Глава 5. День, когда родился младший брат
С тех пор я жила с матушкой в наших владениях и обучалась у Эльмы святому искусству.
К моему удивлению, у меня обнаружились немалые способности к святому искусству, и я осваивала его приёмы один за другим.
Эльма высоко оценила мой талант и предложила поступить в духовную семинарию, чтобы заняться учёбой всерьёз, но я отказалась.
Поступив в семинарию, пришлось бы жить вдали от мирской суеты.
Моя жизнь и без того складывалась так, что мы с Вильором не виделись, а уж если бы я ушла в семинарию, мы бы наверняка не встретились уже никогда.
В первой жизни отец, бывало, брал меня с собой на тренировочный плац рыцарского отряда, поэтому мы с Вильором познакомились, когда мне было два или три года.
Однако теперь я начала жить как девочка, да ещё и заперлась здесь, в поместье, а потому мы ни разу не виделись.
Как бы то ни было, основы в меня вбили крепко.
Я уже неплохо справлялась с искусством исцеления, а также освоила искусство очищения и защитные барьеры.
Теперь мне хотелось выучить атакующие приёмы святой стихии.
Стоило мне заикнуться об этом, как глаза Эльмы засияли, и она радостно воскликнула:
— Уж в этом-то я сильна, положись на меня!
◇◇◇
Время пролетело незаметно, и мне исполнилось четыре года.
Решив, что близится пора появления на свет младшего брата, я отправила матушку одну обратно к отцу.
Спустя некоторое время пришла весть о её беременности.
Похоже, как и в первой жизни, брат должен был родиться с разницей в пять лет.
Надо ли говорить, какое облегчение я испытала.
Вот только само по себе рождение брата ещё не повод терять бдительность.
Главное, что вызывало опасения, — это неудержимое помешательство отца.
С самого моего рождения в отце наверняка копилась страшная досада.
Его чрезмерные ожидания от наследника могли попросту сломать брата.
За последние несколько лет матушка стала сильнее духом. Но после родов у неё вряд ли останутся силы присматривать за отцом.
Остановить его могла только я.
Я уже не та беспомощная малютка, какой была сразу после рождения. Я овладела святым искусством и подросла.
Чтобы дать отпор отцу, я втайне тренировала тело, так что вполне могла продемонстрировать ему хотя бы удар ногой в прыжке.
В общем, оставлять отца без присмотра было нельзя.
По этой причине я решила вернуться в королевскую столицу.
— Вот как. Эвклид, значит, ты возвращаешься в столицу. Мне будет одиноко.
— Эльма, поехали со мной.
— А? Почему?
— Так мне будет спокойнее.
У отца был невероятно тяжёлый характер, и я переживала, справимся ли мы с матушкой вдвоём.
Будь рядом Эльма, я бы чувствовала себя куда увереннее.
К тому же они с матушкой успели подружиться. Если бы Эльма оставалась поблизости, матушке тоже стало бы спокойнее на душе.
— Разве можно пускать такую странную женщину, как я, в Герцогский дом Людольфинг?
— Мы ведь уже тебя пустили.
— И ты совсем не думаешь о том, что я могу закрутить роман с твоим батюшкой?
— Нет, нисколько.
В первой жизни отец был предан одной лишь матушке и никогда не заводил любовниц.
— Да и не верится мне, что ты, Эльма, способна заинтересоваться таким никчёмным человеком, как мой отец.
Когда я прямо высказала то, что было на уме, Эльма весело рассмеялась.
Я сперва удивилась её странному вопросу, но оказалось, что в бытность замужней дамой её однажды заподозрили в неверности.
Из-за этого она отчасти переживала, как бы ненароком не разрушить чужую семью.
— Впрочем, даже если отец изменит, матушку это вряд ли расстроит.
— Ой, неужели герцогиня Людольфинг не любит своего супруга?
— Думаю, любит, но я как-то слышала от неё, что, когда вся его любовь сосредоточена исключительно на ней одной, это слишком давит.
— Вот оно что, надо же.
Я попросила её ни о чём не волноваться и ехать со мной, и Эльма наконец согласилась.
Таким образом, когда матушке подошёл срок рожать, я, отметив свой пятый день рождения, впервые за несколько лет вернулась в королевскую столицу.
◇◇◇
Наконец настал день рождения младшего брата.
Отец не находил себе места от волнения, уверенный, что уж на этот-то раз точно появится наследник.
— Отец, прошу вас, успокойтесь.
— Да как тут успокоишься! Сейчас решается, будет ли у нас наследник!
Поначалу отец объявил всем, что я мальчик, но позже, говорят, всё-таки исправил эти сведения, признав, что родилась девочка.
А поскольку матушка следом добавила, что он пытался растить дочь как сына из-за отчаянного желания получить наследника, на отца обрушилось жесточайшее осуждение со стороны света.
Это заставило его осознать свою ошибку, и он прислал мне письмо с извинениями.
Помня о первой жизни, я не могла так просто его простить.
И всё же сейчас мы могли нормально разговаривать — видимо, потому, что отец раскаялся и смиренно попросил прощения.
Даже когда я вернулась домой в платье, он лишь сказал:
— Эвклид, как ты выросла.
Когда я появилась на свет, отцу было двадцать лет. Наверное, тогда ему ещё недоставало душевной зрелости.
С тех пор как мы стали жить раздельно, пролетело уже четыре года, и отец, возможно, успел повзрослеть.
...По крайней мере, так мне думалось.
— Герцог Людольфинг, родился! Мальчик!
— О-о-о!!
Отец, неведомо где их прятавший, вдруг выхватил игрушечные меч и щит и бросился было к новорождённому брату.
Прицелившись ему точно в спину, я со всей силы врезала ногой в прыжке.
— Бухых!!
Должно быть, он совсем потерял бдительность.
Получив удар ногой от пятилетнего ребёнка, отец с грохотом рухнул на пол.
Вылетевшие из его рук меч и щит я тут же выбросила в коридорное окно.
— Э-Эвклид, т-ты что творишь?
— Это мои слова, отец!
— О чём... ты?
— Дарить новорождённому младенцу игрушечные меч и щит слишком рано!! К тому же сперва полагается поблагодарить матушку за то, что она родила вам ребёнка!!
— У... угу.
Видимо, мои доводы до него дошли, потому что отец сперва отправился к матушке и выразил ей свою благодарность.
Услышав его слова, растроганная матушка прослезилась.
Когда же отец наконец увидел брата, он и сам заплакал от радости.
Новорождённый братик оказался на редкость крепким малышом и громко, во весь голос кричал.
Поблагодарив матушку за труды, я тоже заглянула брату в лицо.
Он плакал, заливаясь краской.
В первой жизни даже в день рождения брата я с утра до ночи пропадала на тренировках и так и не пришла на него посмотреть.
Во второй жизни я была обязана относиться к брату со всем вниманием.
— Дитя моё, уж ты-то непременно станешь славным магическим рыцарем...
— Отец! Не смейте самовольно решать будущее этого ребёнка!
Матушка тут же поддержала мой протест строгим:
— Вот именно.
Отец посмотрел на нас так, словно не понимал, в чём дело, поэтому я нанесла решающий удар:
— Или вы снова хотите подвергнуться всеобщему осуждению, как это было со мной?!
— И-ик!!
Кажется, в памяти отца всплыли те ужасные дни, и он мигом притих.
Мне стало его даже немного жаль, но всё это было ради того, чтобы не допустить повторения трагедии.
Жизнь брата принадлежала только ему самому. Отец не имел никакого права распоряжаться ею по своей прихоти.
Отныне вся наша семья должна была окружить брата любовью и заботой.
И мы все вместе дали друг другу эту клятву.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…