Глава 15. Особый ребёнок с особой судьбой
— Ты хоть понимаешь, кому говоришь подобные вещи, Шеймус?
Брат не дрогнул.
— Прошу прощения за дерзость. Однако…
— Отвечай! Кому ты это говоришь?!
Брат, словно смирившись, понизил голос и ответил:
— …Моему отцу.
— И только? Я для тебя всего лишь отец, и не более? Подумай хорошенько. Каков мой титул?
Брат произнёс бесцветным голосом:
— …Герцог О’Флахерти.
— А кто ты?
— Его сын.
— Вот именно, просто сын. И не более того. Пока я не передам тебе главенство над родом, ты просто Шеймус. Запомни это хорошенько.
— …Да.
— Хм.
Отец с торжествующим видом вернулся к завтраку. Кроме него, к еде больше никто не притронулся.
— И всё же…
Брат снова попытался что-то сказать, но я покачала головой, останавливая его.
«Уже достаточно, брат».
Он некоторое время смотрел на меня, но всё же не смог отступить и снова заговорил.
Я невольно опустила глаза.
— Отец, не могли бы вы напоследок ответить хотя бы на один вопрос?
— Что ещё?
— Мне кажется, вы строги только к Кристине. Есть ли на то какая-то причина?
Таким брата Шеймуса я видела впервые.
Мюриэль, похоже, почувствовала то же самое и сидела в некотором замешательстве.
Предварив свой ответ словами о том, что мы заблуждаемся, отец заговорил:
— Я вовсе не отношусь к Кристине с особой строгостью. Однако я отдаю предпочтение Мюриэль, и в результате всё может выглядеть именно так.
— Отдаёте предпочтение Мюриэль? Но почему?
Отец ненадолго задумался, а затем кивнул:
— Пожалуй, пора рассказать вам хотя бы немного.
«Так на это есть причина?»
И я, и брат, и Мюриэль, затаив дыхание, ждали его следующих слов.
Отец обратил тёплый взгляд на одну лишь Мюриэль.
— Дело в том, что Мюриэль — особый ребёнок, рождённый под звездой особой судьбы.
‡
В Брибите, приграничной с королевством Дорнфорт деревне.
Готовясь к ночлегу, Ирил ждал Брайана, который отправился к деревенскому старосте.
— Долго же его нет.
— Уж не случилось ли чего?
Брайан задерживался так сильно, что они с Денисом уже начали тревожиться.
Наконец он появился.
— Господин Ирил, простите, что заставил ждать.
Брайан вернулся один, тяжело дыша.
— Ну как? Удалось что-нибудь узнать? Где староста?
Ирил уже догадывался об ответе, но на всякий случай спросил.
— Староста тоже скончался. Говорят, прошлой ночью.
— Всё-таки мор?
Брайан понурил плечи.
— В том-то и дело, что нет. Умерло уже немало людей, это верно, но причины у всех совершенно разные. Кто-то поскользнулся у реки, кто-то отравился едой, а кто-то упал с дерева.
Если это правда, то история выходила крайне странная.
Брайан продолжил:
— В такое трудно поверить, но каждый отдельный случай действительно выглядит как несчастное происшествие. Староста упал с лошади и неудачно ударился, хотя ни с конём, ни с седлом ничего подозрительного не было.
— Но ведь странно, что столько несчастных случаев произошло за столь короткое время.
— Да. Именно так.
Свежих могил насчитывалось больше десятка. Иными словами, столько людей якобы совершенно случайно погибло за этот короткий срок.
— Невероятно.
— И вот ещё что, — добавил Брайан.
— Самая старая жительница деревни хочет кое-что рассказать вам, господин Ирил. У неё совсем плохи ноги, сама прийти не может, так что не сочтёте ли за труд навестить её?
Ирил согласился не раздумывая.
‡
— Простите, что принимаю вас в такой убогой лачуге.
— Что ты, это мы нагрянули без предупреждения.
Едва обменявшись приветствиями, старейшая жительница деревни по имени Людмия начала свой рассказ. Неизвестно, сколько ей было лет, её лицо и руки сплошь покрывали морщины, но говорила она внятно и чётко.
— Раз в несколько десятков, а то и сотен лет случается подобное.
Ирил, Брайан и Денис расселись вокруг Людмии, внимая её словам.
— Значит, такое бывало и раньше?
— Да.
— Поверить не могу, — пробормотал Ирил, и старуха тут же пронзила его острым взглядом.
— Ваше высочество, а известно ли вам, почему соседняя страна не нападает на эти земли?
— Наверное, благодаря этим высоким горам. Они защищают нас.
Людмия с сожалением ответила:
— Наполовину верно, а наполовину нет.
— О чём ты?
— То, перед чем следует благоговеть, — вот что такое горы. И, конечно, не только они. И небо, и облака, и вода — всё это священно и всё внушает трепет. Соседняя страна страшится самой этой горы, потому и не решается сунуться сюда.
— Самой горы? Что это значит?
Людмия не ответила. Вместо этого она сама задала вопрос Ирилу:
— Ваше высочество, прежде чем прийти сюда, вы ведь видели могилы?
— Да.
Ирил кивнул, и Людмия удовлетворённо продолжила:
— Когда мы умираем, то обретаем покой в горах, как те усопшие. Горы — это место, куда возвращаются наши предки. И у соседей всё точно так же. По ту сторону хребта спят их пращуры. Поэтому они и не нападают.
— Вот оно что…
Ирил вспомнил надгробия, которые видел совсем недавно.
— Чтобы предки спали спокойно, мы проводим разные обряды.
Должно быть, речь шла о ежегодных деревенских празднествах. Сам он их не видел, но слышать доводилось.
— И всё же это дело рук человеческих. В них бывают изъяны, — вздохнула Людмия.
— Подобно тому как глиняная стена рушится с малой трещины, сквозь наши промахи проникает и разрастается «скверна». Тогда-то и случается эта беда.
Денис озадаченно склонил голову набок, а Брайан часто заморгал — оба изо всех сил пытались уловить суть рассказа.
Однако вопросы Людмии задавал только Ирил.
— Госпожа Людмия, что это за скверна?
— Скверна есть скверна, — отрезала старуха.
— Не могла бы ты объяснить подробнее?
— Она чинит препятствия добру и пытается извести святость. То, что мешает святому человеку, и есть скверна.
— То есть жители деревни погибли из-за того, что она появилась?
— Да. Теперь мы всей деревней должны возносить молитвы для изгнания зла. И как раз в такое время к нам пожаловал столь влиятельный человек, как вы. Ваше высочество, у меня к вам просьба.
Людмия заговорила таким тоном, словно ничуть не сомневалась в согласии Ирила.
— Отыщите святую. Остановить скверну под силу только ей. Если же зло расползётся, соседняя страна забудет о почтении к горам и пойдёт на нас войной. Именно так начинались былые войны.
Трудно сказать, сколько в её словах было правды, но Ирил видел, что Людмия не лжёт.
Он и сам хотел предотвратить вторжение соседей.
Он был готов помочь.
Но…
— Как же мне понять, что перед нами именно тот человек?
Людмия впервые улыбнулась, словно желая его успокоить.
— Небеса никогда не оставят нас. Девочка, что родилась, сжимая в руке камень-оберег. Отыщите её. Она и есть святая.
— Камень-оберег?
— Да. Она уже должна была подрасти и ждёт часа, чтобы спасти нас.
‡
— Что значит «особый ребёнок, рождённый под звездой особой судьбы»?
Брат озвучил вопрос, который вертелся на языке у всех.
Отец с сожалением ответил:
— Пока не могу сказать.
— Но как же…
Отец посмотрел на меня и бросил с неприязнью:
— До самого рождения Кристины я возлагал надежды и на неё. Думал, что именно ты станешь тем особым ребёнком с особой судьбой.
Я не понимала, о чём шла речь, но ясно ощутила одно: я оказалась ребёнком, не оправдавшим отцовских ожиданий.
Не обращая ни малейшего внимания на мою реакцию, отец продолжал:
— Но мои надежды были обмануты. Зато родившаяся следом Мюриэль блестяще их оправдала. Вот и всё.
Брата такой ответ, похоже, не устроил.
— Вы говорите, что пока не можете рассказать, но когда же сможете?
— Когда Мюриэль исполнится шестнадцать. Тогда и поговорим.
Ещё три года.
Мне показалось это странным совпадением, но я промолчала.
— …Прошу меня извинить.
— Кристина!
Окончательно потеряв аппетит, я наскоро откланялась и вышла из столовой.
Я отчаянно подавляла порыв побежать по коридору.
«Хочу увидеть Ирила».
Нет, так нельзя.
Сдерживая слёзы, я корила себя за то, что пыталась заглушить своё одиночество мыслями об Ириле.
Но в конце концов я не выдержала и, едва переступив порог спальни, разрыдалась, рухнув на пол.
Так начался мой второй пятнадцатый год жизни.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…