Глава 11. Брат и сестра
Зевая, Хоук передал кошелёк Джуду.
— Господин Джуд у нас молодой, ещё побегает, да? Ну, тогда до встречи за ужином.
И Хоук, и Гош поднялись по лестнице и разошлись по комнатам.
— Господин… Джуд? Вы ведь тоже устали, правда? Я и сама смогу сходить за покупками! Всё в порядке! Пожалуйста, идите отдыхать!
— Эх… Госпожа Кроэ, уж за покупками-то я с тобой схожу.
— Зовите меня просто Кроэ! Но ведь вы, господин Джуд, тоже совсем не спали…
— Тогда и меня перестань называть «господином», ладно? Мы же семья, к чему эта официальность, даже не по себе как-то.
— Бра… тишка?
…Опять язык заплёлся. Но тут Джуд покраснел и прикрыл лицо свободной правой рукой.
— Т-так… сойдёт.
И вот, на руках у господина Джуда — то есть теперь уже братишки — я покинула постоялый двор. Заглядевшись на его шелковистые светло-голубые волосы и синие, словно озёра, глаза, я спросила:
— Братишка, ты уже бывал в этом городе?
— Ага. По пути в королевскую столицу не так много мест, где можно спокойно отдохнуть.
Пока мы шли по оживлённой улице, я понемногу разговорила своего новообретённого брата, выведывая о нём всякие мелочи, и вскоре мы добрались до лавки.
Навстречу нам вышла бойкая тётушка.
— Добро пожаловать!
— Мне нужно собрать этой девочке полный комплект вещей, от белья до плаща.
— Ох! Большое спасибо!
Брат опустил меня на землю.
— В поместье нет никаких вещей для Кроэ. Выбери всё, что нужно, ничего не упусти. Если начнёшь скромничать, придётся ходить дважды, а это лишь лишние хлопоты.
— Д-да. Я поня… поняла.
Мне стало неловко оттого, что я ввожу дедушку в такие расходы, но ничего не поделаешь. Необходимое есть необходимое. Обязательно всё верну, когда встану на ноги.
Примерив вещи, которые принесла продавщица, я прошлась по лавке и потянулась к другим нужным предметам.
— Бельё, носки, туфли, сапожки, шляпка… Братишка, а можно купить ещё и это?
— Каменная плошка? Зачем она тебе?
— Это ступка для лекарств. Мне бы ещё и пестик… но тут нет ничего из твёрдого материала.
— …Ты уже умеешь делать лекарства?
— Наверное. Зависит от трав? До сих пор мне ещё не доводилось собирать их самой.
— Хм-м… Прошу прощения. Добавьте ко всей одежде ещё по одному комплекту. Ах да, и пусть они будут чуть побольше размером.
— Будет сделано!
— Б-братишка, не слишком ли этого много?
— А ты что, расти не собираешься, Кроэ?
— Собираюсь…
Нам пообещали доставить гору покупок прямо на постоялый двор. Расплатившись, брат снова взял меня на руки. Хоть по нему и не скажешь, что я ему нравлюсь, наказ дедушки он выполнял исправно.
Мне было совестно, но я крепко обхватила его за шею обеими руками. Он был раза в два меньше дедушки, поэтому сидеть у него на руках казалось не так надёжно и чуточку страшно.
— Братишка, я же тяжёлая! Я сама пойду!
— …Весишь не больше почтовой птицы, с чего бы?
Мыслит точь-в-точь как дедушка!
— Братишка, а сколько тебе лет?
— Мне одиннадцать.
Значит, разница в пять лет.
— Когда мне исполнится одиннадцать, я тоже стану такой же сильной, как ты, братишка?
— …Лучше направь свои усилия в другое русло.
И всё-таки, хоть я так тесно к нему прижималась, от брата веяло прохладой.
— Братишка, у тебя такое прохладное тело. Так приятно.
Я невольно потёрлась щекой о его шею.
— Это потому, что у меня предрасположенность к Магии льда.
Впервые о такой слышу!
— Э?! Так ты замораживаешь своё тело?
— Если бы я заморозил тело, то умер бы. Я замораживаю воздух вокруг себя, создавая что-то вроде тонкой плёнки.
Потрясающе. Похоже, он мог свободно регулировать температуру. Если создать ледяной клинок, в бою это станет грозной силой, да и в повседневной жизни такая магия невероятно полезна…
Пока я размышляла об этом, мой взгляд случайно зацепился за пёструю витрину.
Разноцветные леденцы, покрытые глазурью сладости…
— …Хочешь?
— Не-а! Всё в фпорядке!
Опять язык заплёлся. Когда я начинаю волноваться, губы меня не слушаются. Нужно постараться доставлять как можно меньше хлопот!
Брат мельком взглянул на меня и без лишних слов толкнул дверь этой мелочной лавки.
— Добро пожаловать!
— Заверните этой девочке сладостей, которые сейчас пользуются спросом, на ваше усмотрение.
— Слушаюсь!
— Б-братишка…
Мне вручили бумажный пакет, доверху набитый сладостями, и мы вышли из лавки.
Я ошеломлённо заглянула внутрь пакета.
— Странная ты. Каким бы прогнившим ни был род маркиза, это всё ещё род маркиза. Ты ведь наверняка ела сладости и поизысканнее этих?
— Я не ела сладостей… уже целый год.
Кажется, до проверки предрасположенности мне давали какие-то полдники. Но, словно в уплату за вернувшуюся память о прошлой жизни, я почти не помнила того, что было со мной здесь раньше.
Вспоминалась лишь прошлая жизнь. А если считать вместе с ней, то мне казалось, будто я не пробовала сладкого больше десяти лет.
Брат посмотрел на меня с недоумением и отнёс в небольшой сквер. Не выпуская меня из рук, он присел на скамейку.
— …Привал. Поешь немного здесь.
Я коротко кивнула и достала разноцветное печенье в форме посоха. Оно оказалось удивительно рассыпчатым и сладким.
— Вкусно…
Из моих глаз снова градом покатились слёзы. Я совсем расклеилась. Как же жалко я выгляжу.
Сладости — это символ достатка и покоя. Достатка в деньгах, в свободном времени и душевного покоя. Ещё с прошлой жизни я только и делала, что бежала сломя голову, задыхаясь и дрожа от страха.
И вот сейчас я ем сладости…
Рука сама тянулась за этим полузабытым сладким вкусом. Я уплетала печенье за обе щёки, заливаясь слезами, а брат каждые несколько минут вытирал мне глаза и уголки губ.
— …Ну до чего же я глупый… Ревновать к такой крохе… к ребёнку, которому… пришлось пережить столько совершенно ненужных страданий…
Услышав его бормотание, я спохватилась, что ем сладости в одиночку.
— Братишка, вот, угощайся.
Я протянула к его губам маленькое мятное печенье.
— Не надо. Ешь всё сама, Кроэ.
— Просто я подумала… что есть вместе будет веселее…
Брат широко распахнул глаза, а затем осторожно приоткрыл рот. Я тут же положила туда печенье.
— …И правда, вкусно.
— Да. Очень вкусно.
Мы принялись дружно хрустеть печеньем.
— …Кроэ, как ты хочешь жить дальше? — тихо спросил брат.
— Я хочу приносить пользу дедушке и тебе, братишка, а когда-нибудь… стать самостоятельной и открыть аптечную лавку или вроде того!
— Ты не собираешься остаться в Розенбальке навсегда?
Проглотив печенье, я покачала головой.
— Семья Морган… теперь всегда будет меня ненавидеть. Если я останусь, то из-за меня невзлюбят и тебя с дедушкой, я лишь навлеку на вас беду.
Пусть семья Морган и прогнила, они всё ещё маркизы. Я уже убедилась в силе дедушки, но кто знает, к каким подлым уловкам и ловушкам они могут прибегнуть.
— К тому же на этот раз я хочу сама выбирать, куда идти, и повидать много разного.
— Вот как… Значит, становиться главой владений ты не собираешься…
— Это невозможно! — твёрдо отрезала я.
У меня и правда не было для этого никаких способностей. Максимальный уровень магии никак не связан с умением управлять землями. У меня не было к этому ни таланта, ни желания его развивать. Во главе должен стоять тот, кто любит свои владения и своих людей.
Мне же будет вполне достаточно просто стать жительницей владений Розенбальк, которые защищают дедушка и брат.
— Точно. Братишка, если ты не против, научи меня Магии льда, пожалуйста! Если класть лекарства в мешочек, наполненный холодным воздухом, они смогут храниться дольше.
— Наполнять мешочек холодом и удерживать его там? И как тебе только такое в голову пришло… Без меня рядом у тебя ничего не выйдет.
— Тогда, братишка, давай путешествовать вместе, пока я не освою Магию льда!
— …Ты хочешь путешествовать со мной?
— А… Нельзя, да?..
Я съёжилась, подумав, что веду себя слишком уж фамильярно.
— Я всегда думал лишь о том, что должен защищать наши земли, чтобы стать их правителем. Но пока милорд полон сил, может, мне и правда стоит повидать мир и поучиться…
— Братишка, лучше не называй дедушку «милордом»! Вчера он из-за этого рассердился.
— Вот как?!
Пока мы вместе ели сладости, брат понемногу оттаял. По-детски не стесняясь, я засыпала его вопросами, а он вдумчиво на них отвечал. Когда небо окрасилось в оранжевые тона, брат снова поднял меня на руки, и мы вернулись на постоялый двор.
И дедушка, и Хоук, и Гош крепко спали, вовсю похрапывая. Похоже, они немного выпили.
— Обычное дело, — сказал брат, после чего накормил меня ужином, переодел в недавно купленную ночную рубашку и лёг спать рядом, держа меня за руку.
Проваливаясь в дрёму, я чувствовала, как он неспешно и бережно гладит меня по голове.
Я и правда совсем не умею разбираться в людях.
Брат вовсе меня не ненавидел. Он просто оказался немного неловким, но очень добрым человеком.
Куда, куда теплее… тех мужчин, что бездумно разбрасываются фальшивыми улыбками.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…