же муж её бросил.
Вдруг и Кристиан, совсем как бывший муж, разочаровался в ней? Если работа в столице, он вполне мог бы ездить туда из особняка.
— И как же мне следовало поступить? Как счастливые женщины в этом мире обретают своё счастье?
Амбер силой подавила готовую раздавить грудь тоску. Она подняла взгляд к потолку и часто заморгала, сдерживая навернувшиеся слёзы.
После этого она как следует отдохнула и на восьмой день вернулась к делам.
Чтобы больше не свалиться с ног, она сократила объём ежедневных забот. Поручила другим всё, что можно было перепоручить, а то, за что можно было заплатить, доверила наёмным работникам.
Когда Амбер перестала взваливать всё на себя одну, дела пошли куда быстрее и слаженнее прежнего, да и прибыль выросла.
❇︎❇︎❇︎❇︎❇︎
Пятнадцатое ноября
— Амбер, до меня дошли слухи. Говорят, тот прекрасный жених съехал из твоего особняка? Вы расторгли помолвку?
Эллен Экклс наведалась в гости к Амбер с пирогом, щедро украшенным кремом, сказав, что хоть и с опозданием, но пришла проведать её после болезни.
Амбер, составлявшая смету для второго массажного салона, перевернула бумаги лицом вниз и опустилась в кресло за чайным столиком.
— До тебя, как всегда, быстро доходят слухи. Нет, не расторгли. Я собираюсь дождаться, когда он закончит работу и вернётся.
— Ой-ой. Прямо как в сентиментальном романе о чистой любви.
Амбер слегка нахмурилась и возразила подруге:
— Героини романов о чистой любви не трудятся не покладая рук и не гребут деньги лопатой. Они куда более хрупкие и беззащитные.
— Ах-ха-ха. И то верно.
На людях Эллен Экклс играла роль безупречной леди, но в глубине души презирала весь этот светский этикет. Вот и сегодня, пользуясь тем, что перед ней только Амбер, она взяла кусок пирога прямо руками и принялась уплетать его за обе щёки, перемазав губы кремом.
— По-моему, так есть и пачкать платье куда глупее любых правил приличия, тебе не кажется?
— Если приноровиться, можно есть и не пачкаться. Лучше скажи, Амбер, тебе разве не любопытно, откуда я прознала про Кристиана? — спросила Эллен с озорным мальчишеским блеском в глазах, слизывая крем с пальцев.
— Кто знает? Перестань темнить и рассказывай.
— По правде говоря, ко мне с деловым предложением обратился владелец лавки художественных принадлежностей по поводу книжки с картинками твоего жениха.
Эллен Экклс была исследовательницей литературы. Что редкость для женщины, она публиковала статьи и писала рецензии в серьёзных литературных журналах.
— Хозяин лавки попросил помочь с изданием этой книги. Он горячо убеждал меня, что, если мир её не увидит, это будет огромной потерей.
— Значит, Кристиан рисовал книжку с картинками.
— Вот она. Ну же, взгляни.
С этими словами Эллен протянула Амбер самодельную книжку, переплетённую шнурком.
В ней не было ни единого слова — только чёрно-белые контурные рисунки.
Мальчик, обожающий рисовать, с радостным видом выводил картину. Но мужчина, судя по всему его отец, с грозным лицом отчитывал сына.
Мальчик жил в стране, где рисовать было запрещено. Стоило ему что-то изобразить, как его бранили, а рисунки выбрасывали. Он снова брался за перо. И листы снова летели прочь.
Однажды мальчик сбежал из дома и отправился в странствие. Путешествие продолжалось, и он запечатлевал на бумаге всё, что пережил в разных краях. Дорога выдалась трудной, но мальчик встречал самых разных людей, взрослел и не переставал рисовать.
Со временем он повстречал черноволосую принцессу, которая любила живопись, влюбился в неё и, преподнеся ей портрет, попросил её руки.
Книжка заканчивалась тем, что они жили долго и счастливо в окружении множества чудесных картин.
Каждый рисунок был таким выразительным, словно со страниц звучали диалоги и внутренний голос мальчика. Люди и животные, встречавшиеся ему в пути, казались совсем живыми. Уж не самомнение ли это — думать, будто черноволосая принцесса похожа на неё саму?
— Потрясающие рисунки.
— Да. Я тоже была тронута до глубины души. Нужно обязательно добавить к ним текст и издать.
Амбер сжала ладони подруги.
— Эллен, пожалуйста, помоги ему с изданием.
— Могла бы и не просить. Эта книга непременно покорит сердца людей и станет для него отправной точкой в мире искусства. Даже без всякой связи с тобой он невероятно одарённый живописец, которому хочется помочь. К тому же…
Эллен перевела взгляд на длинные блестящие чёрные волосы Амбер и мягко улыбнулась:
— Мне ведь хочется, чтобы и черноволосая принцесса обрела своё счастье.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…