Глава 34
Прошу прощения за долгое ожидание, выкладываю тридцать первую главу. Что же виднеется в конце этого пути, по которому мы шли до сих пор.
— Все эти события, происходящие в Англии.
Если спросить, с чего всё началось, я думаю, можно назвать несколько моментов.
Может быть, когда я впервые поговорил с Селио — сетевым игроком в шахматы в этом мире?
Или когда я однажды стал свидетелем Второй Великой депрессии?
А может, когда я впервые узнал о Максимилиане и его мафиозной организации?
Но я думаю… ни одно из них не является «началом».
Для меня вся эта суматоха сводится к «переделке» того «мира третьей недели». Это материал для того, чтобы изменить судьбу тех троих — Тиягавы Саки, Хисаку Юхэя и Татибаны Акацуки.
И дела семьи Небрина, и Вторая Великая депрессия — «мне на всё это плевать». Всё это не более чем ступеньки ради них троих.
— Поэтому, если говорить о «начале», я отвечу так.
Тот момент, когда я пожелал «переделать» одну комедию, устроенную ими троими.
Десятки лет моих циклов, моя жизнь — всё это существует ради этого «начала». Тогда «и Максимилиан, и Мэри, и Эллен, и Джеуро, и команда фриков — всё, что происходит сейчас, — это лишь процесс, порождённый тем „началом“».
Выходит, то почтовое шахматное письмо без обратного адреса, которое, вероятно, Максимилиан отправил на мой адрес, было сигналом того, что всё готово.
Иными словами, тот день стал границей моего места в этом мире. Уже тогда исход этой истории был предопределён.
Вспоминаю — хотя прошло всего несколько дней, кажется, будто с того дня минули годы.
Я объехал весь мир. Не то что Англию — был и в России, и в Индии, и даже в Аргентине, на обратной стороне Японии, так называемом антиподе (точнее, рядом с ним).
Но даже так — я думаю, что ушёл ещё дальше.
Я забрёл так далеко-далеко.
Настолько, что хочется спросить себя: смогу ли я вообще вернуться туда, где был раньше?
⋯⋯⋯⋯⋯
— …М-м, г-гх, а…
Сознание медленно возвращалось.
Тело свинцово тяжёлое. Веки тяжелы до смерти. Даже воздух вокруг казался плотным.
Честно говоря, я бы ещё поспал. Обычно я досыпал второй заход.
Но сейчас в уши что-то проникало. Звук, нет, скорее голос.
Словно пытаясь вернуть моё сознание, доносился слегка раздражающе громкий голос.
Волоча непреодолимую вялость, я кое-как открыл глаза.
— А, ты! Очнулся?!
В расплывающемся поле зрения я с трудом уловил прекрасные золотистые волосы. Длинные волосы, словно занавес из золотых нитей, свисали перед моими глазами.
— Т-т-тут… это где…?
Зрение постепенно прояснялось. Ощущения возвращались настолько медленно, что это даже забавляло. Затылок касался чего-то мягкого.
Темно. Но краем глаза я видел водительское сиденье — значит, мы всё ещё в машине.
Человек, пристально вглядывавшийся в моё лицо, — это… Мэри.
Но атмосфера была не такой, как всегда. Мэри смотрела на меня с выражением, которое я видел впервые.
Это, как бы сказать, выражение беспокойства обо мне.
Та самая Мэри.
— …cocoa? Хочешь?
— А, нет…
И тут я вспомнил, что эта девушка не говорит по-японски. Хотя её младшая сестра прекрасно владела языком.
— …Нет, погоди. Где мы? И…
—
Затем я смутно начал вспоминать, в какой ситуации оказался.
Я, нет, мы — за нами гнались на машине. Завязалась ожесточённая перестрелка с убийцами, прикинувшимися блокпостом, и фрики с Грейси отвечали огнём. Мы с Мэри, ничего не понимая, оказались в самой гуще этой перестрелки.
Оглядываясь назад, всё это походило на плохо написанный рассказ, будто его нацарапал второклассник в приступе пафоса. Перестрелка с врагами мафии — это слишком неправдоподобно, просто абсурд. Хотелось рассмеяться от того, что такое вообще бывает в реальности.
В ушах до сих пор эхом отдавались выстрелы. Я понимал, что моя голова не поспевает за текущей ситуацией.
— Точно, а фрики? Что с ними после этого? Люди с той стороны? Их нормально связали?
— П-погоди! Если ты будешь забрасывать меня вопросами разом…!
— Сколько я проспал? Который час? Мы добрались до цели? Эллен нашли? Есть ли вести от всей семьи Небрина, ах да, Шакал ещё в порядке? И ещё…
— Да замолчи ты!!
Меня ударили. Причём не пощёчиной, а самым настоящим кулаком, в котором не чувствовалось ни капли женской слабости.
Ну да, я знал, что так и будет. Я действовал с полным осознанием (в переносном смысле). Есть вопросы?
— Ай, б-больно…
— А, э-это…
— Нет, прости. Я виноват, что дразнил тебя, но я, вообще-то, раненый, так что пожалей меня.
— Э, да. …Прости.
Что-то она подозрительно притихла. Не съела ли чего странного?
Стоило мне спросить — и я бы, наверное, снова получил.
— Мэри, как там Айкава… ой?
В этот момент дверь машины открылась, и появилась Грейси. Она переоделась из обычной лёгкой одежды в обтягивающий чёрный костюм вроде байкерского и брюки, поверх которых надела большую пуховую куртку. Похоже, она выбрала наряд, чтобы не выделяться и в котором легко двигаться.
— Айкава-сан, вы очнулись. Рада, что вы в порядке.
— А, спасибо…
Я невольно криво усмехнулся. Даже сказано это было бесстрастным голосом, как у Инори.
— Простите, я, кажется, отключился.
— Ничего не поделаешь. Рана от скользнувшей пули, похоже, сильно открылась.
— …А, точно.
Я прикоснулся рукой к боку, где была рана, и ладонь ощутила влажное прикосновение. Тёмно-красная кровь запятнала кожу.
— Вам стоит как следует показаться врачу. Может начаться заражение.
— Так и сделаю… но разве я делал что-то, от чего рана могла открыться? Может, ударился обо что-то во время погони?
Когда я попытался подняться, зрение на мгновение потемнело, и меня накрыло головокружение.
— Эй, эй! Ты шатаешься!
Мэри удержала меня.
— Сиди здесь! Что ты собираешься делать в таком состоянии?
— У меня есть дела.
— Что ты можешь сделать?! Эти чудовища — не те, с кем мы можем справиться! Такие, такие…!
Она крепко схватила меня за запястье.
В конце концов, это сила девушки — не настолько, чтобы было больно.
Но хватка была сильной. В ней чувствовалась дрожь, которую невозможно скрыть.
Казалось, она говорила без слов: не уходи.
— …
— Я больше не могу, мне это всё…
…Если уж говорить о том, с чего всё началось, — это я привёл Мэри сюда.
Этот мир — грязный, далёкий от повседневности. Я думал, ей здесь не место. Мысль отдать её под защиту полиции тоже приходила мне в голову. Но я этого не сделал. Ради собственных интересов я обманул её сладкими речами о спасении Эллен.
В отличие от Эллен, эту девушку до сих пор держали в неведении об этом мире. Что ж, понятно, почему теперь, оказавшись в такой ситуации, она в растерянности.
Возможно, она хотела держать рядом меня — человека, который, в отличие от фриков, ещё пах обывателем, — чтобы заглушить тревогу.
— Поэтому, ну… понимаешь? Давай… не пойдём…?
— …
— Если… если мы пойдём, назад уже не вернуться…!
Это я позвал её, так что, возможно, у меня есть обязанность.
Возможно, я должен быть на её стороне. Быть рядом, шептать нежные слова утешения.
Но я отбросил её руку.
— Ах…
— …Не скажу, что не испытываю сочувствия. Если хочешь винить меня за то, что привёл тебя сюда, — вини.
— …
— И ещё кое-что скажу.
— …?
Я пристально посмотрел на неё и произнёс.
— Я человек, которого призвали сюда из Японии. Я ничем не отличаюсь от них. Я здесь, неся на себе то же, что и они.
— …
— Я не такой, как ты.
Её глаза широко распахнулись, словно она не могла поверить.
Наверное, она чувствовала себя преданной. Она думала, что я соглашусь, если она позовёт меня обратно?
— …Но, как бы то ни было, что я могу здесь сделать — я, как ты и сказала, всё ещё сам ищу ответ.
— …
Я сказал, что я не такой, как она.
Но на самом деле ничего не изменилось. Мы с Мэри не знали, что ждёт нас впереди. Например, что будет со мной через десять минут или через десять дней — жив я или мёртв, неизвестно.
Я не знал своего будущего. А значит, я не знал и своего настоящего.
Редж оставил мне слова, что я сейчас поступаю правильно. Но я сам не знал, на чём основана эта уверенность.
Мы сейчас — дети, которые блуждают в поисках «пути».
Поэтому я хотел найти свой «путь».
— А ты как?
— …
Ответа не последовало. Я и не ждал.
Больше ничего не говоря, я вышел из машины и поднялся на ноги.
— …Грейси-сан, где фрики?
— …Вы уверены? Как вы себя чувствуете?
— Не важно, ничего серьёзного. …Лучше позаботься о Мэри.
— …Хорошо.
Сейчас помощь нужна была именно Мэри, без сомнений.
Грейси, которая знала её дольше, чем я, должна была быть рядом с ней.
— Постой…!
Когда я собрался уходить, Мэри окликнула меня сзади.
Её голос был неуверенным, как у маленького ребёнка.
— Это… ну. С-спаси…бо.
— …
— Ты тогда… защитил меня… это… я…
— Всё нормально, не стоит. Это было проще простого.
Оставив Грейси и Мэри, я наконец ушёл.
⋯⋯⋯⋯⋯
— Уф-фу-фу, уф-фу-фу.
Перед портовым заводом, где штабелями громоздились огромные контейнеры и в нос бил запах моря. Солнце ещё не взошло над береговой линией, вокруг было безлюдно и сумрачно.
В таком месте раздался звонкий девичий голосок.
— Игрушка, игрушка. Моя игрушка♪
Напевая на свой лад, словно песенку.
— Игрушка, игрушка. Нашлась игрушка♪
Рука, сжимавшая клещи, похожие на молот, со всей силы опустилась вниз.
Раздался хлюпающий, режущий слух звук.
— Игрушка, игрушка. Крепкая игрушка♪
Тонким прутом с заострённым концом, как шампур для птицы, девочка ткнула в «это».
Брызнула кровь, и она щедро окатила себя алыми брызгами, разлетевшимися в воздухе.
— …А-а, г-гх, у-у-у…
— Уф-фу-фу, уф-фу-фу. Хорошо, просто замечательно. Покажи мне ещё, эти слёзы…
Девочка, размазывавшая кровь по щеке, словно косметику, и с блаженным выражением лица созерцавшая эту картину (вернее, слёзы, текущие из-под повязки на глазах), — Бекки.
Рядом с ней лежал мужчина. Связанный по рукам и ногам, чтобы не сбежал, с кляпом и повязкой на глазах, он валялся внутри одного из контейнеров.
Его вид был настолько чудовищен, что словами не описать.
Распухшее лицо, залитое потом, слезами и кровью, было липким и грязным, изо рта безостановочно текли слюни и стоны боли.
И неудивительно.
Кляп уже был багрово-красным от крови, сочившейся изо рта, а зубы, едва видневшиеся из-под него, были неестественно выбиты, сломаны или искривлены.
Зубы искривлены. Иначе не скажешь. Что нужно сделать, чтобы довести их до такого?
Более того, его раздели, и на верхней части тела вздулись бесчисленные болезненные рубцы, похожие на следы от ударов. В живот небрежно, глубоко было воткнуто несколько гвоздей, и стекающая кровь пропитала его брюки красным.
Зрелище, от которого хочется отвернуться, и всё же взгляд сам цеплялся за детали.
В ногти обеих рук и между пальцами были воткнуты иглы толщиной в несколько миллиметров, бесчисленные порезы глубоко вспороли плоть ног. Волосы были вырваны с силой, и взгляд цеплялся за странно ободранную кожу головы.
Я живо представил, что происходило, пока я спал. Разбушевавшееся воображение не знало предела.
Настолько жалким было его состояние.
— Ой, Айкава-тян. Доброе утро.
— О-о… здрасьте.
…И правда, хорошо, что я оставил Мэри.
Покажи я ей такое — её дух был бы сломлен окончательно и бесповоротно.
— …Кстати, мы оба японцы, так что можно и по-японски. Как настроение?
— Нормально… а это что?
Догадаться было нетрудно, но на всякий случай я спросил у Каматари, который был рядом.
Шакал валялся на земле. Рядом с ним, зевая, сидела рыжеволосая женщина. В руках она держала знакомый длинный ствол.
— Пытки. Эта девочка — большая мастерица по такой части.
— …Ну да, раз она член команды фриков, я думал, что и у неё есть свои тараканы.
Всё-таки и она девушка с причудами.
Я мельком слышал, как Редж бормотал об этом. «Любитель слёз»… что есть девочка, которая любит пытать. В возрасте пяти-шести лет она уже специалист по пыткам, и в её руках любой человек заплачет и выложит всю информацию.
А ещё, поскольку она радуется этому зрелищу и с удовольствием совершает жестокие поступки, её прозвали «Любителем слёз».
Вот всё, что я знал о той девочке — Бекки. Вернее, это лишь мои догадки, основанные на скупом рассказе Реджа.
Мне, не знавшему подробностей, было не очень понятно… но сейчас, глядя на Бекки, которая радостно улыбалась, пытая мужчину, я начал понимать смысл этого прозвища.
Девочка, которая весело смеётся перед ситуацией, от которой даже у меня внутри всё переворачивается и подступает тошнота.
Что же такого произошло в её короткой жизни…
— невольно начинаешь подозревать.
— …Как успехи?
— Успехи, значит…
Каматари скорчил кислую мину.
— Ну, обычный треп, можно сказать. Хорошей информации маловато…
— Расскажи. Я пока не очень разбираюсь в таких делах.
— Н-фу, ладно. Старшая сестрёнка всё тебе любезно объяснит.
Пожав плечами, он — нет, она продолжила.
— Эти люди — наёмные убийцы, которых наняли, чтобы убить нас. То есть что-то вроде одноразовых наёмников.
— Ассасины…?
— Удобные в использовании, не владеющие лишней информацией, чтобы их можно было спокойно сдать. Такой контингент, разделившись на несколько команд, действует под началом заказчика — Пятёрки лучших.
— То есть как наша команда фриков… Значит, Эллен…
Мои слова встретили глубоким вздохом.
— Похоже, её увезла другая команда. Тот маячок в машине был, по сути, приманкой.
— Ну, логично…
Он был установлен не в тайнике, а в таком месте, где его легко найти. Если бы я поставил его в более хитрое место… нет, но тогда у меня не было такой возможности. Да и неизвестно, сработало бы это. Противник — тоже профессионал, он наверняка предвидел такие наши ходы.
Нет, не то… сейчас не время предаваться фантазиям о том, что я не смог сделать.
— Имя этого врага, место рождения, адрес почты, профессия, семья — всё выпытали.
— …
— Но вот о Пятёрке лучших… о самом враге — ни единой зацепки. …Короче, мы вернулись к исходной точке, так сказать?
— Ч-чёрт… нет, такого не может быть.
После всего, что мы прошли, — и такое?
Нет… не может быть. Да, точно.
Думай. Не останавливай мысли о том, что делать дальше. Я должен снова думать, чтобы найти «путь».
— Кто-нибудь из вас может связаться с кем-то из семьи Небрина?
— Э-это была работа Редж-тян… таким, как мы, самым низам, которых и за людей не считают, никак…
— Ч-чёрт!
Значит, звание фриков не просто так.
Действительно, с таким неудобным сбродом вряд ли кто захочет иметь дело.
— Тогда Грейси? Она же секретарь Болдмана…
— Увы… я уже спрашивала, но она говорит, что разбила телефон в той суматохе.
— Что?!
Да быть не может, это шутка какая-то. Тогда совсем тупик…
Нет, успокойся. Возьми себя в руки.
Поверь в себя, раз уж дошёл до этого.
— Нет такого человека, которого Любитель слёз не заставил бы говорить… Она всё ещё пытается, но больше информации уже не вытянуть, я думаю…
Та самая девочка-мазохистка издала ещё более радостный смех. Она всячески мучила и терзала врага, но реакция с той стороны уже почти угасла. Бекки, похоже, уже не столько вытягивала информацию, сколько наслаждалась самой пыткой.
Я старался делать всё, что нужно. Здесь действительно много всего произошло.
События, обрушившиеся на меня, в каком-то смысле были указателями на следующий шаг.
Но здесь ничего нет. Информация от захваченного врага, на которую я возлагал хоть какие-то надежды, теперь тоже бесполезна.
Тогда.
Значит, тупик…? Мне больше нечего здесь делать?
Где же мой «путь»?
— Эй, что такое, ветчина-мужик, это конечная?
Раздался знакомый низкий мужской голос.
Женщина с характерными длинными рыжими волосами, сейчас собранными в хвост, с суровым мужским выражением на лице. Прихлёбывая из бутылки, которую держала в одной руке, она покачиваясь приближалась ко мне.
С явно недовольным, резким тоном она осыпала меня упрёками. Этот своеобразный английский я слышал вчера в кафе, когда узнал её имя… да, Рональд. Похоже, сейчас наружу вышла именно эта личность.
— В итоге нужной девчонки нет. Ничего стоящего нет. Тупик. Поймали только одного вонючего гиена. Какой в этом был смысл? А?
— …
— Ты ведь не скажешь, что это конец? Что дальше делать будем, чего ты ещё от нас хочешь, а?
С этими словами она раздражённо уставилась на меня.
Тон её был на удивление спокойным. Тем более что в кафе она была довольно шумной.
Но я знал, что это не потому, что она хладнокровна. Это затишье за пять секунд до взрыва, последнее спокойствие перед вспышкой ярости.
И неудивительно. Для них следовать за мной до сих пор было против их воли. Но они всё равно были здесь, потому что боялись семьи Небрина, которая стоит за Мэри.
— …Я как раз думаю об этом.
— Думаешь? Ха! Ну давай, думай — своей тупой башкой!!
Наконец она грубо схватила меня за воротник.
И занесла бутылку, которую держала в руке.
— Прекрати! Рональд!
В тот самый момент, когда бутылка должна была обрушиться мне на голову, к нам протянулась рука, похожая на бревно. Каматари легко перехватил руку Рональда.
Разница в силе была очевидна: сколько бы Рональд ни напрягался, рука не дрогнула.
— Ты на той стороне, педик?! Любовь к мальчикам тоже должна иметь пределы!!
— Дело не в этом! Он тот, кому Редж доверил её! Это и в предсмертном письме написано! Неужели ты думаешь, что он отдал жизнь за кого попало?!
— Он просто выжил из ума! И Ренни-малыш, и Максимилиан — просто придурки, которые сдохли, натворив глупостей! С чего я должен слушать бредни какого-то дерьма?!
— Что?! Да как ты…!
— Я заставлю тебя пожалеть об этих словах!
Каматари зарычал, как зверь, и яростно сцепился с Рональдом.
От толчка моё тело безжалостно отбросило в сторону. Упав на землю, я даже не попытался подняться.
Моё сознание не отражало их перепалку.
Я думал.
Думал всё это время.
Не о будущем, а о прошлом. Не о том, что будет, а о том, что уже случилось.
Обратный ход мысли.
Неважно, Англия или Япония, — обо всех событиях этих нескольких месяцев. Глубоко-глубоко я погружался в море размышлений.
— Ал — знаешь, на него приятно смотреть. Но он ещё мал, и беда в том, что он, такой беззащитный, никак не хочет сидеть смирно.
Обо всём, что произошло в этом мире.
— Это простой жаргон. Если подробнее, «Ал»
— это дочерняя компания его группировки. Незнакомые игрушки — «контрабанда» или «переправленные лекарства».
О том, что я придумал сам.
— Я ненавижу ложь до смерти. Если уж врать, то я сначала заранее объявлю, что буду врать.
О том, что мне рассказали.
— Это ради семьи Небрина.
О том, что мне передали.
— Но реальность оказалась иной. Воистину, это было похоже на ложь.
— Дальше мои воспоминания смутны, но это чистая правда. Никакой лжи.
И о том, что он оставил мне.
— Следуй своему сердцу и иди по «пути», что всплывёт перед тобой.
— Даже если это будет что-то настолько неожиданное, что никто не поверит, и ты сам не сможешь в это поверить. Это и есть единственная истина.
Если это тупик, если это безвыходная ситуация.
Значит, есть смысл остановиться здесь.
Значит, здесь есть то, что нужно сделать.
И правда, почему Редж тогда не сказал мне напрямую, а специально оформил это в виде предсмертного письма? Почему именно сейчас, в этот момент, он решил передать мне «послание»?
Именно это подтверждало, что здесь я должен кое-что сделать.
Редж передавал мне многое всеми возможными способами.
Он пытался донести до меня.
Я должен был заметить это раньше.
Я должен был раньше понять его намерения.
И тогда… я нашёл «путь».
Теперь, когда я знал всё, меня охватило лишь ошеломление.
Подсказки к этому были разбросаны гораздо раньше, чем я думал.
— …Вот здесь развязка… для этого… значит… ах!
Переведя взгляд, я заметил ноутбук, скользивший по земле вместе со мной, и поспешно поднял его. К счастью, он не сломался и сразу включился.
Я открыл страницу карты, где сигнал GPS-маячка горел красной точкой.
Реакция, видимая с моего текущего местоположения, — «две».
Одна — маячок, который я прикрепил к машине, увозившей Эллен.
И вторая — маячок в «одной машине».
Это было на парковке банка «Кингс Уиллис».
Я тогда пытался прикрепить маячок к стоявшей там машине.
Но из-за Джеуро, появившегося перед этим, операция в итоге провалилась.
— А незадолго до этого что я делал?
Это было случайно, совершенно случайно.
Я оставил запасной маячок в машине, на которой мы ездили с Реджем.
И сейчас, будто заранее зная, что так и будет,
«второй маячок находится прямо здесь, накладываясь на тот, что отслеживал Эллен»
— .
В тот же миг издалека донёсся выстрел.
— Э?! Что, что такое?
— Выстрел…?
Оба мгновенно прекратили потасовку.
Что ж, они привыкли к таким звукам — сразу же повернулись в ту сторону, откуда донёсся звук, — «в сторону, где были Мэри и остальные».
Ещё несколько выстрелов прозвучало так, будто это их не касалось.
— Вы двое! Пусть Бекки прекращает пытки и будите Шакала! Сейчас же!
Я закричал им.
Чтобы сообщить о надвигающейся чрезвычайной ситуации.
— «Джеуро идёт сюда»!
— Готовьтесь, мы все выступаем!
В этот раз я наконец увидел свой «путь».
— Неся в руках одну-единственную истину, в которую невозможно поверить.
Это моё первое произведение. Буду очень признателен, если вы укажете на опечатки и пропущенные буквы, а также поделитесь впечатлениями и критикой. Стараюсь выкладывать минимум по одной главе в неделю, а если по обстоятельствам не получится, каждый раз буду сообщать.
[Добавлено: 11 июля] Текст отредактирован и дополнен.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…