Глава 1. 【Пролог】 Свадьба в день казни?
Для Нару это была первая свадьба в жизни.
Даже в прошлой жизни — иными словами, в Японии — ей так и не довелось пойти под венец.
Одетая в белоснежное платье со множеством оборок, о каком она мечтала в детстве, с невероятно изысканным макияжем и укладкой, Нару смотрела в зеркало, и сколько бы ни вглядывалась, отражение казалось ей чужим.
Миниатюрное телосложение, робкий вид.
Унаследованные от отца чёрные волосы и чёрные глаза.
Обычный нос — не высокий и не приплюснутый, — ничем не примечательные глаза и брови. Из зеркала на неё глядела совершенно заурядная девушка, всем своим видом кричавшая: «Я изо всех сил старалась принарядиться!»
«Ну, вроде лицо стало вполне ничего, смотреть можно».
И только губы почему-то с самого рождения были пухлыми и очаровательными.
Вообще-то этим стоило гордиться, но на фоне заурядной внешности она их лишь стеснялась. Одни только милые губы — и чего вообще Господь ждёт от Нару?
Как бы то ни было, в зеркале она выглядела вполне пристойно.
Она прекрасно понимала, что не красавица, но в руках профессионального визажиста даже Нару могла превратиться в девушку с обложки модного журнала.
«Получается, такие журналы — в каком-то смысле обман?»
Нару настолько не понимала собственную ситуацию, что рассеянно думала о подобной ерунде.
Ведь ещё совсем недавно она сидела в темнице королевского замка для знати как преступница, приговорённая к отсечению головы.
Скованная по рукам и ногам цепями, одетая в тюремную робу, она должна была просто ждать смерти.
Так почему же сейчас она накрашена и облачена в свадебное платье?
— Время пришло, — обратилась к Нару женщина, похожая на свадебного распорядителя, ожидавшая в углу комнаты.
— Эм, время для чего?
— Для церемонии.
— ...Так я и спрашиваю, эм... какой церемонии?
Женщина склонила голову набок, а затем понимающе кивнула и виновато опустила брови.
— По желанию жениха сегодня состоится только венчание. Когда решите устроить банкет, обязательно снова обращайтесь к нам.
Нару ничего не понимала, а на неё уже смотрели с сочувствием.
Почему?
Потому что она приговорённая к смерти?
Следуя за провожатой, Нару вдруг заметила в конце коридора молодого человека, который и привёл её сюда из темницы. На его галстуке поблёскивал жёлтый значок служащего королевского замка.
Светло-каштановые волосы, родинка у уголка глаза и добродушный вид.
Его звали Дит.
Впрочем, имя, которое знала Нару, наверняка было фальшивым.
Увидев её, Дит изумлённо распахнул глаза, а затем улыбнулся.
За последнее время он сильно осунулся, но стоило ему улыбнуться, как он снова стал тем самым парнем, которого знала Нару.
— Вы прекрасны, госпожа.
— Спасибо... То есть нет! Почему всё так обернулось? Я ведь смертница, да?!
Когда она прямо спросила о том, что не укладывалось в голове, Дит помрачнел и едва не расплакался. Затем, глухо застонав и стиснув зубы, он отвернулся.
— Простите меня, госпожа. Я хотел спасти хотя бы вас, но у меня нет такой власти...
— Ты что, пытался договориться, чтобы спасти меня? Не надо, ты же сам пострадаешь.
Она замахала руками, но Дит перехватил её ладони.
— Не волнуйтесь. Я лично обратился к начальнику. Теперь ваша жизнь не оборвётся на плахе!
— Лично? Обратился?! Постой, Дит, ты ведь...
«Ты ведь шпион, который внедрился в наш дом, так?!»
— эти слова она проглотила, услышав голос торопящей её женщины.
— У меня дела, поэтому я вынужден откланяться, но, госпожа, прошу вас, берегите себя!
— Что?! Объясни хотя бы, что происходит... да куда же ты так быстро!
Дит стремительно умчался по коридору. Должно быть, он и правда был очень занят — в обычной ситуации у него не нашлось бы времени даже на то, чтобы повидаться с ней.
И всё же он специально пришёл проводить её. Дит действительно очень добрый человек.
Как хорошо, что перед казнью ей удалось увидеть его живым и здоровым. Он во многом ей помог, и Нару испытывала к нему лишь благодарность.
Дит сказал, что её не обезглавят, но она прекрасно понимала: столь чудесной отмены приговора просто не может быть.
Ведь её грехи были настолько тяжелы, что их не искупить даже отсечением головы.
— Пожалуйста, подождите здесь.
Мило улыбающаяся распорядительница провела её в небольшую комнату с табличкой «Комната ожидания жениха и невесты».
Подхватив длинный, волочащийся по полу подол платья, Нару послушно вошла внутрь.
В помещении царила тишина.
Оно напоминало комнату ожидания для родственников на свадьбе двоюродной сестры, где Нару побывала ещё в прошлой жизни. Вот только тогда в такой комнатке толпилась куча родни, а сегодня здесь не было ни души.
Заняться было нечем, и Нару неуютно примостилась на одном из выстроенных вдоль стены стульев, но почти сразу же та самая женщина позвала её снова.
Выйдя из комнатки, Нару увидела жениха.
То, что это он, было понятно с первого взгляда — на нём был костюм, составлявший пару её свадебному платью.
Мужчина с длинными пепельными волосами, собранными на макушке, пристально смотрел на неё узкими глазами.
В его взгляде не было ни капли тепла — лишь ледяной холод и пронзительная острота.
— ...Кто ты?
— Заурядная девица.
От брошенных, словно плевок, слов Нару оторопела.
В этот миг жених поднял голову, будто что-то заметил.
— Начинается. Давай побыстрее покончим с этим фарсом.
«Что начинается? Э, что?»
— Эй, ты меня слушаешь?
«Что такое... Это он мне?! А, точно. Я же невеста».
Поняв, что жених обращается к ней, Нару неловко рассмеялась, пытаясь сгладить заминку.
Видя, что она не двигается с места, мужчина неприкрыто и раздражённо цокнул языком. Брезгливо поморщившись, он схватил Нару за руку и продел её себе под локоть.
— Ч-ч-что?
— Тебе нужно просто сказать «клянусь».
— В чём поклясться? В любви? В такие моменты ведь клянутся в любви?
— ...Чего ты суетишься? Это просто формальная церемония.
— А... вот оно что.
«Просто формальность, понятно... То есть перед смертью я должна помочь ему с каким-то фиктивным браком, так, что ли?»
В конце концов, Нару — приговорённая к казни, которой оставалось лишь ждать своего часа.
Что бы ей ни приказали, отказаться она не могла.
Жених внезапно зашагал вперёд.
Нару, увлекаемая за руку, пошла следом. Со стороны могло показаться, что она легко опирается на его локоть, но на самом деле он так крепко зажал её кисть, что было довольно больно.
В конце коридора в обе стороны распахнулись величественные двери, украшенные искусным переплетением растительного орнамента и шахматного узора.
Полилась торжественная органная музыка.
Под эти звуки жених и невеста двинулись прямо по бархатному ковру.
С каждым их шагом раздавались жидкие хлопки.
Быстро обведя взглядом зал, Нару заметила всего трёх человек.
«Ну и мало же народу».
В зале, способном легко вместить сотню гостей, сидело раз-два и обчёлся.
Потому и аплодисменты звучали так скудно.
«Раз уж людей так мало, провели бы церемонию в местечке потеснее. Только деньги зря тратят».
Нару, которую силой дотащили до самого алтаря, встала лицом к жениху перед распорядителем церемонии — проще говоря, священником.
— Вы двое...
— Покороче, пожалуйста.
Священник мило улыбнулся перебившему его жениху.
— ...Клянётесь?
— Клянусь.
Речь сократили так сильно, что впору было спросить: в чём именно?
Жених отчётливо произнёс «клянусь». Нару была не настолько мала или наивна, чтобы не понимать значения этого слова в подобном месте.
Внезапно ей в голову пришла мысль: а не перепутали ли её с кем-то?
— Госпожа Наруфарея Сильвенад, вы тоже клянётесь?
«Значит, всё-таки я!»
Раз назвали полное имя, речь точно шла о ней.
Нару опешила, но тут же, ощутив холодную угрозу для жизни, инстинктивно подняла голову.
Жених сощурил свои безжалостные, острые глаза, готовый убить её одним лишь давящим взглядом.
«Ж-жуткий... тип».
Видимо, он хотел, чтобы она сказала «клянусь».
Причины Нару не знала, но прекрасно понимала, что права на отказ у неё нет.
К тому же её казнь была назначена на сегодня после полудня. Жить осталось всего ничего, так почему бы напоследок не послужить этому человеку перед смертью?
Нару посмотрела в ответ на лицо мужчины, источавшего жажду убийства.
Если приглядеться, он был заметно старше.
Ей в этом году исполнилось восемнадцать, а он, вероятно, был старше почти на два десятка лет. А может, и того больше.
Более того, из-за внезапности происходящего она сразу и не заметила, но этот жених был весьма хорош собой.
Холодный прищур, острый взгляд и аура человека, который блестяще справляется с работой, но ни перед кем не склоняется.
И в этом мире наверняка нашлось бы немало женщин, которым нравятся подобные мужчины.
Она не понимала, что происходит, но если сейчас устроит сцену или начнёт требовать объяснений, то лишь опозорит жениха.
Она понятия не имела, кто он такой, но раз уж он притащил сюда смертницу, у него наверняка были на то причины.
Рассудив, что безопаснее всего будет просто подыграть, Нару приняла решение.
— Клянусь, — отчётливо произнесла она.
— Тогда обменяйтесь кольцами.
— Слишком хлопотно. Справляйся сама.
Жених достал из-за пазухи коробочку с кольцами и бросил её Нару. К тому моменту, как она ловко поймала бархатный футляр, стараясь не уронить, мужчина уже шагал к выходу.
И ушёл, даже не обернувшись.
Оставшись одна, Нару окончательно впала в ступор прямо посреди зала.
Машинально открыв коробочку в руках, она увидела пару серебряных колец. Взяв то, что поменьше, она попыталась надеть его на палец.
Чуть-чуть маловато.
Точнее, вообще не налезает.
— Сим объявляю вас мужем и женой.
— Но я же тут одна?! — невольно возразила она священнику.
Однако, словно в ответ на её реплику, грянули фанфары, и Нару, ведомая распорядительницей, в гордом одиночестве покинула зал.
Сразу после выхода её заставили переодеться и затолкали в поджидавшую снаружи карету. Вот только облачили её не в тюремную робу, а в добротно сшитое платье, какие носит знать.
Нужно было во что бы то ни стало выяснить причину до того, как карета тронется.
С этой мыслью она уже приподнялась с сиденья, как вдруг внутрь забрался молодой человек — парень лет под тридцать с узкими, словно щёлочки, глазами.
На его галстуке красовался жёлтый значок придворного дворянина.
Слегка вьющиеся у ушей волосы казались мягкими на ощупь. На лице застыла вежливая дежурная улыбка, за которой невозможно было прочесть мысли.
— Славная вышла церемония. Пф-ф, вы видели лицо начальника? Аха-ха, подумать только, этот человек — и вдруг жених, умора просто.
— ...А вы кто?
— Ах, простите, что не представился сразу. Меня зовут Джин, я помощник начальника. Прошу любить и жаловать. Итак, с чего бы начать объяснения? Скажу начистоту: способов спасти жизнь приговорённой к смерти было немного, поэтому на сей раз нам пришлось пойти на крайние меры.
Нару остолбенела.
Разинув рот, она уставилась на собеседника.
— Спасти... жизнь?
— Да. Вы больше не смертница. Ведь вы ни много ни мало стали супругой нашего начальника, господина Синдзю Рейвеннера!
— ...Постойте, я не понимаю. Мою казнь правда отменили?!
— Да, можете не волноваться. Впрочем, вряд ли вы поверите мне на слово, так что давайте начнём с самого начала. Вы — Наруфарея Сильвенад. Единственная дочь графа Сильвенада, и после его недавнего ареста вам, как дочери преступника, тоже вынесли смертный приговор.
— Да... всё так.
В этом сомнений не было.
Отец Нару, граф Сильвенад, оказался великим преступником. Проще говоря, главарём подпольной организации, объединявшей множество злодеев.
Умный граф обладал поразительной хваткой: какие бы злодеяния он ни творил, после них не оставалось ни единой улики.
И арестовали его буквально в прошлом месяце.
Босса преступного мира, связанного со всевозможными негодяями, задержали из-за пустяковой зацепки, после чего все его злодеяния потянулись одно за другим, словно по ниточке.
Как сказали бы в манге или играх, он был типичным продажным аристократом, набивающим собственные карманы.
Он не считал людей за людей, безжалостно эксплуатировал их и выбрасывал за ненадобностью. Обычно подобное быстро всплывает наружу, но граф Сильвенад безупречно заметал следы.
— Что касается улики, позволившей задержать графа, то, по словам внедрённого в ваш дом следователя, это вы помогли её раздобыть.
— Так сказал Дит?
— Ого, а ведь я не называл его имени... Ну да ладно. Этот самый Дит лично обратился к начальнику с мольбой спасти вас. Мы тут пораскинули мозгами и решили: если вы станете женой начальника, то избежите смертной казни. Вот так всё и пришло к нынешней ситуации.
— Э, вы ничего не пропустили? Как вообще до такого дошло? И вообще, у Дита из-за этого не будет проблем?!
— Да всё с ним будет в порядке, он парень способный. Начальник ценит реальные заслуги и благосклонен к тем, кто обладает талантом. Ну, вот таким образом вы и стали его женой. Поздравляю, теперь можете всю жизнь жить припеваючи.
Карету слегка тряхнуло, и она со стуком остановилась.
Джин ловко распахнул дверцу, выпрыгнул наружу и подал Нару руку. Взглянув на его ладонь, девушка посмотрела в окно и снова разинула рот.
Экипаж остановился перед большим особняком. Вероятно, это и было поместье начальника — Синдзю Рейвеннера.
Само здание уступало размерами дому, в котором жила Нару, да и по части ухоженности её родовое гнездо выглядело получше.
Поразило Нару другое — выстроившиеся перед входом слуги.
Их было больше тридцати человек.
И все они с абсолютно непроницаемыми лицами пристально смотрели на неё.
— Добро пожаловать, госпожа.
Высокий мужчина с гладко зачёсанными назад чёрными волосами изящно склонил голову.
Остальные слуги слаженным хором подхватили:
— Добро пожаловать, госпожа.
Джин помог ей спуститься на землю, и прислуга провела её в дом. Что происходило дальше, Нару почти не помнила.
Когда она пришла в себя, то уже сидела, вымытая и ухоженная, в просторной комнате с большой кроватью.
— ...Я жива.
За окном уже сгущались сумерки.
Её руки дрожали.
Она приготовилась к смерти, но в итоге осталась жива.
Внезапно вспомнив осунувшееся лицо Дита, она до скрипа стиснула зубы.
«...Дурак! Я же вполне заслужила казнь!»
Но всё равно было радостно сознавать, что он довёл себя до такого состояния, пытаясь спасти её от плахи. Пожалуй, это стало самым счастливым событием с тех самых пор, как она родилась в этом мире.
Чтобы немного проветрить голову, Нару легонько тряхнула волосами и повалилась на кровать.
Дочери великого грешника непозволительно беспечно жить дальше.
Её двоюродную сестру и друзей отца казнили, поэтому полное оправдание одной лишь дочери, Нару, выглядело совершенно немыслимо. Стоит раз прогнуть закон, как вырастет число недовольных, а это может привести и к появлению мятежников.
«В общем, когда вернётся этот так называемый начальник, нужно будет с ним поговорить».
Сколько ни толкуй со слугами, право решения остаётся за хозяином.
Надо бы уточнить у прислуги, когда он вернётся... Так она думала, но силы вдруг разом покинули обмякшее тело.
Сказалось избавление от чудовищного напряжения.
Нару отчаянно боролась с накатившей дремотой, но эта битва была заведомо проиграна.
Посреди мягкой, пушистой кровати она провалилась в сон.
Сколько же лет она так крепко не спала?
Вот бы проснуться и понять, что всё это было лишь сном.
Вот бы вернуться в те времена, когда она была обычной японской офисной служащей и проводила заурядные будни вдали от интриг и махинаций начальства.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…