Глава 5. Запасы
Один мясной пирожок только раздразнил аппетит — ей ведь всего шестнадцать, организм растёт, требует питания.
Но дел ещё невпроворот: сначала нужно закупиться в снабженческом магазине. Внутри товаров немало, да вот беда — на большую часть нужны талоны.
Чжу Сянцин вытащила все свои талоны и купила два цзиня красного сахара, цзинь белого, цзинь печенья с персиковым ароматом, цзинь бисквита «Цветок сливы». На фруктовые леденцы талоны не требовались — взяла пять цзиней.
Ещё прихватила несколько баночек крема «Снежинка» и солодового молока — тоже без талонов. Ну и, конечно, две пары резиновых сапог: в деревне, стоит пойти дождю, без них никуда не пройдёшь.
— Товарищ, вы, никак, в деревню собрались?
— Да, сестрица. А вы откуда знаете?
— По покупкам видно. Кто ж ещё разом столько всего наберёт.
— Сестрица, да вы прямо провидица, всё-то вы разглядели.
— У меня тут есть ткань с браком — без талонов, дёшево.
— Нужна! Где?
Продавщица улыбнулась. Это была льгота, которую их начальство выторговало у хлопкопрядильной фабрики: распродадут партию — получат премию.
— Приходите в обеденный перерыв к чёрному ходу, товар на складе.
— Хорошо, буду около половины двенадцатого.
Продавщица кивнула, уже прикидывая в уме, сколько товара сможет сбыть этой девчушке. Одета бедно, а тратит не скупясь.
Чжу Сянцин направилась на чёрный рынок. По дороге нашла укромное местечко и отправила красный сахар и прочие покупки в пространство. Минут пятнадцать шла пешком — и сразу у входа на чёрный рынок увидела паренька.
— Покупаете или продаёте?
— Покупаю.
— Проходите.
За вход покупателю платить не надо. Чжу Сянцин быстро прошла внутрь. Рынок был небольшой — то тут, то там кучковались люди, обмениваясь нужным друг другу товаром.
Полагаясь на опыт прошлой жизни, она сразу отыскала в углу притаившегося парня — было ясно, что он меняет деньги на талоны.
Дело прибыльное. Парень огляделся по сторонам, достал из кармана большой конверт и вытряхнул содержимое — у Чжу Сянцин аж в глазах зарябило.
Зерновые талоны, сахарные, масляные, мыльные, хлопковые, промышленные — чего только не было. А больше всего её привлёк талон на часы марки «Цветок сливы».
В деревне время определяют по небу. Без часов разве уследишь? Так что и талон на часы она прихватила.
— Зачем вам столько? Разве всё израсходуете?
Парень видел, что она выбирает всё больше, уже и до часов добралась, и забеспокоился, хватит ли у неё денег, — потому и намекнул осторожно.
— Кстати, есть всесоюзные талоны?
— Есть, но подороже.
Парень достал конверт поменьше. Чжу Сянцин с улыбкой принялась отбирать — в основном зерновые, масляные и сахарные: от них больше всего проку.
— Всего двести двадцать один юань. Раз вы столько набрали, хочу с вами и дальше дела вести — отдайте двести двадцать.
Чжу Сянцин достала из сумки кошелёк, сделанный из газеты, — огромный, вместительный, — отсчитала двадцать две десятиюаневые бумажки и получила взамен целую кипу талонов.
Уже собиралась уходить, как её остановила какая-то тётка: яйца по пять фэней штука, за пятьдесят — одно в подарок, а раз корзинки у неё нет, так и корзинку отдаст.
Чжу Сянцин загорелась: когда лень готовить, сваришь пару яиц — вот и обед. Протянула два с половиной юаня и получила полную корзину яиц.
— Девонька, есть у меня ещё мешок риса, пятьдесят цзиней, никак не меньше, по юаню двадцать за цзинь. Возьмёшь?
Лучший рис на зерновом складе — восемнадцать фэней за цзинь, да с талоном, да ещё попробуй достань; а если и достанешь, нужна карточка на покупку зерна для горожан. Так что ей и мечтать нечего.
— Мешков нет? Есть ещё десять цзиней муки высшего сорта, по юаню тридцать за цзинь. Возьмёшь — два мешка в подарок.
Чжу Сянцин вытаращила глаза: надо же, люди уже так ловко торгуют! Мешок и то недешёв, даже рваный, а всё ж гривенник-другой стоит.
Пятьдесят цзиней риса обошлись в шестьдесят юаней, десять цзиней муки — в тринадцать. Чжу Сянцин легко взвалила рис и муку, а другой рукой подхватила корзину и вышла с чёрного рынка.
Дошла до безлюдного места, оглянулась по сторонам — мимо мелькнула чья-то тень. Чжу Сянцин поставила мешок и корзину, настороженно уставилась вперёд.
— Эй, девонька, этакую тяжесть разве унесёшь? Дай-ка братец тебе подсобит.
Мужчина в белой майке смотрел на неё плутовато. Майка уже пожелтела — под стать его жёлтым лошадиным зубам, прямо комплект.
Его суховатая рука потянулась к мешку с рисом, но тут же в поясницу упёрся кухонный нож. Остриё проткнуло тонкую рубашку — мужчина вздрогнул и обернулся к Чжу Сянцин.
Холодный взгляд, ледяная стужа в глазах, плотно сжатые тонкие губы — сразу видно, что связываться не стоит. Он шагнул в сторону, уходя от ножа.
— Ого, а девка-то с перчинкой.
Чжу Сянцин хотела было ответить, как появился ещё один мужчина — тот самый парень, что менял ей талоны. Неужели и он решил обобрать её по-чёрному?
— Пошёл прочь…
Парень с мрачным лицом уставился на человека в белой майке. Тот не ожидал, что Третий с чёрного рынка станет защищать девчонку, и, не оглядываясь, убрался.
— Нечего было соваться в такую глушь, сама напросилась.
— Отец велел ждать его здесь. Спасибо вам за помощь.
Третий скривил губы и ушёл. Он не спасать её собирался — просто не хотел, чтобы кто-то портил репутацию их рынка: пойдут слухи, будто тут обирают по-чёрному, — вот и всё.
Чжу Сянцин дождалась, пока этот Третий скроется, ещё раз настороженно осмотрелась, убедилась, что никого нет, — и все вещи исчезли.
Глянула на небо — времени ещё полно. Быстро добралась до универмага: ей нужны часы, а такой дорогой товар в снабженческом магазине не водится.
Самые дешёвые часы «Цветок сливы»
— сто двадцать юаней. Чжу Сянцин кольнула жалость, но вспомнила про дни, когда время придётся определять по небу, — и быстро протянула деньги и талон.
Взгляд случайно упал на будильник — без талона, и цена не кусается. Взяла не раздумывая.
Продавщица улыбалась во весь рот: Чжу Сянцин была её первой покупательницей за день. Радостно выставила время на часах и будильнике, аккуратно упаковала и ещё участливо принялась расхваливать велосипед в соседнем отделе.
Чжу Сянцин и рада бы, да не могла: даже с деньгами без талона — всё впустую. Не стала долго болтать — близился обед — и коротко сказала, что талона на велосипед у неё нет.
Но завтра она всё равно придёт: нужного — хоть отбавляй. Услышав, что Чжу Сянцин заглянет и завтра, продавщица закивала.
Обеденный перерыв ещё не наступил, а Чжу Сянцин уже стояла у чёрного хода снабженческого магазина. Утренняя продавщица тоже места себе не находила: обед короткий, надо всё провернуть быстро.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…