Глава 3. Голос из воспоминаний
— Да что же это такое?!
— Рагу из сезонных овощей… — с несколько растерянным видом произнёс шеф-повар.
Однако Миа вовсе не собиралась позволять водить себя за нос.
— Я спрашиваю, что это за овощ!
Она ещё настойчивее ткнула ложкой прямо ему в лицо. Поскольку между рослым шеф-поваром и Мией была ощутимая разница в росте, ей пришлось вытянуться в струнку и встать на цыпочки, чтобы поднести ложку как можно ближе…
— …Это… Жёлтолунный томат? — взглянув на то, что ему сунули под нос, ответил повар с видом человека, смирившегося с неизбежным.
Стоявшие вокруг горничные с тревогой наблюдали за происходящим.
— Не может быть… Вы хотите сказать, что это, вот это — Жёлтолунный томат?
Не веря своим ушам, Миа уставилась на кусочек овоща, а затем дрожащей рукой снова отправила ложку в рот.
Едва еда коснулась кончика языка, во рту разлилась освежающая кислинка, за которой пряталась едва уловимая сладость. Идеально протушенный овощ мягко распался на языке и тут же растаял без следа, оставив после себя восхитительное послевкусие…
Этот бесподобный вкус, совершенно не похожий на тот, что хранился в её памяти, до глубины души потряс Мию. Позабыв обо всём, она принялась орудовать ложкой. Густое, наваристое рагу, тающее во рту, пышный хлеб с нежной сладостью…
— Неужели хлеб всегда был таким мягким?
Сорвавшийся с губ шёпот дрожал. Сама того не замечая, она плакала — по щекам крупными горошинами катились и катились слёзы.
— П-принцесса, что с вами? С моей стряпнёй что-то не так?.. — тут же обратился к ней взволнованный шеф-повар.
Миа, набившая полный рот еды, попыталась ответить, но смогла выдавить из себя лишь невнятное мычание. В довершение всего она едва не подавилась и принялась беспомощно размахивать руками и ногами…
Лишь выпив воды, которую в спешке подала одна из перепуганных горничных, она кое-как пришла в себя. После столь неподобающей для благородной принцессы сцены Миа наконец заговорила:
— Я сполна насладилась трапезой, шеф. А вы настоящий мастер своего дела.
Она мягко улыбнулась повару, который стоял рядом, не находя себе места от волнения.
— Для меня великая честь слышать подобную похвалу. Однако, принцесса, сегодняшнее рагу лишь раскрывает естественный вкус самих продуктов, так что в этом нет моей заслуги.
— Вот как? Но взять, к примеру, этот Жёлтолунный томат. Разве Жёлтолунные томаты не должны отдавать травой и сильно горчить?
Она вспомнила то, чем её насильно кормили в темнице. Твёрдые, горькие, местами подгнившие — на вкус они были просто отвратительны.
— А-а… — горько усмехнувшись, пояснил шеф-повар.
— Если полениться и не протушить Жёлтолунный томат как следует, у него действительно может остаться такой привкус. Но эти томаты томились целых три дня. Впрочем, если внимательно следить за огнём, с этим справится кто угодно.
— …Надо же, так долго? Но если с ними столько хлопот, не стоит так утруждаться только ради того, чтобы я их поела…
— Что вы, иначе это может повредить здоровью Вашего Высочества. Оберегать здоровье членов императорской семьи — наш прямой долг как верноподданных.
Приложив руку к груди, шеф-повар низко склонил голову в почтительном поклоне. Прежде Миа считала само собой разумеющимся, что окружающие обязаны служить ей с такой преданностью.
Но она ошибалась… Да, как же сильно она ошибалась.
Когда после революции она лишилась всего, почти никто не проявлял к ней подобной заботы.
Черты её лица смягчились, и, одарив повара тёплой улыбкой, она произнесла:
— Вы славно потрудились. Было очень вкусно.
— Э?..
От этих искренних слов благодарности шеф-повар остолбенел. Он изумился так сильно, что у него едва не подкосились ноги. От неожиданности его грузное тело даже подпрыгнуло на месте, и он попятился на два или три шага.
Повар и помыслить не мог, что эта взбалмошная принцесса способна сказать нечто столь доброе.
…Это как нельзя лучше говорило о том, как Миа обычно вела себя с прислугой.
Разинув рот и часто заморгав, словно увидел парящего в небесах чародея, он наконец выдавил из себя:
— П-п-премного благодарен.
На большее его не хватило. Затем, то ли пытаясь скрыть смущение, то ли от неловкости, он почесал щёку и добавил:
— Н-ну, впрочем, возможно, всё дело просто в цене… Как-никак поданные сегодня овощи — товар высшего сорта, и стоят они примерно столько же, сколько простолюдин зарабатывает за целый месяц труда.
— Ох, вот оно как?
Разговоры о ценах мало о чём говорили Мие. В конце концов, она росла избалованной и своенравной принцессой — девушкой, которая привыкла получать всё желаемое одним лишь мимолётным взглядом. Её совершенно не волновало и не интересовало, во сколько обходится её содержание и питание или сколько там получают простолюдины.
А потому не было бы ничего удивительного, если бы она просто пропустила слова шеф-повара мимо ушей… Так и должно было случиться, но вдруг в голове внезапно прозвучал чей-то язвительный голос:
«А ты вообще знаешь, во сколько обходится один лишь обед для вас, королевских особ?»
Вздрогнув от неожиданности, Миа затравленно заозиралась по сторонам.
«Ч-что это?! Сейчас прозвучало…»
Этот голос был ей знаком, и принадлежал он…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Как перевод?
Оцените качество перевода этой новеллы.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…