Глава 4. Оруженосец Кария Бардник
Восходящая звезда рыцарского ордена в будущем и само воплощение гордого рыцаря. Кария Бардник.
Однако рыцарство в её понимании немного — нет, разительно отличалось от тех благородных идеалов, что воспеваются в пьесах и на театральных подмостках.
Образ рыцаря в представлении Карии Бардник сводился к одному: это просто сильный человек. Пусть даже в сердце его живёт желание протянуть руку помощи слабым, пусть он готов отдать жизнь ради справедливости — если он слаб, в её глазах рыцарем ему не бывать.
А потому и сила для неё существовала вовсе не ради защиты слабых. Как она сама однажды сказала, мощь — это лишь средство сокрушить нечто ещё более могущественное. И неважно, идёт ли речь о воинской доблести или богатстве: сильный, наделённый властью человек — это тот, кто приложил усилия, а бессильный слабак — тот, кто палец о палец не ударил. Кария Бардник верила в это до глубины души. Она была абсолютно убеждена в своей правоте.
Логика сильных. Высокомерие одарённых. Ох, какая же ностальгия. Кажется, она тогда бросила мне это прямо в лицо: дескать, жизнь такого ничтожества, как я, не стоит и ломаного гроша.
Дзинь! Дзи-и-инь!
Чувствуя, как подёргивается щека, я вгляделся вниз. Клинок Карии Бардник выписывал в воздухе волны, пока она сражалась с кабаноподобным магическим зверем, превосходившим её размерами в несколько раз. То, как билась эта девушка с развевающимися серебристыми волосами, казалось зрелищем почти фантастическим.
Карии Бардник прощали её, без преувеличения, жестокие слова и поступки по двум причинам: во-первых, из-за её собственного таланта, а во-вторых — из-за внешности. Она была неоспоримо прекрасна. Когда она только начала выдвигаться на первые роли в ордене, повсюду шептались, будто всё больше девушек и женщин, очарованных её статной фигурой, сами стали стремиться в рыцари. Не знаю уж, сколько правды было в тех слухах, но то, что она была достаточно сильна и красива, чтобы породить подобную молву, — чистая правда. Потому ей всё и сходило с рук. Даже её кощунственное пренебрежение к слабым.
Ох, как же противно. До тошноты противно. Я хотел встретиться лишь с одним человеком — с Арьюэно. Так почему же первой мне попадается та, чью физиономию я даже видеть не желаю?
Во время похода ради спасения мира Кария Бардник при каждом удобном случае третировала меня, видя во мне врага. Причина была проста: я оставался самым жалким слабаком во всём отряде. И за это меня презирали, смотрели с предубеждением и травили. Слишком уж прямолинейная натура, не терпящая ничего, что не укладывалось в её собственные мерки. Как же я её ненавидел.
***
— Странно… В прошлый раз — да, в прошлый раз она ведь точно его одолела. Чего она так долго возится?
Сидя на дереве, я наблюдал за противостоянием фехтовального мастерства Карии Бардник и чудовищной мощи магического зверя. И невольно нахмурился.
Я смутно помнил, как сам пришёл сюда в прошлом. Тогда во мне ещё теплилось нечто похожее на совесть, и я вроде бы попытался остановить Карию Бардник, собравшуюся вступить в бой с чудовищем.
Но в ответ мне прилетел удар наотмашь тыльной стороной кулака. Словно говоря «не путайся под ногами», она со всей дури врезала мне по лицу, сломав нос, и я тут же рухнул без чувств. Очнулся я только глубокой ночью, когда всё уже закончилось.
Да, точно. Насколько я помнил, именно эта схватка в лесу впервые прославила имя Карии Бардник на весь свет. Сам я боя не видел, так что утверждать не брался, но, по слухам, она блестяще расправилась с магическим зверем.
Для меня же всё обернулось полным крахом. Разведку я, разумеется, провалил. Из-за этого доверие ко мне, которого и без того не было, пробило очередное дно: мне ещё долго не давали даже самых плёвых поручений, не говоря уже о подрядах от старика Ричарда. За мной закрепилась кличка «чистильщик канав», и моя юность превратилась в сплошное убожество.
Агрх. Чем больше вспоминаю, тем сильнее закипает злость.
Впрочем, как бы там ни было, Кария Бардник действительно должна была победить здесь этого зверя. Вот только она подозрительно долго с ним копалась. Нет, дело было даже не в этом. Чудовище явно её теснило.
Она мастерски орудовала мечом, укрощая яростные выпады зверя, но не более того. Ей откровенно не хватало пробивной мощи для решающего удара. Наверняка она выжидала брешь в защите, но перейти в контратаку у неё просто не было возможности.
— Да что ты творишь, а?
Я скрипнул зубами. Что это за уровень владения мечом? Неужели это и правда Кария Бардник? Та, которую знал я, никогда не дралась так бездарно. Она не делала столько лишних движений. Её техника была отточена до мельчайших деталей, каждый шаг просчитан, в каждом взмахе клинка чувствовался неоспоримый гений.
Терпеть не могу таких, как она. Да, я её люто ненавидел. Но сила её была самой что ни на есть настоящей. Поэтому, хоть она и вызывала у меня отвращение, я отдавал ей должное. А это что за зрелище? Сыро, несовершенно, бездумная возня. И с такими навыками она полезла на крупного магического зверя?
Я и сам не понимал, отчего так злюсь. Не понимал, почему кусаю губы и сверлю её тяжёлым взглядом. Ни черта не понимал. На душе творилось нечто крайне противоречивое.
Хрупкое равновесие, кое-как державшееся до сих пор, рухнуло. Не сумев сдержать очередной яростный напор зверя, Кария Бардник слегка потеряла стойку.
Чудовище оглушительно взревело. Девушка всё ещё не успела восстановить равновесие — сказывался предел физических сил. А когда твари этого вида издают подобный рёв, это значит одно: они больше не видят перед собой опасного противника, а смотрят на него как на беззащитную добычу.
Дзи-и-инь!
Её меч, оставив в воздухе протяжный звон, отлетел в сторону, выбитый клыками зверя. Пытаясь уйти от атаки, она отступила на шаг, но этого было слишком мало. На такой дистанции от таранного рывка чудовища уже не увернуться.
Внезапно мне кое-что вспомнилось. Кажется, на её теле, прямо у плеча, оставался крупный шрам. Правда, когда я случайно его увидел, мне за это сломали скулу.
— Тц, а-ах, чёрт бы тебя побрал!.. Да что ты вообще вытворяешь?!
Ох, как же тошно. Просто смотреть на это сил нет.
Ненавижу. Вот поэтому я её и ненавижу. Взметнув полы своих зелёных лохмотьев, я оттолкнулся ногами от ветки. В руках были зажаты два ножа — дешёвки с разболтанными рукоятями. Но и этого хватит: от меня требовалось просто упасть сверху, задать нужное направление и камнем обрушиться точно в межбровье крупного магического зверя.
К счастью, всё внимание твари было приковано к беззащитной Карии Бардник прямо перед ней. Значит, я не промахнусь.
Прыгай, прыгай и убей. По прямой. Выпотроши его.
Оставив за собой серебристый росчерк, моё тело врезалось в самое уязвимое место чудовища — прямо между глаз.
Лес огласил истошный вой вперемешку со звуком рвущейся плоти.
— Гр-а-а-а-агх!
Сталь рассекла мясо и нервы, заставив кровь хлынуть фонтаном. Усиленные инерцией падения, ножи по самые рукояти вошли в лоб магического зверя.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…