Глава 11. И всё-таки дошло до этого?
При ярком солнечном свете это жалкое чаепитие выглядело ещё более нелепым и бестолковым, так что у меня едва не вырвался тяжёлый вздох.
Подавив его и тронув губы лёгкой улыбкой, я неспешно направилась к столику, за которым сидела Алиса, ловя на себе взгляды благородных девиц и юношей с соседних мест.
— Интересно, из какого она дома?..
— Прежде не доводилось её встречать… Но до чего же хороша.
Отовсюду доносился перешёптывающийся гул — гости пытались угадать, кто я такая. Впрочем, неудивительно, что меня не узнавали: на свадьбу мы никого не приглашали, да и в столичном высшем свете я ещё ни разу не появлялась.
Когда же в ответ на прикованные ко мне взгляды я без тени смущения одарила собравшихся приветливой улыбкой, щёки молодых людей и девушек мгновенно вспыхнули румянцем.
Да уж, мои горничные просто выше всяких похвал.
Ой-ой, а госпожа Алиса-то как грозно на меня уставилась. Неужели любая девица, притягивающая чужое внимание, автоматически записывается ею во враги?..
— Т-ты ещё кто такая?!
Оттого, что даже Алиса — единственная из всех присутствующих, с кем мы встречались лично, — приняла меня за незнакомку, я едва не прыснула со смеху.
Так она сверлила меня взглядом, даже не понимая, кто перед ней?!
— Надо же, неужели вы рассылали приглашения, даже не зная кому? Что ж, ничего не поделаешь. Мария.
Стоявшая позади Мария достала пригласительный билет и передала мне. Когда я положила его на столик перед Алисой в качестве доказательства, та, словно выдирая добычу, резко протянула руку и схватила карточку.
— Э… Элизабет?..
Она поочерёдно буравила взглядом то имя на открытке, то моё лицо — да так пристально, словно хотела прожечь в них дыру, — и наконец произнесла его вслух. Не припомню, чтобы я дозволяла обращаться ко мне запросто, но укажи я на это сейчас — Аван наверняка поднимет шум, да и разговор застопорится, так что оставим это на потом.
— Да, давно не виделись, госпожа Алиса.
— Ах, так это подруга госпожи Алисы? Представьте же её и нам!
— Юная леди Алиса, и нам, непременно!
Окружавшие Алису девицы, которые до этого во все глаза пялились на меня, наконец-то очнулись. Её подружки, боясь лишиться тёплого местечка в свите, тут же ощетинились неприкрытой враждебностью, а приятели Авана подались вперёд с весьма недвусмысленным интересом во взглядах.
— Д-да, конечно… Э-э… Это Элизабет…
Неужели так трудно представить законную супругу своего друга детства? Ах, погодите-ка, неужели…
— Позволь представить, это юная леди Алиса Тид, дочь барона. Единственная дочь баронессы Тид, моей бывшей кормилицы, и мой дорогой друг с самого детства.
— Приятно познакомиться, я Алиса. Мы с Аваном дружим с малых лет, прошу любить и жаловать.
В памяти всплыли неприятные воспоминания о нашей первой встрече.
Надо же, ведь Аван тогда меня даже не представил, да и сама Алиса не потрудилась спросить моё имя… Разве что приставленная ко мне служанка изредка называла меня госпожой Элизабет?
Стоило лишь раз спросить, и всё стало бы ясно, но моя персона её совершенно не интересовала…
— Да, меня зовут Элизабет. Моё полное имя — Элизабет Тиа Роттебальт. Рада знакомству со всеми вами.
— М? Роттебальт, говорите… Так вы младшая сестра Авана?
Сидевший подле Алисы молодой человек, который соображал чуть быстрее остальных, услышав мою фамилию, тут же подал голос.
— Что? Я и понятия не имел, что у него есть столь прекрасная сестрица! Ну погоди, Аван, уж я с тобой разберусь!
— Ах, как забавно.
Боже, какая мерзость.
Мне тошно уже от того, что мы связаны брачным контрактом, а от одной лишь мысли о кровном родстве с этим человеком становится дурно.
Чтобы не выдать раздражения, вызванного этим отвращением, я лишь улыбнулась ещё шире.
— Я стала Роттебальт совсем недавно.
Мне совершенно не хотелось собственными устами объявлять себя женой этого мужчины, поэтому я ограничилась намёком, которого любому нормальному человеку хватило бы с лихвой.
Судя по беглому взгляду, наивысшим титулом среди собравшихся здесь гостей был графский.
К счастью, знатные особы более высокого ранга, которым Алиса и Аван наверняка разослали приглашения ради пустого бахвальства, пока что не почтили мероприятие своим присутствием. Впрочем, люди они занятые и вполне могли просто запаздывать, так что терять бдительность было рано…
Как бы то ни было, среди всех присутствующих я занимала самое высокое положение.
Однако Алиса, даже не замечая этого, продолжала преспокойно сидеть на стуле, задрав голову ко мне, стоящей перед ней.
Всю немыслимость этой ситуации первыми осознали благородные девицы, державшиеся поодаль от компании Алисы.
Одна из них, словно решившись на что-то, привела в порядок свой столик, подозвала слонявшуюся без дела горничную и велела подать свежий чай. А затем направилась ко мне.
— Прошу простить мне мою дерзость, что осмеливаюсь обратиться к вам без дозволения, госпожа Элизабет.
Полностью проигнорировав Алису — которую, по мнению самой же Алисы, здесь следовало почитать превыше всех, — девушка подошла ко мне и, низко присев в глубоком реверансе, полагающемся перед вышестоящей особой, заговорила.
— Да, я дозволяю. Как ваше имя?
— Я Арлубель, вторая дочь графского дома Ларбо. Я распорядилась подать свежий чай, поэтому прошу вас, присаживайтесь за наш столик.
Если судить по старшинству титулов, мне следовало бы сесть за главный стол к хозяйке вечера. Но, должно быть, девушка рассудила, что нельзя усаживать меня за столик, усыпанный крошками от сладостей, которые уплетали прихлебатели, и застеленный скатертью в горошек от чайных пятен.
Мне и самой казалось, что там даже стулья липкие, так что садиться туда не хотелось совершенно — она меня просто выручила.
— Юная леди графского дома Ларбо… Благодарю за заботу, вы весьма внимательны.
— О да, глава графского дома наверняка гордится такой дочерью. Столь юная леди, а уже прекрасно понимает, что такое истинное гостеприимство.
Поскольку над столиками в саду возвышались большие тенты от солнца, Мария, складывая зонтик, который до этого держала надо мной, похвалила графскую дочь достаточно громко, чтобы её слова отчётливо услышали за столом Алисы.
Разумеется, с прозрачным намёком на то, что сама Алиса — никудышная хозяйка, не имеющая ни малейшего представления о радушии…
Проходя мимо, я мельком взглянула на Алису — её лицо перекосило от ярости. Надо же, такие вещи она всё-таки замечала…
К столику, за который меня проводили, потянулись и другие благородные девицы, до этого державшиеся в стороне, и, испросив дозволения присоединиться, с моей лёгкой руки заняли места.
На всякий случай я поинтересовалась у леди Арлубель, не были ли места распределены заранее, но оказалось, что с самого начала здесь творился такой кавардак, и девушки просто расселись по дальним столикам, лишь бы не связываться с Алисой и её свитой.
— Госпожа Элизабет, непременно почтите своим присутствием чаепитие в нашем доме!
— Ах, как нечестно обходить других на повороте! Госпожа Элизабет, мы тоже будем бесконечно рады видеть вас на нашем чаепитии!
Стоило собравшимся за столиком девицам назвать свои имена и роды, как они наперебой принялись приглашать меня на свои приёмы.
Когда баронские или виконтские семьи приглашают на вечер сыновей или дочерей из домов ранга маркиза и выше, те крайне редко отвечают согласием.
А вот графский титул занимает особое положение: он служит своего рода связующим звеном между мелким и высшим дворянством, объединяя вокруг себя семьи рангом пониже.
Поскольку свита Алисы состояла сплошь из баронских да виконтских дочек, они, должно быть, зазвали сюда девиц из графских родов в надежде завести знакомства среди высшей знати.
Ведь если графскую дочь пригласят на приём к кому-то вроде меня, через неё можно выйти на высшую аристократию, а если повезёт — то и на королевскую семью.
Но раз уж вы на это рассчитывали, так потрудились бы принять гостей как подобает!..
В окружении девиц, прекрасно понимавших, что по положению я стояла куда выше Алисы, я наслаждалась вполне пристойным чаепитием. Однако сама Алиса, выведенная из себя тем, что мы не ставили её ни в грош, в сопровождении своей свиты из девиц и юнцов под громкий топот направилась прямиком к нам.
— Как я рада, что вам у нас нравится. Должно быть, в вашей глуши, госпожа Элизабет, никаких чаепитий отродясь не устраивали, верно?
— То-то вы так расшумелись! В провинциальном графстве, небось, лошадей куда больше, чем людей.
— Ой, так вы там, наверное, заваривали морковный отвар и чаёвничали с лошадьми!
Неужели за тем столиком она успела расписать всем, будто я родом из какого-то захолустного края?
Желая выслужиться перед Алисой, её прихлебатели наперебой принялись злословить, обзывая меня деревенщиной под дружный издевательский хохот.
Значит, раз титулом не задавить, решили ударить по происхождению?..
А ведь поначалу Алиса, явно сбитая с толку моим появлением, даже не пыталась огрызаться, и я уж было передумала устраивать сцены: мне не хотелось ещё больше портить настроение ни в чём не повинным девушкам, которых затянуло на этот фарс, поэтому я решила просто тихо-мирно посидеть за предложенным столиком и насладиться нормальной светской беседой.
Более того, раз уж благодаря выходке Алисы мне представился случай познакомиться с приличными, прошедшими своеобразный отбор девицами, я подумывала не ставить нахалку на место прямо здесь, а просто после чаепития строго-настрого предупредить Авана — и прижать его кошелёк, — что следующего раза не будет, а заодно заранее запретить слугам им помогать.
Но Алиса оставалась Алисой.
Надеяться, что она будет сидеть смирно, было с моей стороны верхом наивности.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…