Глава 25. Беспощадный угорь (первая часть)
Гость, приоткрыв раздвижную дверь, чтобы войти в таверну Нобу, так и закрыл её обратно.
У официантки Синобу даже не было времени поздороваться.
Такой гость был уже пятым по счёту. Лоренц перевёл взгляд на дальний стол — источник всех бед — и покачал головой.
Через стол друг напротив друга сидели трое.
Свирепый на вид лысый.
Красавчик без всякой харизмы.
Красавица, скучающе полирующая ногти.
Любой из них одним лишь своим присутствием заставил бы любого жителя древней столицы сбежать с этого места.
Эти трое были главами трёх крупнейших гильдий водного транспорта древней столицы, обладавших огромным влиянием даже в городском совете.
— Господин Лоренц, а те гости…
Синобу, которая уже некоторое время от нечего делать протирала стойку, с упрёком уставилась на Лоренца.
— Прости, Синобу-тян. Это я виноват.
— Даже если вы склоните голову, мне от этого не легче.
Слова Синобу звучали колко, несмотря на её тон.
С тех пор как Лоренц привёл этих троих, таверна Нобу была открыта, но без единого посетителя. Никто не заходил.
Даже если Лоренц — отец Ханса, постоянного клиента, всему есть предел.
Гости, которые по незнанию случайно заходили внутрь, быстро уходили, выпив лишь по кружке эля с закуской отоси.
Тайсё с самого начала был поглощён приготовлением какого-то необычайно замысловатого салата для собственного обеда, а Эва, ответственная за мытьё посуды, усердно упражнялась в чтении и письме. И Синобу, маясь от безделья, приставала к Лоренцу.
— И вообще, почему вы устроили собрание гильдии водного транспорта именно здесь? Есть же сколько угодно более подходящих заведений.
— Я искал, но мне все отказали.
— Все?
— Да, все.
Хотя он и сказал «все», на самом деле заведений, способных принять глав гильдий водного транспорта, было ограниченное число.
Сам Лоренц вряд ли привёл бы их сюда, если бы не его собственный опыт — он однажды приходил сюда поесть — и не рекомендация Геанота, известного как лучший гурман городского совета.
Настолько эти трое были проблемными.
— Поэтому, как я уже не раз говорил, дело зашло так далеко, что простыми извинениями уже не обойтись.
Свирепый лысый, Годхарт, приблизил лицо к бесхарактерному красавчику Рейнхольту, оказывая на него давление. Расстояние было таким, что брызги слюны почти долетали.
Со стороны это выглядело так, будто главарь бандитов вымогает деньги у аристократического сынка, и по сути так оно и было.
По каналам, пересекавшим древнюю столицу во всех направлениях, курсировало бесчисленное множество перевозчиков, но все они находились под властью одного из этих троих, собравшихся здесь.
Хотя слово «перевозчик» звучит прилично, в древней столице на деле они были не более чем бандитами, зарабатывающими на жизнь подёнщиной. Эти трое, державшие в узде вспыльчивых и проблемных сезонных рабочих, считались одними из влиятельных заправил в городском совете.
— Вы так говорите, господин Годхарт, но и мы готовы уступить там, где можно. Не могли бы вы согласиться на уже озвученные условия?
— Господин Рейнхольт, я тоже не собираюсь затевать с вами войну. Я лишь говорю, что условия мирового соглашения слишком ничтожны.
Поскольку у Лоренца, почётного мастера гильдии стекольщиков, не было никакого отношения к интересам этих двоих, его попросили выступить посредником, но при таком раскладе он не мог и слова вставить.
Было бы хорошо, если бы Элеонора, третья глава гильдии водного транспорта, выступила посредником, но на то были свои причины.
Двое, не притрагиваясь ни к выпивке, ни к еде, просто перекрикивались, а третья сидела с безразличным видом.
Подавленные такой атмосферой дальнего стола, трое работников за стойкой тоже были не в своей тарелке. Впрочем, делать им всё равно было нечего.
— Господин Лоренц, из-за чего они спорят?
— Подчинённый Рейнхольта взял заказ на территории Годхарта. И довольно надолго.
— Ох, неудивительно, что Годхарт злится.
Лоренц кивнул, вгрызаясь в принесённый жареный бекон.
Бекон в этом заведении нарезали толщиной с подошву сапога, так что для еды требовалась сила челюстей, но для Лоренца, обожающего бекон, это было несказанное удовольствие.
Бекон, из которого обильно вытекал жир, если есть его с горчицей, так и просился под эль.
— Гильдия Рейнхольта — старейшая гильдия водного транспорта в древней столице, у неё есть статус. Но предыдущий глава внезапно помер, и Рейнхольту пришлось управлять гильдией, будучи почти ребёнком.
— Классическая нехватка опыта. А окружающие взрослые разве не помогали ему?
— Если бы могли — не было бы проблем… Но та женщина, Элеонора. Её мать переманила к себе всех ключевых членов гильдии. Используя женские чары.
— Ух, страшно.
— Вот так, из-за всего этого, подчинённые пришедшего в упадок Рейнхольта стали браться за разного рода проблемные заказы.
Заказывая седьмую кружку эля, Лоренц украдкой глянул на стол позади. Спор по-прежнему шёл по параллельным линиям, и конца ему не было видно.
— Так если бы Рейнхольт извинился перед Годхартом, разве всё бы не решилось?
— Если бы всё решалось так просто, не было бы проблем, но у Рейнхольта нет никакого имущества, которым он мог бы возместить ущерб, даже если бы захотел извиниться.
Раздался громкий грохот — обернувшись, Лоренц увидел опрокинутую кружку эля. Похоже, Годхарт ударил кулаком по столу.
— Я же говорю, никому не нужны эти рыболовные права!
— Но, господин Годхарт, единственное, чем наша гильдия может сейчас расплатиться, — это королевская грамота на рыболовные права.
— Если бы грамотой можно было набить живот, я бы её взял, но рыболовные права на канал, где ловятся только караси, сомы да угри, никому не нужны, господин Рейнхольт.
— Если вам обоим не нужны, может, я их заберу себе?
— Госпожа Элеонора, не могли бы вы помолчать?
Годхарт осадил Элеонору, попытавшуюся вмешаться со стороны.
Крупнейшей гильдией водного транспорта в древней столице была гильдия Годхарта, но больше всего денег и власти было у гильдии Элеоноры.
Ни Годхарт, ни Рейнхольт, очевидно, не собирались позволять Элеоноре зарабатывать ещё больше. Поэтому они намеренно пригласили её сюда.
— Кстати, на рынке древней столицы я видела угрей в продаже.
При словах Синобу Тайсё поднял голову.
— А, да, я как-то видел. Довольно аппетитные угри были.
— Угорь аппетитный?
Удивлённый словами этих двоих, Лоренц едва не выплюнул эль.
— А разве угорь не вкусный?
— Что вкусного в этой подделке под змею? Их можно только нарезать кусками и варить или заливать желе, и всё.
— Я о таком способе приготовления даже не слышала.
Угри массами поднимались вверх по каналам древней столицы, но как еда пользовались полным отсутствием популярности. Мало того что у них скользкое тело, так ещё и в сырой крови содержится яд.
Лоренц, долгие годы странствовавший как стекольщик по разным землям, тоже верил, что угрей любит есть только горстка чудаков в Объединённом королевстве.
— Ну, в любом случае, этот спор идёт по кругу.
— Вы о том, вкусный угорь или нет?
— Нет. Об извинениях Рейнхольта. Вряд ли господин Годхарт удовлетворится рыболовными правами на канал, где ловятся только невкусные угри.
— А ведь угорь вкусный…
Синобу недовольно надула щёки, и Эва робко подала голос.
— Я тоже никогда не ела вкусного угря.
— Кстати, в последнее время угорь подорожал, так что я его не закупаю.
Когда Тайсё так сказал, лицо Синобу мгновенно просияло.
— Тогда давайте на сегодняшний обед сделаем угря!
— Но в это время от отечественных уже ничего не останется.
Нерешительному Тайсё Синобу ответила дерзкой ухмылкой.
— Всё в порядке. На здешнем рынке они ещё должны быть.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…