Глава 2. Решимость старшей из близнецов
Выпускная церемония прошла без сучка и задоринки, а вечером в королевском замке устроили пышный приём в честь окончания учёбы.
Сменив строгую школьную форму на роскошные платья, Диана и Корделия тоже явились на торжество как выпускницы.
Стоило сёстрам появиться в зале бок о бок, как к ним тут же приковались все взгляды.
— Поистине, Луна и Солнце.
— Не только прекрасны, но и полны благородства.
Подобные перешёптывания раздавались то тут, то там.
Близнецы из герцогского дома Газард, лунная Диана и солнечная Корделия, славились не только в стенах академии, но и в высшем свете.
Лучшая ученица выпуска, лунная Диана отличалась острым умом и незаурядной харизмой. За холодную красоту и безупречность за спиной её порой называли злодейкой.
Цветок светских раутов, солнечная Корделия была всеобщей любимицей академии и очаровывала окружающих мягкой улыбкой. Все вокруг превозносили её, говоря, что девушка исцеляет людские сердца и подобна фее.
Воистину инь и ян, две стороны одной медали.
Сёстры, делившие пополам все слухи и разговоры в академии, неизменно оказывались в центре внимания. И выпускной бал не стал исключением.
Обладая одинаковыми серебристыми волосами и фиолетовыми глазами, Диана облачилась в платье с плавным переходом от густого синего к нежно-голубому, напоминавшее рассветное небо, а Корделия надела наряд в цветах заката, переливающийся от оранжевого к багряному.
— Господа выпускники, я рассчитываю, что отныне вы будете верой и правдой служить нашему Королевству Ратридж. Поздравляю всех с совершеннолетием!
Празднество началось с поздравительной речи наследного принца Королевства Ратридж, Лоуренса Ратриджа.
Заиграл оркестр, и выпускники, взявшись за руки, потянулись в центр зала. Для них сегодня был последний день студенческой жизни. Говорили, что каждый год находится немало желающих танцевать до самого утра.
Среди этой суеты Корделия не сводила глаз с балкона второго этажа, где по ту сторону атриума стоял Лоуренс.
«...Она всё так же без ума от Его Высочества наследного принца».
Диана тихонько вздохнула.
Даже сейчас молодые люди поглядывали на Корделию, выжидая момент, чтобы заговорить с ней, однако та не обращала на них никакого внимания, устремив взор лишь в одну точку. Туда, где находился наследный принц Королевства Ратридж, Лоуренс Ратридж.
Предмет давнего обожания Корделии — тот, кого она с самого детства считала своим настоящим прекрасным принцем.
Роскошные золотые волосы и пронзительные, но чарующие зелёные глаза. Его улыбка, полная уверенности и высокомерия, невольно подавляла окружающих, выдавая в нём истинную королевскую стать.
И вот наследный принц неспешно спустился по парадной лестнице в зал, чтобы лично поприветствовать выпускников.
— О, прекрасные жемчужины герцогского дома Газард. Примите мои поздравления с выпуском.
Первыми, к кому обратился наследный принц, стали Диана и Корделия. Должно быть, он прекрасно понимал, кто именно приковывает к себе больше всего взглядов на этом вечере.
— Для нас большая честь услышать столь лестные слова, Ваше Высочество наследный принц, — изящно поклонилась Диана.
Рядом с ней Корделия, словно очнувшись, торопливо склонила голову:
— Б-благодарю вас, Ваше Высочество!
Глядя на суетливость девушки, наследный принц тряхнул сияющими золотыми волосами и, прищурив зелёные глаза, рассмеялся:
— Корделия, ты всё так же рассеянна. Брала бы пример со старшей сестры.
— Прошу прощения...
Прекрасное личико Корделии омрачилось лишь на одно короткое мгновение.
— Впрочем, в этом есть своё очарование.
— ...Ваше Высочество!
Щёки Корделии тут же залились румянцем.
Диане казалось, что сестру слишком уж легко прочитать, и её немало удивляло, что даже при виде подобной сцены вокруг Корделии всё ещё вьются поклонники.
Как бы то ни было, у наследного принца, который был старше близнецов на три года, с самого детства имелась невеста. Именно поэтому Корделия всё это время хранила свою влюблённость в тайне.
«Ну, мне этого в любом случае не понять».
Хоть они и близнецы, схожи сёстры были лишь внешне, тогда как характеры и вкусы у Дианы с Корделией совершенно не совпадали.
«И что хорошего в этой приклеенной улыбке... По мне, так куда прекраснее серьёзный и прямодушный мужчина, нежели наследный принц, пекущийся лишь о внешнем лоске».
Утончённые красавцы вроде Лоуренса, по которому вздыхала Корделия, совершенно не привлекали Диану. Ей скорее нравились крепкие, мужественные мужчины, под стать настоящим рыцарям.
«Кстати говоря...»
С трепетом предвкушения и тоской в груди Диана обвела взглядом зал, и тут её слуха коснулся знакомый низкий смех.
Обладатель этого голоса, держа в руке бокал, непринуждённо беседовал с её отцом — от одного его вида сердце девушки забилось быстрее.
— ...Отец, господин Алан!
— О-о, Диана.
Отец близнецов, герцог Уэсли Газард, при виде любимой дочери расплылся в тёплой улыбке. Он отличался благородной внешностью и такими же серебристыми волосами, как у дочерей. Возможно, тяга Корделии к наследному принцу объяснялась тем, что она невольно искала в нём черты отца.
Зато человек, который вместе с герцогом с улыбкой встретил Диану, был высоким статным красавцем с могучим телосложением и широкими плечами. Такому мужчине куда больше шло стоять на поле брани в качестве рыцаря, нежели посещать светские рауты как аристократу.
— Госпожа Диана, поздравляю с окончанием учёбы.
— Благодарю вас, господин Алан.
Поздравившим её оказался младший брат короля, Алан Ратридж. Под его коротко остриженными блестящими чёрными волосами светились мягкой улыбкой серо-голубые глаза.
Для Дианы он был другом отца и мужчиной на целых семнадцать лет старше неё. Однако к этому доброму и могучему брату короля девушка питала большее восхищение, чем к кому-либо другому.
«Отважный рыцарь, который в детстве спас нас от злодеев, объявившихся в столице... С того самого дня господин Алан стал моим идеалом».
Герой, долгие годы служивший опорой стране на посту командира королевского рыцарского ордена. По слухам, даже уступив должность преемнику, он продолжал усердно заниматься подготовкой молодых рыцарей.
«Ах, подумать только, я снова вижу отца и господина Алана...»
Глядя на них двоих, Диана ощутила, как в груди разливается жар.
В её памяти этот выпускной приём стал последним разом, когда она виделась с братом короля. В первой жизни, даже оставив пост командира, Алан как рыцарь отправился в поход на подавление магических зверей. Из-за разразившейся там чудовищной катастрофы живым он уже не вернулся.
«Господин Алан, моя первая любовь... После его гибели, пребывая в отчаянии, я и приняла предложение Майлза...»
Впрочем, едва ли то вообще можно было назвать предложением руки и сердца. Между Дианой и Майлзом не было ни капли романтических чувств. Он просто сказал: «Пожалуй, жениться на тебе будет удобнее всего», а Диана лишь кивнула в ответ.
Увидев лицо Алана спустя столько времени, она вновь почувствовала, как колотится сердце. В ней всколыхнулось светлое чувство, которое она бережно хранила с малых лет. Стоило вспомнить, сколько слёз она пролила в одиночестве после известия о смерти Алана, и нынешняя встреча с ним, живым и невредимым, казалась настоящим сном.
«Нет, это не сон... Ведь сейчас и я, и он — мы оба живы».
В ордене Алана страшились и прозвали свирепым командиром, но на Диану, любимую дочь лучшего друга, которая так к нему тянулась, он всегда смотрел с неизменной теплотой. Урождённый член королевской семьи, Алан намеренно оставался холостяком до сих пор, чтобы избежать борьбы за власть. Его честный жизненный путь, рыцарская прямота и скрытая от посторонних глаз доброта — ей было дорого в нём абсолютно всё.
— Господин Алан, не окажете ли вы мне честь потанцевать со мной?
— Да, с радостью.
В центре зала, залитого светом люстр, среди кружащихся в танце выпускников Алан и Диана мгновенно приковали к себе всеобщее внимание.
Мягкая улыбка на лице бывшего командира рыцарей, слывшего суровым человеком. И томный, пылкий взгляд старшей из близнецов, которую за холодную неприступность прозвали лунной Дианой. То, как они смотрели друг на друга и как близко соприкасались в танце, создавало ощущение глубокой близости, несмотря на то что разница в возрасте у них была как у отца с дочерью.
— Раз уж сама госпожа Диана пригласила меня на танец, видно, меня ещё рано списывать со счетов.
— Ну что вы такое говорите. В академии не сыскать никого столь же надёжного, как вы, господин Алан.
Их ладони соприкоснулись, а тела сблизились почти до объятий. Сердце гулко и часто забилось в груди, а от соприкосновения кончиков пальцев пробежал жар. Диана впервые находилась к Алану так близко.
— Господин Алан, да вы, оказывается, ещё и прекрасный танцор.
— Стариковская блажь, не более. Я едва поспеваю за вашими изящными шагами, госпожа Диана.
— Ох, полно вам.
На слова Дианы Алан лишь криво усмехнулся.
По правде говоря, всю жизнь посвятивший ратному делу мужчина почти никогда не принимал приглашений на танец. Лишь потому, что это был радостный выпускной бал, а позвала его Диана, к которой он с самого её детства относился с отеческой нежностью, он согласился выйти в круг.
Сама девушка прекрасно это понимала, а потому невольно молилась, чтобы музыка не смолкала и это мгновение длилось вечно.
— Господин Алан... Когда торжество закончится, вы сразу же отправитесь на север для истребления магических зверей?
— Да, таков мой долг рыцаря.
— Даже несмотря на то, что вы уже сложили полномочия командира?
— Пусть мои обязанности командира и подошли к концу, роль щита королевства остаётся прежней.
От этого неизменно честного ответа сердце Дианы болезненно сжалось. Проглотив готовые сорваться с языка слова «Не уезжайте», девушка нахмурилась от сдавившей грудь тоски.
На своём первом выпускном балу она была слишком юна и даже не осознавала собственной влюблённости. То, что её восхищение Аланом на самом деле было любовью, Диана поняла лишь тогда, когда до неё дошла скорбная весть о его гибели.
...В первой жизни прозрение пришло слишком поздно.
Но сейчас всё иначе. И Диана, и Алан всё ещё живы.
Крепкая рука, бережно поддерживающая её за спину, тепло его тела, стук двух сердец в унисон — всё это приводило чувства Дианы в смятение.
«И всё-таки я не хочу вас терять...»
Когда Диана подняла взгляд, глаза Алана ласково прищурились. Смотрел ли он так на дорогую сердцу женщину или же просто умилялся ребёнку — узнать этого она не могла, но...
«Я не позволю вам умереть. На какие бы уловки мне ни пришлось ради этого пойти!..»
Спрятав в глубине фиолетовых глаз непоколебимую решимость, она неотрывно посмотрела Алану в глаза.
— А ведь выглядит весьма пылко. Не находишь?
С галереи второго этажа за танцующими в объятиях Дианой и Аланом наблюдали двое.
— Подумать только, первым на танец госпожа Диана пригласила моего дядю... Забавно, правда, Майлз?
С насмешкой во взгляде наследный принц Лоуренс повернулся к своему младшему приятелю, молодому маркизу Майлзу О’Донохью. Тому самому, кто в прошлом был мужем Дианы, а ныне оставался просто другом дома.
— Ничего забавного, между Его Высочеством братом короля и Дианой разница в возрасте как у отца с дочерью.
— Ой ли? Как по мне, они прекрасно смотрятся вместе.
Губы наследного принца скривились в язвительной усмешке. В глазах стоявшего рядом Майлза колыхнулась тихая ярость.
— Прекрасно смотрятся? Вы слишком далеко заходите в своих шутках, Ваше Высочество.
Уловив скрытые за спокойным тоном шипы, Лоуренс едва заметно изогнул губы.
Майлз же, не сводя глаз с танцующей посреди зала пары, до побелевших костяшек сжал бокал у своей груди. Что именно таилось в его взгляде — ревность или нечто совсем иное, — прочесть не смог бы никто.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…