Глава 78. Принцесса и яблочный пирог (первая часть)
Только надев очки, она могла снова стать самой собой.
Селестина д'Ойрия, привычным способом выбравшись из гостиницы древней столицы, надела любимые очки в серебряной оправе и превратилась в простую Селес. Холодный вечерний ветер, ласкавший щёки, был приятен.
Столица, где жила Селес, Ла-Парисия, тоже была городом, обнятым рекой.
Возможно, потому, что оба города были построены в одну эпоху. Две далёкие друг от друга столицы чем-то походили чертами лица.
Селестина д'Ойрия, принцесса-регентша Восточного королевства, прибыла с визитом в древнюю столицу — крупнейший стратегический узел на севере империи. Впрочем, визит этот, разумеется, не был развлечением.
В Восточном королевстве настала пора политики.
Её брат Юг, которого когда-то насмешливо называли юным королём, уже достиг двенадцати лет. Настала пора, когда он уже мог вести государственные дела.
Селестина, долгие годы исполнявшая обязанности принцессы-регентши и вершившая политику и дипломатию, отступала на шаг назад. Иначе говоря, это было нечто вроде отречения.
При отречении возникла одна проблема.
Дело было не в способностях Юга. Этот брат, носящий то же имя, что и легендарный отец-основатель государства, был талантлив даже с точки зрения Селес, его сестры. Он уже показывал проблески дарования, превосходящего их отца, прозванного Святым королём.
Проблема была в соседней стране.
Империя.
Гигантский дракон, который на протяжении сотен лет соперничал с Восточным королевством за господство.
Когда эта страна получала мудрого правителя, она оказывала на Восточное королевство ужасающее давление. Так повторялось в истории бессчётное число раз. Именно такой была эпоха прежнего императора империи. Если бы отец Селес и Юга не был гениальным королём, Восточному королевству пришлось бы кардинально перекраивать карту сил.
Именно поэтому необходимо ослабить мощь империи.
Через десять лет Юг как-нибудь справится. Это не сестринское пристрастие, а оценка холодного политика. Чтобы выиграть эти десять лет, здесь и находилась Селестина д'Ойрия.
Но у Селес «в очках» были и другие мысли.
Ей всего девятнадцать лет.
Цветущая, застенчивая барышня наконец-то освободилась из того кабинета. Нудную бумажную работу теперь делал король Юг, которому и положено её выполнять. Поначалу он будет в растерянности, но для этого и существует бюрократический аппарат.
А раз так, то можно немного и размяться. Это законное право Селес, которая долгие годы посвящала всё себя стране, королевскому дому и брату.
Селес достала из принесённой сумки пачку пергаментов. Это были доклады от собирателя диковинных сказаний.
«Таверна Нобу, значит. Что же это за заведение такое».
Города чужих стран лучше всего познавать, гуляя по ним самому.
В докладе не передать ни атмосферы, ни запахов, ни шума, да и если проезжать через город в карете, не увидишь вещи с высоты человеческого взгляда. Селес, действуя заодно с фрейлиной, время от времени вот так сбегала из гостиницы.
Разумеется, она заботилась о безопасности. Далеко от гостиницы не отходила, к опасным местам не приближалась. Обычно это была просто небольшая прогулка.
Но сегодня всё иначе.
Она поужинает в таверне из доклада собирателя диковинных сказаний Жана-Франсуа Монта де ла Виньи. Цель — кусикацу. Это обязательно нужно попробовать.
Женщинам королевского дома не подобает жадно набрасываться на еду, поэтому выбор блюд, которые может есть Селес, ограничен. Фритт тоже был исключён из рациона как запретное блюдо. А ведь её брат Юг, ссылаясь на то, что ему нужно наращивать тело, ел его до отвала.
Поэтому целью Селес было покорение кусикацу.
«Свинину правильно жарить», «креветки при жарке раскрывают сладость»
— чувства, которые заставляют писать такое в докладе, вызывают недоверие, но нельзя отрицать, что это выражения, пробуждающие аппетит. Прочитав такое, невозможно не захотеть это съесть.
Она шла по бревенчатому мосту, перекинутому через канал.
В этом городе много мостов. Когда она пнула в воду остатки нерастаявшего утреннего снега, тот, разок всплыв, утонул, тая на глазах. Это показалось ей почему-то странно забавным, и Селес заметила, что невольно улыбается. Просто идёт — а почему-то весело.
Когда она продвигалась по улице, вдоль которой стояли каменные дома, показалась вывеска с надписью «Конюшенная» на имперском языке.
Если доклад правдив, на этой улице и должна находиться таверна Нобу.
Один маленький глубокий вдох. Она шла, словно вдавливая шаги в грязную дорогу. Для жителей, идущих по этой дороге, это маленький шаг, но для Селес — большой.
«А, вот она».
Беспокойство вмиг растаяло. Перед глазами Селес стояло здание из дерева и штукатурки, с виду источающее иностранный колорит. Облик заведения был точно таким, как в докладе. На вывеске название было написано письменами, которых Селес даже не видела, но ошибки быть не могло.
С напряжением и ожиданием в груди она взялась за стеклянную дверь. Отодвинув цельное матовое стекло, она почувствовала, что внутри теплее, чем она думала.
— Добро пожаловать!
— …жаловать.
Даже приветствие было точно таким, как в докладе, и Селес почему-то обрадовалась. Она сейчас стоит в месте, которое знала только по пергаменту. Это было почему-то забавно.
Её проводили к месту у стойки. Салфетка и закуска появились тоже как в докладе.
— Что будете заказывать?
— Кусикацу, пожалуйста.
Заказ — громко и чётко.
Об этом в докладе Жана-Франсуа говорилось многократно. Если говорить неестественно тихо, это не только вызовет подозрения, но и будет неловко. На заказ, сделанный со всей возможной смелостью, черноволосая служанка удивлённо моргнула, а затем виновато низко поклонилась.
— Приношу извинения. Сегодня кусикацу у нас нет.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…