Глава 26. Свищет ветер над студеной рекой Ишуй
Рудник Хэлун.
Ли Чанъань вновь оказался в этом месте.
Вот только по сравнению с кипящей работой, которую он застал в свой первый визит, сейчас здесь царило полное запустение: сколько ни гляди — вокруг ни души, не говоря уже о прежнем грохоте механизмов.
Более того, Ли Чанъаню даже показалось, что воздух вокруг стал куда свежее.
Поговорив с Чжан Вэйхэ и Гу Ли, они решили, что девушка под предлогом обновления и техобслуживания оборудования приостановит сегодняшнюю добычу.
В этом вопросе Гу Ли охотно пошла навстречу, ничуть не беспокоясь об убытках от простоя рудника на день или даже несколько суток.
Между делом Чжан Вэйхэ предлагал закрыть рудник Хэлун от имени Управления правопорядка, чтобы хоть немного сократить потери Гу Ли. Однако Ли Чанъань отверг эту затею. Это привлекло бы слишком много лишнего внимания, а вмешательство Управления правопорядка непременно спугнуло бы преступников. Хотя дневные допросы отдельных лиц сотрудниками ведомства, возможно, уже насторожили врага, попытаться всё же стоило: чем позже вскроется, что они ведут расследование, тем лучше.
А вернулся он на рудник Хэлун по двум причинам.
С одной стороны — чтобы тщательно обследовать места обитания духовных зверей, сведениями о которых торговали те люди, выяснить, что именно это за твари, и тем самым лучше понять цели противника.
С другой же стороны — потому что среди древних письмен, разбросанных по книгам Ян Цзяньдэ, тоже упоминался такой духовный зверь, как «слизень». И как раз вчера в одной из выработок он наткнулся на Глиняного слизня.
— Иллюша, Горошек.
На зов Ли Чанъаня оба малыша с тихим шлепком приземлились на землю.
Юноша достал сушеную рыбку и кедровые орешки. Однако при виде лакомств зверьки не выказали привычной бурной радости, а напротив, состроили невероятно скорбные мордочки.
Свищет ветер над студеной рекой Ишуй, уходит храбрец — и ай-яй-яй!
Иллюша и Горошек синхронно схватились за макушки и с праведным негодованием уставились на Ли Чанъаня.
При виде их физиономий юноша от возмущения даже рассмеялся.
— Нам нужно всего лишь разведать обстановку с духовными зверями в шахте, — буркнул он.
— Я же не на верную смерть вас, малявок, посылаю.
— Мяу-у... (А разве это не одно и то же?)
— Разведка! Понимаете, что такое разведка? Это когда можно дать деру, если враг окажется не по зубам.
У Ли Чанъаня просто слов не хватало.
— Мяу?
А ведь точно. Можно же сбежать!
Осознав это, малыши больше не стали сдерживаться: ухватив сушеную рыбку и орешки, они уселись прямо на землю и принялись уплетать угощение за обе щеки.
Проглотив три рыбки подряд, Иллюша довольно похлопала себя по животику.
— Ик...
— Наелись? Раз наелись, пора и в последний путь отправляться, — Ли Чанъань поднялся и отряхнул налипшую на одежду пыль.
В п-последний путь?
— Ха-ха-ха! Да шучу я, пошли уже.
С торжествующей улыбкой человека, оставившего последнее слово за собой, Ли Чанъань вновь шагнул в бездонную протяженную штольню.
Благодаря вчерашнему опыту встречи с Глиняным слизнем и полному отсутствию шахтеров, сегодня они продвигались куда быстрее. Очень скоро троица добралась до знакомой выработки 3-14.
— Хм?
В свете фонарика Ли Чанъань сразу же заметил, что куча жидкой грязи, оставшаяся со вчерашнего дня от Глиняного слизня, бесследно исчезла!
Даже если допустить, что жижа могла быстро смешаться с окружающими камнями и щебнем или просто высохнуть и рассыпаться в прах, прошли ведь всего одни сутки. А самое главное — работы в этом туннеле давно приостановили, так что шахтеры заходить сюда не должны были. Но сейчас на земле не осталось ни малейшего следа от Глиняного слизня. Если бы не вчерашние отметины от когтей Иллюши, Ли Чанъань решил бы, что перепутал место.
Немного постояв в раздумьях, юноша все же решил углубиться дальше.
Шурх... шурх...
Под ногами шуршал рассыпанный по полу мелкий гравий, и этот звук гулко разносился по пустому туннелю. Выработка оказалась куда длиннее и глубже, чем представлял себе Ли Чанъань.
Неизвестно, сколько времени они так шли.
Шлеп, шлеп-шлеп...
И вот снова раздался знакомый звук.
Когда тусклый желтый луч фонарика метнулся вперед, в поле зрения Ли Чанъаня вновь показался Глиняный слизень. Вот только это был совсем не вчерашний экземпляр.
«Так и знал, в этой шахте водится далеко не один Глиняный слизень», — про себя отметил Ли Чанъань. Его догадка получила весомое подтверждение.
— Мяу!
Иллюша припала на все четыре лапы, грозно нахмурив мордочку.
— Буль!!
Эта тварь отличалась от той, что попалась им вчера. Заметив Ли Чанъаня и Иллюшу, а особенно когда луч фонарика ударил ему прямо в глаза, Глиняный слизень сильно разволновался. На его поверхности один за другим принялись надуваться пузыри, тут же со звонким хлопком лопаясь. Глина его тела медленно зашевелилась, и рассыпанный вокруг мелкий щебень, подчиняясь какому-то импульсу, мало-помалу потянулся к монстру, вливаясь в его массу.
Глаза Ли Чанъаня блеснули.
— Танец когтей!
— Мяу!
Иллюша мгновенно поняла приказ: резко оттолкнувшись всеми четырьмя лапами и взметнув тучу песка, она стрелой рванула вперед.
— Буль!!
Почуяв смертельную угрозу, Глиняный слизень разинул пасть в яростном реве и принялся стремительно раздуваться.
Однако...
Вжих!!!
В темноте сверкнул холодный росчерк острых когтей — и Глиняный слизень, оборвав рев на полуслове, замер на месте. В следующую секунду его туша внезапно осела и, разбрызгивая во все стороны жидкую грязь, с глухим шлепком рухнула на землю.
После вчерашнего боя Иллюша действовала куда решительнее и чище. И пусть Ли Чанъань сейчас не подкручивал показатели ее эффективности, с «Танцем когтей», освоенным до ранга Б, атакующая мощь кошки по меркам духовных зверей того же уровня была весьма внушительной. А главное — этот Глиняный слизень оказался слабее вчерашнего.
— Мяу-у...
Мягко ступая лапками, Иллюша с самым непринужденным видом зашагала обратно. На полпути она не забыла обернуться и бросить презрительный взгляд на лужу грязи.
И это всё?
— Ишь, какая довольная, — с улыбкой пожурил ее Ли Чанъань, но на душе у него было радостно.
И он сам, и Иллюша шаг за шагом приближались к тому, чтобы стать настоящим повелителем духов и достойным духовным зверем.
Шлеп-шлеп... шлеп-шлеп...
Вот только не успела радость толком закрепиться на их лицах, как в глубине туннеля снова послышалась какая-то возня и шорохи.
— Мяу? (Ещё один?)
Боевой задор Иллюши еще не остыл: она резко развернулась и приняла боевую стойку, уставившись туда, откуда доносился звук.
— Пи-пи! (Там тоже!)
Внезапно Горошек указал лапкой в противоположную сторону выработки. Оттуда тоже доносилось шевеление.
М?
Ли Чанъань тут же направил туда луч фонарика. И увидел, как по обеим сторонам туннеля, из щелей на стыке пола и каменных стен, медленно выдавливались бесформенные комья жидкой грязи. Они вовсю пузырились и булькали.
— И вон там!
Ли Чанъань посветил дальше, и лицо его постепенно помрачнело.
Буль-буль...
Они словно угодили в самое сердце болота: из трещин в породе сочилось все больше и больше грязевой жижи.
Один, два, три...
Число Глиняных слизней в поле их зрения стремительно росло. В темноте зажигалось все больше тускло мерцающих глаз.
Горошек стремглав юркнул в карман куртки Ли Чанъаня и зажал лапками глазки, не решаясь больше смотреть. Бедный бельчонок чуть со страху не помер.
Да откуда их столько взялось?!
Такого поворота Ли Чанъань никак не ожидал.
— Мя-мяу...
Секунду назад пылавшая боевым задором Иллюша мигом поникла и медленно попятилась на пару шагов.
Отступаем или как?
— Погоди пока.
Ли Чанъань и сам подумывал дать тягу, но вдруг заметил, что появившиеся Глиняные слизни, похоже, интересовались вовсе не ими.
Их целью была... лужа жидкой грязи, оставшаяся на земле от только что убитого собрата!
Выдавившиеся из щелей Глиняные слизни, точно обезумевшие мертвецы, гурьбой ринулись к этой куче глины. Спустя мгновение целая орава слизней сбилась в один плотный ком: распластавшись по земле, они неистово копошились и извивались.
Как бы ни готовил себя морально Ли Чанъань, при виде этой картины у него по спине пробежали мурашки.
— Мя... мяу? (Ч-что они делают?) — одеревенев от ужаса, Иллюша повернула голову и запинаясь спросила хозяина.
Ли Чанъань открыл было рот, но слова застряли в горле, и он никак не мог выдавить ни звука. Лишь спустя долгую паузу он глухим, слегка осипшим голосом прошептал:
— Пожирают сородича...
Нельзя сказать, что в мире духовных зверей такого не случалось вовсе, но встречалось подобное крайне редко. Как говорится, даже свирепый тигр не ест своих тигрят.
Заодно юноша понял, почему вчерашняя лужа от Глиняного слизня исчезла без следа. Пусть даже духовное ядро того монстра он забрал с собой, для остальных Глиняных слизней оставшаяся жижа, богатая минералами, все равно представляла собой невероятно питательную пищу. Быть может, для них поглощать минералы из руды и болотной тины или высасывать остатки минералов из тела павшего собрата — одно и то же.
Но даже так...
Вз-з-з...
Точно кто-то швырнул петарду в и без того неспокойное болото: стоило столпившимся Глиняным слизням дочиста «разделить» лужу на полу, как среди них начался настоящий ад. Потеряв всякий контроль, твари принялись яростно кидаться на ближайших сородичей. Во все стороны тут же полетели ошметки грязи.
Ли Чанъань поспешно оттащил Иллюшу в сторонку. Глядя на разворачивающееся перед ним побоище, он внезапно вздрогнул. От самого копчика вверх по позвоночнику пополз знакомый ледяной холод, пробирающий до костей.
— Управление через подстрекательство?
— пробормотал он.
Это ощущение показалось ему смутно знакомым.
У самого уха словно прошелестел чей-то бредовый шепот:
«Глиняный слизень, уподобление...»
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…