Глава 11
## 11. Приготовление пилюль
Составив список необходимых ингредиентов, маленький наследник сразу же связался с детьми из своего окружения и распределил между ними задания.
Благодаря удобству интернета меньше чем за полчаса все ингредиенты для приготовления пилюль для обхождения без пищи были куплены — оставалось только дождаться доставки из аптеки. Что касается сотни с лишним ядовитых веществ, необходимых для пилюль от всех ядов, удалось найти тридцать-сорок видов; остальные, после поисков по всему миру, тоже, как он полагал, скоро найдутся.
Маленький наследник повесил трубку, с облегчением выдохнул, а когда его мысли обратились к школьной химической лаборатории, глаза его засияли. Кто бы мог подумать, что инструменты для приготовления пилюль в этом мире окажутся настолько совершенными и полными! Тут были и автоклавы, способные нагревать до нескольких тысяч градусов, и баллоны с жидким аммиаком, понижающие температуру до минус сотни градусов, и бесчисленное множество различного оборудования для очистки и рафинирования. С помощью этих инструментов он сможет за один день приготовить как минимум несколько сотен пилюль для обхождения без пищи.
Две пилюли для обхождения без пищи поддерживали человека в течение месяца — в год требовалось всего двадцать четыре штуки. Когда же он достигнет третьего уровня Искусства Обратного Потока, маленький наследник сможет обходиться без пищи по три месяца, так что в год ему будет достаточно всего четырёх-пяти штук. Причина, по которой он готовил так много, заключалась в том, чтобы обеспечить семью Гун. Что касается пилюль от всех ядов, то для обычных людей, не имеющих внутренней энергии для защиты тела, они были смертельным ядом, и маленький наследник не решался давать их своим родным.
Хотя он знал, что у Гун Сянъи есть пространственные способности и что сейчас она скупает еду в огромных количествах, а отец Гун и старший брат Сун находятся на её попечении, так что ему не о чем беспокоиться; к тому же пилюли для обхождения без пищи были горькими и труднопроглатываемыми, и на фоне тех свежих продуктов, что собирала Гун Сянъи, выглядели совсем неприглядно. Но всё в этом мире переменчиво, и лучше приготовить побольше — на всякий случай. Вдруг Гун Сянъи потеряется или с ней случится несчастье — тогда можно будет достать пилюли и выручить всех.
При мысли о том, что с Гун Сянъи может случиться несчастье, на душе у маленького наследника не дрогнуло. К этой старшей сестре он поначалу тоже испытывал некоторую надежду, но когда они начали по-настоящему общаться и он почувствовал её сильную враждебность, та капля надежды мгновенно рассеялась, и он стал относиться к ней как к чужому человеку.
Закончив с делами, связанными с ингредиентами, маленький наследник умылся, спустился вниз и позавтракал. Остальные члены семьи Гун уже давно ушли по делам. До конца света оставалось всего десять месяцев, и им нужно было успеть завершить все приготовления.
Глядя на пустой обеденный стол, маленький наследник почувствовал упадок духа. Ему наконец-то досталась счастливая и благополучная семья, он наконец-то смог ощутить всё многообразие внешнего мира, тепло солнечного света — и всё это должно было быть разрушено приближающимся концом света. Неужели он родился под несчастливой звездой и ему суждено всю жизнь скитаться среди бедствий?
Подумав об этом, он, напротив, перестал так сильно унывать. Если это действительно так, он просто приложит все силы и поборется с небесами — в худшем случае умрёт ещё раз. Разве он когда-нибудь боялся?
В ясных глазах застыла решимость. Отбросив посторонние мысли, маленький наследник со всей серьёзностью принялся наслаждаться стоящим перед ним обильным завтраком. Этих вкусностей с каждым разом становилось всё меньше, и он не мог позволить ещё не случившимся событиям испортить ему аппетит.
Тщательно пережёвывая и не спеша глотая, маленький наследник закончил есть, взял рюкзак и отправился в школу на занятия. Переступив школьные ворота, он первым делом направился в кабинет директора — хотел попросить разрешения воспользоваться продвинутой лабораторией университетского отделения.
Видя, что маленький господин из семьи Гун соблюдает все правила этикета, ведёт себя учтиво и сдержанно, директор, разумеется, не посмел отказать и без лишних слов вручил ему ключи от одной из лабораторий.
Маленький наследник искренне поблагодарил директора, даже не пошёл на уроки, а с ключами направился прямо в лабораторию. Он запомнил методы использования и функции всех экспериментальных приборов, отобрал те, что пригодятся для приготовления пилюль, и отложил их в сторону, несколько раз попробовал поработать с ними, а затем позвонил в аптеку и попросил доставить заказанные ингредиенты прямо в Среднюю школу при университете А.
Когда он наконец разобрался с лабораторией и ингредиентами и приготовился начать приготовление пилюль, незаметно подошло время обеда. Сун Хаожань приехал в школу, чтобы забрать его, но, не найдя в классе, по указанию директора отправился в лабораторию ловить беглеца.
— Целое утро прогуливаешь уроки, прячешься здесь — чем занимаешься? — постучав в дверь лаборатории и увидев, что ребёнок спокойно стоит перед ним, Сун Хаожань наконец расслабился, хотя на лице его ещё оставался глубокий испуг.
За месяц с лишним ежедневного общения его чувства к Гун Лисиню незаметно стали глубокими, и в тот миг, когда он не смог найти Гун Лисиня, его сердце чуть не остановилось.
— Я готовлю пилюли, времени на уроки нет, — маленький наследник, держась одной рукой за дверную ручку, поднял голову, хлопая круглыми кошачьими глазами, и честно признался. Перед самым близким и самым доверенным старшим братом Суном он не считал нужным что-либо скрывать.
— Пилюли? Какие пилюли?
— Сун Хаожань погладил его по голове, в голосе слышалось удивление.
Маленький наследник потянул Суна Хаожаня за собой в лабораторию и указал на лежащий на столе рецепт.
— Готовлю пилюли для обхождения без пищи. Съешь одну — и полмесяца сыт.
Сун Хаожань приподнял бровь, взял рецепт, бегло просмотрел его и спросил с полуулыбкой:
— Откуда у тебя этот рецепт? Зачем тебе понадобилось готовить пилюли для обхождения без пищи? Они вообще действуют?
— Рецепт я нашёл в «Ицзиньцзине» из Шаолиня. Действуют. Если конец света действительно наступит, с ними мы не будем голодать, — маленький наследник с силой кивнул, говоря уверенно.
Хотя он не мог раскрыть своё происхождение, он также не снисходил до лжи. В тот день, листая боевые секреты, оставленные Гун Лисинем, он случайно наткнулся на этот рецепт в «Ицзиньцзине». Рецепт-то был, но для приготовления пилюль для обхождения без пищи требовалось ещё знать количество и порядок добавления каждого ингредиента — малейшая ошибка, и всё насмарку. Хотя рецепт передавался тысячу лет, методы приготовления уже давно затерялись в реке времени; неудивительно, что современные люди считают пилюли для обхождения без пищи лишь легендой.
Сун Хаожань тоже был современным человеком; хоть убей, ему бы и в голову не пришло, что Гун Лисинь уже давно подменили древним человеком. Он просто решил, что это очередное исследование, вызванное неуёмным любопытством Гун Лисиня. Какой мальчишка в детстве не мечтал о подобных легендах из мира боевых искусств?
Однако серьёзный и сосредоточенный вид Гун Лисиня был до того забавен, что Сун Хаожань, стоило ему взглянуть на его строгие брови и глаза, не мог удержаться от смеха.
«Похоже, после того как вчера вечером он посмотрел „Обитель зла“ и обсудил со мной конец света, его это немного задело. Но то, что он заранее проникся чувством опасности, может быть и к лучшему», — подумал про себя Сун Хаожань, наклонился и похлопал Гун Лисиня по плечу, хваля:
— М-м, если конец света действительно наступит, это лекарство и правда будет очень кстати. Когда приготовишь, не забудь дать старшему брату Суну несколько бутылочек.
Хотя он знал, что все эти пилюли — выдумка, Сун Хаожань не мог заставить себя погасить энтузиазм Гун Лисиня. К тому же он считал, что общение с серьёзным и сосредоточенным, но при этом до крайности милым Гун Лисинем доставляет ему удовольствие. То чувство кризиса и тяжести, которое приносило приближение конца света, всякий раз развеивалось ясным и безмятежным взглядом ребёнка.
— Хорошо, я и так собирался приготовить их для старшего брата Суна, — маленький наследник, улыбаясь, кивнул.
Услышав этот само собой разумеющийся ответ, холодная и твёрдая защита на сердце Суна Хаожаня растаяла окончательно. Чем больше он смотрел на стоящего перед ним послушного ребёнка, тем спокойнее становилось у него на душе. Он обнял его за плечи, прижал к себе и принялся как следует тискать, и только когда ребёнок начал слегка кружиться, с неохотой отпустил.
— Ладно, пилюли приготовишь в другой раз. Сейчас главное — натренировать это твоё тщедушное тельце, — говоря это, Сун Хаожань потянул Гун Лисиня за собой из лаборатории и направился к тренировочному лагерю спецназа в пригороде.
Конец света приближался с каждым днём, и ему нужно было в кратчайшие сроки улучшить физическую форму Гун Лисиня, чтобы тот мог защитить себя.
Когда они прибыли в тренировочный лагерь, Линь Вэньбо уже ждал их на краю тренировочного поля, одетый в полевую форму. Сняв деловой костюм, он утратил свою обычную элегантность и мягкость; в его красивых чертах сквозили ленца и дикость.
Маленький наследник выпрыгнул из машины, подбежал к нему и оглядел его с головы до ног. Глаза его сияли так ярко, что у Линь Вэньбо зарябило в глазах. Линь Вэньбо и раньше видел этот горячий взгляд Гун Лисиня, и раньше он вызывал у него лишь отвращение и раздражение, но сейчас не было ни капли неприязни; напротив, он с улыбкой позволял себя разглядывать. Всё потому, что глаза Гун Лисиня были слишком чистыми, без единой капли грязи или мрака, и Линь Вэньбо просто не мог его возненавидеть.
Сун Хаожань, заметив, что с приходом Линь Вэньбо тот сразу же приковал к себе всё внимание ребёнка, почувствовал в душе непонятную досаду. Он припарковал машину, быстро подошёл и встал между ними, заслонив собой ребёнка от взгляда Линь Вэньбо.
— Старший брат Сун, эта одежда очень красивая. У меня такая есть?
Будучи чистым листом, маленький наследник быстро привык к современной эстетике и одежде и, как и все мальчишки, питал особую слабость к военной форме.
— Конечно, есть. Давно для тебя приготовил. Иди в раздевалку, переоденься, и сразу начнём тренировку.
«Так он просто форму захотел!»
— непонятная досада в душе Суна Хаожаня мгновенно рассеялась, и он повёл ребёнка в раздевалку, где достал новенькую полевую форму и велел переодеться.
Маленький наследник с радостью принял форму, зашёл в кабинку, переоделся и вместе с Линь Вэньбо приступил к бесчеловечным тренировкам. Бесчеловечными они были, конечно, для Линь Вэньбо, учёного-коммерсанта; для маленького наследника же тренировки спецназа были сущим пустяком.
Сун Хаожань уже приготовился проявить твёрдость и во что бы то ни стало заставить Гун Лисиня выполнить все полевые упражнения, но никак не ожидал, что Гун Лисинь окажется искусен во всём: и в ползании, и в перекатах, и в лазании. Закончив, он ещё и принял участие в пятикилометровом кроссе, от начала и до конца бежал впереди всей колонны, а на финише даже не запыхался и не вспотел. Сун Хаожань и группа старых солдат только диву давались.
— Вот это порода! Прямо начальник Гун! Такое телосложение — прирождённый король спецназа! — вздыхал помощник Суна Хаожаня, а повернувшись и увидев почти выдохшегося Линь Вэньбо, молча покачал головой.
Сун Хаожань улыбнулся и тихо поддакнул, не сводя глаз с юноши на тренировочном поле. На его лице было написано: «И я тут причастен». На задыхающегося друга он даже не взглянул. Линь Вэньбо уже взрослый человек, нечего о нём беспокоиться.
Когда они закончили дневную тренировку, Гун Лисинь выглядел так, будто ему было мало, а Линь Вэньбо словно потерял полжизни — даже при ходьбе его пошатывало.
— Лисинь, ты раньше часто тренировался?
— Линь Вэньбо смотрел на сияющее лицо Гун Лисиня, и его впечатление о нём полностью перевернулось. Гун Лисинь вовсе не был мрачным, вовсе не был упрямым; напротив, он был очень самостоятельным и очень стойким — совсем не похож на избалованных современных детей.
— Нет, в первый раз, — маленький наследник покачал головой и, улыбаясь, побежал к подошедшему старшему брату Суну.
— Он ещё и бегать может?!
— Линь Вэньбо вытаращил глаза на убегающую спину Гун Лисиня, затем взглянул на свои дрожащие икры и горько усмехнулся. Действительно, сравнение — не в твою пользу!
— Лисинь, молодец! В мои годы я был куда слабее!
— Сун Хаожань распахнул объятия и обнял подбежавшего к нему юношу, на душе у него было невыразимо радостно.
— Вообще-то я тренировался, так что это не считается большим достижением, — маленький наследник слегка смутился и скромно отмахнулся. Если бы не внутренняя энергия, защищающая тело, он бы ни за что не выдержал такой интенсивной тренировки и получаса. Старший брат Сун был обычным человеком без капли внутренней энергии, но каждый день упорно выполнял эти тренировки — вот кто был настоящим сильным человеком.
— Когда это ты тренировался? Что-то я не знаю, — Сун Хаожань, услышав это, погладил ребёнка по голове, в голосе слышалось удивление.
— Я каждый вечер сижу в медитации и практикую цигун, у меня есть внутренняя энергия, защищающая тело, — серьёзно объяснил маленький наследник. Перед Сун Хаожанем он всегда говорил всё как есть, ничего не скрывая.
Однако Сун Хаожань принял его чистую правду за шутку и, обняв его за плечи, громко расхохотался. Подошедший следом Линь Вэньбо тоже не смог сдержать улыбку, подумав про себя: «Кто бы мог подумать, что у Гун Лисиня есть чувство юмора. С его серьёзным личиком шутки выглядят просто уморительно!»
Маленький наследник так и не понял, что именно он сказал такого, отчего эти двое смеялись до упаду. Он слегка нахмурил тонкие брови, в больших глазах застыло недоумение, розовые губы сжались в прямую линию — отчего он стал выглядеть ещё серьёзнее.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…