Глава 8. Зелёный Край
После долгих недель в беспощадных горах Драконьего Хребта казалось, что по пологим холмам Речных Земель мы просто летим.
Судя по рассказам Веры и Хорхе о Зелёном Крае, я ожидал увидеть изумрудные пастбища, разделённые живыми изгородями и каменными стенами, уютные рощицы, где ютятся гигантские стаи скворцов, на рассвете и закате наполняющие небо своим причудливым кружением. Но вместо этого моему взору предстала сотня оттенков бурого.
Речные Земли были большим королевством, которое простиралось от подножия Драконьего Хребта до самого Побережья Левиафана и упиралось в Закатные Королевства далеко на западе. Это был богатый и плодородный край благодаря насыщенной маной талой воде, что каждую весну устремлялась с высокогорных ледников, но именно это необычайное плодородие и было повинно в том унылом буром месиве, которое я сейчас лицезрел.
На плоскогорьях, по которым мы шли, урожай собирали дважды в год — в конце лета и ранней весной. Брюкву, репу, морковь и прочие корнеплоды сеяли на исходе лета; всю мягкую зиму они дремали в земле, чтобы с удлинением дней и возвращением солнца бурно пойти в рост. Это шло вразрез со всем, что я знал о земледелии, но, учитывая скудность моих познаний, удивляться тут было нечему.
Как бы то ни было, подо мной расстилались поля бурой грязи, испещрённые мелкими зелёными ростками и побегами овощей, тянущихся к бледному зимнему солнцу, и с моей высоты казалось, будто само божество расчертило землю прямыми линиями.
Моё восприятие обострилось сильнее, чем когда-либо прежде, под стать остальным характеристикам, и мне чудилось, словно весь мир распахнулся передо мной. Я неуклонно повышал восприятие за счёт щедрых наград за уровни по мере нашего продвижения, но изрезанный рельеф гор Драконьего Хребта до сих пор мешал мне в полной мере оценить масштаб этих перемен.
Извилистые реки, давшие название этому краю, растекались по расчерченным на квадраты полям внизу и напоминали мне прожилки, пронизывающие невероятно огромный фасеточный глаз. Он не мигая взирал в небеса, и я задумался, каким бы предстал мир с его стороны. Походили бы звёзды ещё сильнее на созвездия моих навыков, сумей глаз такого масштаба разглядеть тонкие связи в космосе? Или же там лишь пустая бездна, изредка нарушаемая одинокими мерцающими огоньками, обречёнными висеть в безмолвии?
Я ещё несколько мгновений любовался видом, погружённый в раздумья, а затем ускорился, чтобы нагнать остальных, спускавшихся по отлогим серпантинам впереди. Сделать это не составило труда — тело плавно откликалось на мои команды. Мы провели в горах без малого месяц, и я значительно вырос в силе. 12 уровней во 2-м ранге дали мне больше характеристик, чем весь 1-й ранг целиком, и пусть характеристики решали не всё, я знал, что стал куда более опасным бойцом.
Мои навыки немного отставали, хотя для 2-го ранга это было в порядке вещей, даже для обладателя боевого класса вроде меня. Мне не выпадало возможности толком поэкспериментировать с более ситуативными навыками, такими как Конец охоты и Ледяной костёр, но вот Ломаный шаг заметно подрос благодаря частому использованию.
Я носился по горам, пытаясь отточить «Спуск барана»
— так я окрестил приём, при котором прыгал с большой высоты и гасил инерцию у самой земли за счёт расчётливого применения изменяющих импульс свойств Ломаного шага, чтобы врезаться в почву лишь с сотрясающей кости силой, а не размазать себя по горному склону. В конце концов, это сделало бы «Падающего медведя» необычайно эффективной тактикой засады, сумей я обрушиваться с любой высоты. Вера называла это просто падением, но мне нравилось добавлять в свой арсенал чуточку лоска.
Шаг по лезвию вырос примерно так же, пока мы с Натланом резвились и играли на крыше мира, и хотя из-за враждебной погоды времени на спарринги почти не оставалось, я заметил стремительный и неожиданный рост Авангарда потерянных. Это был совершенно отдельный вопрос, за обсуждением которого с Хорхе я провёл немало времени, и последствия его были столь необъятны, что сейчас я не мог тратить время на размышления об этом. Разберусь в свой черёд.
Статус
Происхождение: Выкованный титанами человек (эволюционировавший)
Уровень: 62
Класс: Кровь гор
Титулы: Коснувшийся Бога
Характеристики
Сила: 150
Ловкость: 110
Выносливость: 77
Восприятие: 50
Мышление: 55
Доступные очки характеристик: 0
Навыки
Ледяной костёр, ур. 3
Смещение оси, ур. 4
Шаг по лезвию, ур. 5
Ломаный шаг, ур. 6
Конец охоты, ур. 3
Авангард потерянных, ур. 4
Точка раскола, ур. 3
Врата Горы, ур. 2
Насколько мне было известно, Хорхе и Вера уровней не получили, но этого и следовало ожидать, да им оно и ни к чему. Я до сих пор не знал, насколько могуществен каждый из них, но слово «достаточно» пока казалось самым подходящим ответом.
Натлан за время нашего путешествия обрёл немало новой силы и теперь находился во 2-м ранге примерно на одном уровне со мной. В нашей группе он прибавил в мощи больше всех и теперь сравнялся со мной по характеристикам. А вкупе с его многолетним мастерством мечника это приводило к тому, что в наших регулярных спаррингах я то и дело оказывался бит. Ему всё ещё не хватало того чутья в обращении с обретённой физической мощью, каким, похоже, обладал я, но его превосходство в мастерстве с лихвой перекрывало эту небольшую разницу между нами.
Впрочем, наши схватки не были игрой в одни ворота, и порой мне удавалось вырвать чистую победу или свести бой к пиррову поражению. В глубине души я начинал думать, что у меня есть талант к бою; сама его суть — эта отчаянная борьба — казалось, отвечала устройству моего разума, и я без труда подстраивался под течение схватки там, где сам Натлан порой терялся.
Садрианна тоже получила несколько уровней, хоть и меньше нашего. Это объяснялось как её более высоким изначальным уровнем и, следовательно, большими требованиями к опыту, так и тем, что она держалась позади, позволяя нам с Натланом ввязываться в большинство сражений, которые нам удавалось отыскать. Не говоря уже о её классе поддержки — лишь прилежное изучение, тренировки и время, проведённое за использованием навыков, могли принести ей те повышения уровня, которые мы так быстро пожинали своим оружием.
И всё же нам обоим было до неё далеко. Её превосходство в уровне и опыте с лихвой перекрывало всё, что мы могли ей противопоставить. Без навыков мы, действуя сообща, ещё могли бы с трудом одолеть её, но кто знает, что случилось бы, пусти она в ход свой Бритвенный клюв, рассекающий нашу защиту, не говоря уже о разрушительной мощи её усиленного навыка Ледниковая туша. Я подозревал, что попытка закончилась бы для нас сокрушительным разгромом, но пока мы довольствовались чистым фехтованием.
Сама Джасинта уровней не прибавила, уже находясь на пике 1-го ранга, но она работала с Хорхе и Верой над тем, чтобы перестроить свой класс в нечто способное взаимодействовать с ритуалом, буквально начертанным на её теле, а не полностью подавляться им. Большая часть этой работы была скорее умственной, нежели физической, но даже Натлану пришлось признать, что её успехи впечатляют.
При первом знакомстве эта могучая варварша показалась нам презрительной задирой, но стоило ей поделиться частью своей истории, как стало ясно: она скорее напуганный ребёнок, огрызающийся на весь мир, нежели человек, мнящий себя выше других. Называть «ребёнком» женщину за тридцать было, пожалуй, несправедливо, но перед практически незнакомыми людьми она проявила такую уязвимость, которая в своей наивности казалась почти детской.
Я понимал, что это был осознанный шаг: всё, что она знала прежде, привело её к краху, поэтому она отбросила прежний опыт и положилась на более успешных людей, чтобы те помогли ей выстроить новый мир. В конце концов, каждому нужна опора — идеология, способ уложить путаную трясину вечных неожиданностей мира в целостную картину. Одни находили утешение в религии, другие — в самодовольном превосходстве, страхе перед «чужаками», гневе на равнодушный мир или же в любви и глубокой благодарности ко всему сущему.
Я знал, что некогда Джасинта выбрала гнев, а теперь, похоже, держалась поближе к Вере, чтобы научиться обуздывать этот порок. Им обеим было хорошо знакомо это переменчивое чувство, и успехи были видны невооружённым глазом. Каждый раз, исчезая с Верой на день-другой, она возвращалась более уравновешенной. У костра она начала раскрываться — пусть в основном слушала, но порой смеялась вместе со всеми или делилась короткой историей.
Она повторно, уже куда искреннее, извинилась перед Натланом и протянула ему оливковую ветвь. Слова «я была неправа» казались простыми, но то была правда, и это имело значение. Как человек, заново собравший свою жизнь из осколков прошлого, я понимал её стремление выложить карты на стол, и её прямота освежала.
Казалось, все в её прошлой жизни — включая её саму — действовали со скрытым умыслом, пряча частичку себя от чужих глаз. Очевидно, она решила, что продолжать в том же духе глупо, и потому избрала путь предельной честности. Она говорила то, что думает, и ничего сверх того. К этому нужно было привыкнуть, но мы быстро освоились.
Удивительно, но проще всего это далось Натлану. Учитывая его прошлую травму и упор его класса на истину, удивляться тут было нечему, но я всё равно поражался тому, как он к ней потеплел, а видеть, как на рассвете или закате они перебрасываются словами и улыбками у костра, было почти дико. Впрочем, все мы так или иначе были людьми суровыми, так что значат пара лёгких увечий между друзьями?
Оставив позади живописный вид Речных Земель, а вместе с ним и свои размышления, я поспешил вслед за спутниками. Земля стремительно неслась под ногами, я перепрыгивал рытвины и на заносах входил в повороты. В какой-то момент я одним махом перелетел с одного изгиба серпантина на другой, преодолев сотню с лишним футов за счёт крутого уклона и невероятного прироста силы за последний месяц. Ломаный шаг уберёг меня от перелома ног, и я продолжил свой головокружительный спуск, пока ниже по тропе не нагнал остальных на фоне мерцающих вдали рек.
В конечном счёте с Драконьего Хребта спустилась совсем не та группа, что поднималась на него. Прежде мы были отрядом, раздираемым противоречиями и связанным лишь крайними обстоятельствами. Ядро группы было крепким, но держалось оно в основном на Вере и Хорхе.
Группа же, покинувшая заснеженные вершины и вышедшая на равнины внизу, представляла собой настоящий боевой отряд. Пусть не числом, но мощью мы могли потягаться со многими наёмничьими ватагами. Даже если не брать в расчёт Хорхе и Веру — что в бою было бы опасным заблуждением, — мы с Натланом и Садрианной уже стали смертоносными бойцами. Даже Джасинту не стоило недооценивать, и я полагал, что если Хорхе сумеет протолкнуть её хотя бы отчасти во 2-й ранг, то с её агрессией и первобытной физической мощью она станет настоящим ужасом на поле боя.
Мы и впрямь стали единым отрядом. Джасинта всё ещё держалась особняком, но каждый из нас хотя бы отчасти оттаял к ней, а узы между остальными окрепли по-настоящему. Садрианна теперь казалась мне верным другом; мы не раз засиживались допоздна, беседуя о наших целях и общих задачах — её интерес к моему прошлому и тому, как я заново выстраивал личность после потери памяти, явно подогревался желанием обрести себя вне сражений ради старых воинов клана, и это выливалось в увлекательные и плодотворные разговоры.
На равнинах внизу наша цель проступила яснее. В нашем шаге вновь появилась та спешка, которую мы отчасти растеряли за время перехода через высокогорье, а воздух словно наэлектризовался перед грозой. Мы переночевали в заброшенной лачуге, а весь следующий день шагали мимо раскисших полей, махая редким крестьянам и ловя на себе их любопытные взгляды, пока не вышли на берег широкой реки.
То была одна из многих рек, что на наших глазах бежали с ледяных гор, устремляясь к морю за бессчётные мили отсюда. Не меньше доброй сотни футов в ширину, она рассекала землю, петляя из стороны в сторону. В лучах солнца, отражавшихся от водной глади, она походила на огромную змею, скользящую по полям.
Какое-то время мы шли вдоль неё и вскоре выбрались на наезженную дорогу, засыпанную гравием, с приподнятыми обочинами, вымощенными тяжёлым речным камнем. То и дело мимо катили конные повозки — совсем как паланкины в Медных Каньонах, только запряжённые косматыми тяжеловозами, а не людьми, — и тут меня ждало новое впечатление: я впервые увидел солдат.
Не городскую стражу, не преступных громил, не наёмников и не телохранителей богатых вельмож. Настоящих солдат в одинаковых мундирах и начищенных до блеска доспехах, чеканящих шаг по дороге по шестеро в ряд в колонне длиной во много сотен человек.
Я был потрясён. Давным-давно мне говорили, что на Цандеросе больше не существует крупных регулярных армий из-за системы и её неравной иерархии силы. Когда один-единственный силач способен вырезать целое войско, какой от этого войска прок?
Хорхе, впрочем, успокоил меня, объяснив, что хотя огромных армий в том виде, в каком они существовали в древности, больше нет, небольшие войска всё ещё в ходу. Этот край был плодороден, а Речные Земли как королевство — густонаселённы, и пусть власть здесь была распределена между множеством феодалов, а не сосредоточена в руках центрального правительства, они всё же могли набирать, выставлять и снаряжать армии крупнее обычного.
Перед натиском элитных воинов горных варваров они бы быстро пали, как и перед другими силами вроде Побережья Левиафана, но у Речных Земель имелись собственные могущественные обладатели классов, оберегавшие суверенитет края. Эти же солдаты предназначались для поддержания внутреннего порядка.
Экспорт продовольствия столь богатому и могущественному соседу, как Побережье Левиафана — имевшему выход к морской торговле, какой бы урезанной она ни стала, — приносил богатство и престиж, но всё это держалось на дешёвых и доступных перевозках, которые обеспечивали равнины и, что ещё важнее, петляющие по ним реки.
Главной угрозой для Речных Земель был разбой, а потому требовалась регулярная армия из солдат 1-го и 2-го рангов. Земледелие, как ни крути, труд тяжкий, и у многих юношей и девушек возникал соблазн взяться за клинок и промышлять на оживлённых торговых путях вместо того, чтобы гнуть спину в полях. Тем более что обилие дичи и мягкий климат сулили лёгкую жизнь в лесах, вдали от поселений и закона.
Именно регулярное присутствие этих небольших странствующих армий позволяло процветать столь оживлённым дорогам, по которым торговцы всех мастей передвигались пешком, верхом, в повозках и на лодках вдоль проложенных реками артерий.
Очень скоро нам предстояло убедиться, насколько необходимы такие солдаты, но прежде наш маленький отряд набрёл на процветающий городок.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…