Глава 15. Святая лишь личиком получает признание (1)
Несколько дней спустя.
— Вкусно пахнет, мяу. Может, мне снять пробу?
Эстель с улыбкой посмотрела на Клода, который запрыгнул на кухонную стойку в облике чёрного кота и принялся умильно ластиться.
— Да, конечно. Но сперва слезь со стойки, хорошо? Будет совсем некстати, если ты вдруг примешь человеческий облик прямо там.
— Что печёшь?
— Лимонный тарт. Этот рецепт я тоже прихватила из дома.
— Бе-е. Лимоны я не очень жалую.
— Не привередничай. Я же тёмная святая, мне не пристало готовить только то, что любит одолженный фамильяр.
— Ага, всё-таки затаила обиду за то, что я назвал тебя тёмной святой!
Эстель и Клод на удивление неплохо поладили. Из-за государственных дел Люсьен не мог часто наведываться сюда, и вместо него при ней в качестве телохранителя неотлучно оставался Клод.
Пусть их первая встреча и прошла хуже некуда, но сейчас Клод — фамильяр Люсьена, способный в случае нужды принимать человеческий облик, — стал надёжным союзником для Эстель, впервые в жизни обустраивавшей самостоятельный быт.
К слову, то, что Эстель обладала атрибутом тьмы, разумеется, оставалось секретом только для них троих.
До сих пор никто не знал о её магической силе атрибута тьмы попросту потому, что ей никогда не доводилось произносить соответствующие заклинания. Магия тьмы вообще была невероятной редкостью — во всём королевстве ею владел один лишь Люсьен. Если подобная мысль даже не приходит в голову, то и случая проверить не представится.
— Угу, отличный цвет.
Лимонный тарт запёкся на славу. От сладкого фруктового аромата Эстель невольно сглотнула слюну. Рецепту этого освежающего тарта её научили на кухне графского дома Шарлье.
В этом доме из белого кирпича на окраине столицы Эстель собиралась открыть кафе. Именно этим ей всегда хотелось заняться, если бы она не была святой.
«Обычно графской дочери и помыслить нельзя о работе, если только это не служба при дворе ради обучения манерам... Но меня ведь выставили из дома с отступными. Быть убитой лишь за то, что я путаюсь под ногами у Айви, мне совершенно не улыбается, а радоваться жизни сейчас я могу только благодаря тому, что в тот день за мной приехал Его Высочество Люсьен».
И всё же почему он тогда так внезапно решил посетить графский дом Шарлье? Этот вопрос всплывал в памяти всякий раз, когда она вспоминала тот день, но ответа на него всё не находилось.
Принюхивавшийся к аромату тарта чёрный кот Клод спросил:
— Слушай, а чего тебя вообще потянуло лавку открывать? Можно ведь и по-другому время коротать.
— Знаешь, в детстве мне однажды довелось угостить одного человека кексом сале собственного приготовления. Вокруг ведь были сплошь дети знати, верно? Из-за проверок на яд и прочих строгостей подобное обычно просто невозможно. Но тогда всё вышло случайно.
— Вот как.
— И когда тот человек сказал, что было очень вкусно, я почувствовала себя такой счастливой.
— И поэтому — кафе?
Эстель коротко кивнула. В основе любых желаний порой лежат на удивление простые вещи.
— Интересно, любит ли Его Высочество Люсьен лимонный тарт? В прошлый раз он поел кекс сале только потому, что эта выпечка, по его словам, навевала воспоминания...
— Мяу? Да этот парень что угодно за милую душу сметёт. Ты вообще куда обычно смотришь?
— ...И то верно...
Мысленно представив своего бывшего жениха, чья симпатия к ней явно переходила все границы, Эстель с трудом сохранила невозмутимый вид, хотя лицо её слегка свело. Сама эта его безмерная привязанность никак не укладывалась у неё в голове.
Тук.
В этот миг послышался глухой стук в дверь, и Эстель посмотрела в сторону входа.
— Кто бы это мог быть?
— Сейчас гляну, мяу.
Чёрный кот крутанулся на месте, оборачиваясь человеком.
Эстель слышала, что Люсьен очень занят и не сможет заглянуть к ней в ближайшие несколько дней. Именно поэтому здесь и находился Клод. Снаружи дом защищал поставленный Люсьеном барьер, однако его действие не могло длиться вечно. Видимо, поэтому фамильяр и насторожился.
«Но ведь кроме Его Высочества Люсьена ко мне сюда просто некому приходить».
— Хм? Это ещё что?
Клод открыл дверь и, присев на корточки, что-то поднял с земли. Эстель подошла и заглянула через его плечо.
— Это... камешек?
— ...Опа!
Вжух.
В них полетело что-то ещё, но Клод ловко перехватил предмет на лету. Посмотрев в ту сторону, откуда прилетел камень, они увидели ребёнка.
«Кажется, кто-то из соседских детей...»
Мальчуган во все глаза смотрел на них. На его круглом личике с плотно сжатыми губами читалась какая-то злость.
— Послушай... Ах!
Стоило Эстель окликнуть его, как мальчик развернулся на пятках и бросился наутёк. Проводив его взглядом, Клод поднялся, почёсывая затылок.
— Не знаю, чего он добивался, но действие барьера, который поставил Люсьен, походу, вышло.
— Этот ребёнок... получается, он пришёл бросаться камнями из неприязни ко мне?..
— Ага. На всякий случай доложу Люсьену. Хотя после этого тут всю округу могут стереть с лица земли.
— ...Даже в шутку так не говори...
Страшнее всего было то, что с полной уверенностью назвать это шуткой она не могла. Что за немыслимый второй принц. Стоило ей об этом подумать, как неприятный осадок, на миг возникший в душе, бесследно испарился.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…