Глава 4. Мне не почудилось
В каменном городе, высеченном в пещере в восьмидесяти милях отсюда, жила одна женщина — знатная дама и паладин Ленна В'Нова. Наследница города Контантиса, крупного центра работорговли, она происходила из непрерывной династии правителей тёмных эльфов. Благородство и власть текли в её жилах, густые, как нескончаемые тени Внутреннего мира.
Боги и богини были ей известны, но она никогда их не видела. Лишь изредка до неё доходили слухи, что какой-нибудь жрец получил божественное послание от Дри'Эля, бога, правившего её народом. И пока она спала в кровати, достойной принцессы, и в покоях, достойных принцессы, богиня, о которой Ленна знала лишь по шёпоту, строила свои замыслы.
— Дитя моё. Отрекись от своей клятвы. Отрекись от своей семьи и её путей боли и порабощения.
Богиня — а голос явно принадлежал небожительнице — заговорила в снах Ленны. Звучал он мягко, словно растопленное масло, ровно посередине диапазона, доступного пению смертных, и в нём угадывалась нотка игривости, которую скорее чувствовали, чем слышали.
Ленна ворочалась в постели, сознавая, что слышит эти слова, но не в силах очнуться. Сон держал её крепко, не отпуская, пока богиня не закончит.
— Иди. Отправляйся в это место. Будь ЗДЕСЬ через десять дней.
На разум Ленны обрушилось точное знание того, какое место имела в виду богиня и как туда добраться.
— Если сделаешь это, твоя жизнь изменится к лучшему. Вместо страданий и рабства однажды тебя окружат любовь и музыка.
Ленна села в постели. Её прошиб холодный пот, а голова раскалывалась.
— А теперь прошу, дитя моё, я желаю тебе лишь лучшего…
Голос богини угас, и разум Ленны прояснился. Она сидела, уставившись на мраморную стену спальни и пытаясь осмыслить то, что с ней только что произошло.
«Неужели это и правда была Луа?
— подумала она.
— Я схожу с ума?»
Она медленно выбралась из постели, опустилась рядом на колени и закрыла глаза.
— Луа, мать красоты во всех её обличьях, богиня луны и всех её фаз. Прошу, пошли мне знак, что мне не почудилось.
Раздался тихий смех, доносившийся, казалось, отовсюду сразу.
— Открой глаза, дитя, тебе не почудилось, — ответила богиня.
Ленна распахнула ресницы: перед ней лился мягкий луч лунного света, для которого ни балдахин над кроватью, ни потолок не были преградой, словно их и вовсе не существовало.
Она знала, что Луа — единственное доброе божество во всём пантеоне дроу, которых также называют тёмными эльфами. Знала, что Луа желает ей лишь блага и никогда не солжёт. Обещание лучшей, более прекрасной жизни стало для Ленны непреложной истиной. Она на мгновение замешкалась, обдумывая все последствия своего выбора.
— Да, моя богиня, я сделаю, как ты велишь. Благодарю за наставление.
Едва Ленна договорила, её пронзила невообразимая боль. Сила, прежде исходившая от её клятвы — клятвы чтить предков и идти по их стопам, — выжигала себе путь наружу. Некогда божественная мощь обратилась огнём в её жилах, сжигая изнутри.
Лунный свет богини сместился и окутал женщину, которая теперь лежала на полу, свернувшись клубком. Её рот раскрылся в крике, на который быстро перестало хватать воздуха. Сияние погрузило Ленну в сон, чтобы сладкие объятия беспамятства избавили её от мук. От её бесчувственного тела поднимался пар.
Луа спроецировала в материальный мир столько своей сущности, сколько смогла. В комнате появилось едва заметное мерцание, отдалённо напоминающее человеческую фигуру.
— Прости, милая. Нынешняя боль потом окупится. Надеюсь.
Мерцающий силуэт низко склонился и убрал с лица Ленны несколько прядей.
Богиня подхватила спящую женщину и бережно подняла её. Уложив Ленну на кровать, Луа улыбнулась и исчезла. Все следы её присутствия пропали. Лишь ставшая отныне Клятвопреступницей знала, что она здесь была.
–
Спустя несколько часов Ленна очнулась. Болело всё тело. Она чувствовала, что её внутренняя мощь изменилась. Сила, дарованная предками, исчезла, а её место занял огонь. Гнев и пламя. Ленна понимала, что это пламя в её средоточии — обретшая форму ярость её предков. Вот только, к несчастью для них, теперь этот огонь принадлежал ей. Ей предстояло взращивать его и использовать по своему усмотрению.
«Для начала мне понадобятся припасы».
Она выбралась из постели и взглянула на себя в зеркало. Серебристые, обычно идеально прямые волосы спутались в колтуны и взмокли от пота. От её почти графитово-серой кожи с фиолетовым отливом всё ещё шёл пар. Серебряные глаза смотрели устало, но решительно.
Пройдя в ванную, она разделась и облилась холодной водой. Вытершись, вернулась в комнату и взяла поддоспешник.
«Уйду, как только смогу. Не хочу упустить шанс, который дала мне богиня».
Ленна быстро оделась и посмотрела на свои доспехи — зачарованный латный комплект из выкрашенной в фиолетовый цвет тёмной стали с золотой отделкой.
Впрочем, в темноте всё это выглядело лишь разными оттенками серого. Дроу обладали идеальным ночным зрением и совсем не нуждались в освещении. Единственный свет в их городах предназначался для рабов, чтобы те видели, что делают. Ленна развернулась и направилась к двери. Рядом висела верёвка, привязанная к колокольчику в комнатах прислуги. Она дёрнула за шнур и принялась ждать.
Вскоре вошла юная человеческая девушка со впалыми щеками и железным ошейником на шее.
— Чем могу служить госпоже?
— спросила она, кланяясь.
— Мне нужно лишь облачиться в доспехи. После этого поешь чего-нибудь. Негоже рабыне дома В'Нова выглядеть как ходячий труп.
По правде говоря, Ленна просто не хотела, чтобы бедняжка голодала, но ей приходилось поддерживать образ. По крайней мере, пока.
— Как скажете, госпожа, — ответила девушка и поспешила к стойке с бронёй.
Следующие пять минут они провели в молчании, пока Ленна не облачилась в латы полностью, за исключением шлема.
— Как быть с волосами госпожи?
— спросила рабыня, глядя в пол.
«Ах да, я же выгляжу ужасно», — подумала Ленна.
— Просто расчеши и заплети в косу, — ответила она и села на табурет перед зеркалом.
Девушка осторожно распутала сбившиеся в колтуны пряди, а затем заплела их в тугую косу. Даже в таком виде волосы спускались чуть ниже лопаток.
— Это всё, госпожа?
— спросила служанка.
Она прислуживала здесь достаточно долго, чтобы знать: Ленна говорит лишь по необходимости и требует немногого. Служба у такой хозяйки была лёгкой, пусть и тревожной. Девушка постоянно боялась, что однажды её отдадут кому-нибудь другому, раз госпожа предпочитает всё делать сама.
— Да. Меня не будет какое-то время. Не жди меня, — велела Ленна и вышла за дверь.
Рабыня на мгновение застыла в изумлении. Последние слова хозяйки повисли в воздухе.
«Неужели в её голосе прозвучала доброта?
— подумала девушка.
— Разве дроу за такое не поражает божья кара или что-то подобное?»
Через мгновение она очнулась от оцепенения и отправилась выполнять приказ госпожи. Пора было найти чего-нибудь поесть.
Тем временем Ленна направилась на рынок в поисках нужных лавок. Сперва ей требовался рюкзак, затем провизия, вода, снаряжение для скалолазания и одеяло, а после предстояло вернуться в комнату и захватить пару смен одежды. В конце концов, она же не дикарка.
Отыскать всё это труда не составило. Сложнее было совершить покупки, не вызвав лишних вопросов. Она решила просто держаться образа безмолвной воительницы и не проронить ни слова. Войдя в первую лавку, Ленна взяла крепкий на вид рюкзак.
Она подошла к прилавку, положила свою находку, посмотрела лавочнику прямо в глаза, а затем перевела взгляд на вещь.
— Я пришлю счёт в поместье, госпожа, — после короткой заминки произнёс мужчина с лёгким поклоном.
Она кивнула ему и вышла. Точно так же Ленна поступила и в остальных лавках, пока не раздобыла всё необходимое.
Вернувшись к себе, она взяла меч и пристегнула ножны к поясу. Уложила в рюкзак две смены белья и замерла.
«Просто уйти? Или оставить записку?»
Немного поразмыслив, она приняла решение.
Этот уход запомнят надолго. Богиня ведь велела отречься от семьи и её путей. Так почему бы не обставить всё эффектно?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…