Глава 7. Забытое отравление
Любуясь выстроенным в комнате множеством баночек и склянок с косметикой, я восторженно вздохнула.
Картина была настолько сказочной, что, казалось, я могла бы простоять так не один час.
— Вот это количество! Когда их так много, всё ведь и не используешь, правда? Может, продадим?
Слова Энн, сложившей пальцы колечком, словно монетку, привели меня в изумление.
Только-только получили, а она уже думала о продаже — вполне в её духе.
— Что ты такое говоришь, Энн? Я буду пользоваться всем. Для начала проверю текстуру и то, как ложится цвет, попробую смешивать оттенки, накладывать слоями — столько всего хочется испытать!
— Э-э… но их же тут видимо-невидимо! И вообще, госпожа, вы что же, собираетесь краситься сами?
— Разумеется! Ах, просто как во сне. Даже кисточек столько видов. Какая прелесть!
Когда сегодня утром всё это доставили, я была поражена до глубины души.
Базовые средства для ухода за кожей и волосами вроде розовой воды и ароматических масел, пудра, румяна и прочая декоративная косметика, а вдобавок бесчисленное множество кистей и других принадлежностей для макияжа. То, как горничные одна за другой заносили всё это в комнату, выглядело поистине впечатляюще.
Старший дворецкий вчера пообещал подготовить всё немедленно, и он действительно не заставил себя ждать. Причём тут явно был не один полный набор, как я себе представляла. Их тут сотня… нет, пожалуй, целая тысяча.
Похоже, старший дворецкий дома маркиза Ирвина — человек весьма способный. Хотелось бы иметь такого союзника. Судя по вчерашнему дню, он не относился ко мне с пренебрежением, но как обстояли дела на самом деле? Предстояло не спеша в этом разобраться.
Ну а пока нужно было изучить полученную косметику.
Напевая себе под нос, я проверяла мягкость кистей, когда раздался стук в дверь.
Я разрешила войти, и на пороге появился Фред — молодой человек со спокойным, умным взглядом.
С сегодняшнего дня этот дворецкий должен был заведовать делами во флигеле, и, подумать только, он оказался внуком старшего дворецкого. Действительно, разрез глаз у них был один в один.
— Госпожа Оливия. Время уже подходит, вы готовы?
— Да. Пойдём, Энн.
В сопровождении Энн я последовала за Фредом из флигеля в столовую главного особняка.
Мне предстоял ужин с семьёй.
Сегодня утром, придя поприветствовать меня, Фред передал: «Хозяин велел вам присутствовать на ужине, если позволяет самочувствие».
Фред беспокоился о моём здоровье и сказал, что заставлять себя не нужно, но отказаться я не могла. Как-никак, это был приказ главы рода.
К тому же в этой второй жизни я уже виделась с мачехой, но ещё не встречалась с отцом и сводной сестрой. Хотелось убедиться, остались ли они такими же, какими были в первый раз.
◆
В тихой столовой едва слышно звякали приборы.
За длинным столом, уставленным изысканной посудой, трапезничали мачеха, сводная сестра и отец.
Девушка с завитыми локонами в кричащем платье — Джанет, дочь мачехи от первого брака и моя сводная сестра. У неё был всё такой же неприятный взгляд, как и у её матери.
Судя по всему, её отвращение ко мне ничуть не изменилось с прошлой жизни.
Спиной к камину сидел глава дома маркиза Ирвина — Клайв Джон Ирвин. Мой родной отец, единственный здесь человек, связанный со мной по крови.
В первой жизни я в последний раз видела его, когда меня волокли в тюремную башню.
Тогда он лишь бросил на меня холодный взгляд и процедил: «Какая же глупая дочь». В нём не было ни капли родительской любви.
Во второй жизни ничего не изменилось: когда я вошла в столовую, отец произнёс: «Пришла, Оливия», — и глаза его оставались всё такими же ледяными.
Не сказать, что мне не было грустно, но сейчас куда большей проблемой, чем равнодушие нелюбящего отца, оказалось другое…
Глядя на блюда, заставившие сверкающий длинный стол, на их количество и состав, я едва сдержалась, чтобы не зажать рот рукой от подступившей тошноты.
«Куда ни глянь — сплошное мясо. От одного вида изжога начинается».
Курица, свинина, телятина, утка, кролик, баранина, оленина. Дворяне этого мира только и делают, что едят мясо. Морепродукты на столе почти не появляются, так как море далеко. Овощи иногда готовят в качестве гарнира к мясным блюдам, но вот салатов или другой преимущественно овощной еды здесь попросту не подают. Аристократы такое не жалуют.
Казалось, ни одно из блюд не было отравлено, но меня и без яда вполне могли угробить эти жир и мясо.
Для моего нынешнего организма такая пища была слишком тяжела. О каком уж тут детоксе говорить.
Ради приличия перед семьёй я вознесла формальную молитву богу-творцу перед едой, но притрагиваться к мясу не было ни малейшего желания.
— Энн, положи мне, пожалуйста, немного фруктов.
— Слушаюсь.
Отец пристально наблюдал за тем, как мне накладывали с большого блюда виноград и яблоки.
— …Отец, что-то не так?
— Нет… Слышал, тебе нездоровилось. Если аппетит ещё не вернулся, пожалуй, с тем делом будут трудности.
О каком это деле он говорил?
Отец отложил приборы, посмотрел на нас и медленно произнёс:
— Было ниспослано пророчество.
От этих слов мачеха с дочерью удивлённо звякнули приборами.
Я же во все глаза уставилась на невозмутимое лицо отца.
Так вот оно что, это случилось в нынешнем году. В храме сошло пророчество бога-творца Демиура.
— Дорогой, и о чём же говорилось в пророчестве?
— О том, что явится Святая.
— Святая… Та самая легендарная дева, что заключит завет с Богиней Света!
Отец кивнул на слова Джанет.
А я уже знала, что он скажет дальше.
— Через три года Святая должна появиться в Королевской академии. В связи с этим все благородные девицы, которым через три года предстоит туда поступить, должны явиться в королевский дворец на аудиенцию к Его Величеству королю.
— Через три года, значит…
— Я подхожу по возрасту! Я смогу отправиться в королевский дворец!
Лицо Джанет просияло так, словно она сама уже стала Святой.
Надо же, какая наглость, учитывая, что она была ещё большей злодейкой, которая изводила злодейку Оливию. Я даже невольно восхитилась её бесцеремонностью.
— Да. …Оливия. И ты тоже.
После слов отца в столовой повисла мёртвая тишина.
Взгляды моей непутёвой семейки разом обратились ко мне.
— Я…
— Сестрице это не по силам!
— перебив меня, со злорадной улыбкой заявила Джанет.
— Она так осунулась, что во дворце непременно поползут слухи, будто дочь маркиза тяжело больна. Да и показываться перед Его Величеством королём в таком виде просто невежливо.
Точно. В первой жизни Джанет сказала мне слово в слово то же самое.
Тогда я промолчала, не став возражать, а отец вроде бы согласился с мнением Джанет, бросив: «Незачем себя принуждать».
Разумеется, никакая я не Святая, так что и делать мне в королевском дворце было нечего. И желанием увидеть Его Величество я не горела. Более того, к членам королевской семьи, с которыми меня свела судьба в первой жизни, мне даже приближаться…
«…Постойте-ка. Кажется, в день аудиенции что-то произошло, разве нет?»
Сама я туда не ездила, но разве в королевском дворце не случилось тогда важнейшее историческое происшествие?
Происшествие. Да, именно так. В день аудиенции погиб один из членов королевской семьи. Ребёнок одного со мной возраста…
«Точно! Отравят Его Высочество первого принца!»
Я вспомнила. В день аудиенции в резиденции наследного принца кто-то отравил первого принца, сына покойной королевы.
После этого наследным принцем стал второй принц — первенец нынешней королевы, — а я впоследствии стала его невестой.
Быть может, если первый принц, нынешний наследник престола, не умрёт, сценарий игры изменится, и это повлияет на мою собственную судьбу.
— Отец!
Сомнений не осталось.
Не робея перед холодным, лишённым любви взглядом отца, я посмотрела ему прямо в глаза.
— Я тоже отправлюсь в королевский дворец.
— Подумать только! И что ты такое говоришь!
— Сестрица, может, сперва в зеркало посмотришься? В таком виде ехать во дворец просто…
— Отказаться от вызова из королевского дворца — вот что поистине непочтительно.
Услышав слово «непочтительно», мачеха и сводная сестра недовольно поморщились, но прикусили языки.
— Если я приведу себя в порядок, дабы не проявить неуважения, вы возьмёте меня с собой?
Я задала этот вопрос, не отводя взгляда от отца. Его холодные как лёд глаза прищурились, и он ответил:
— Хорошо.
— Благодарю вас, отец.
На лицах мачехи и сводной сестры заиграли насмешливые улыбки — мол, ничего у тебя не выйдет, — но я была уверена в себе.
Во мне ликовала консультант по красоте из прошлой жизни, занявшая первое место по продажам во всей стране и получившая награду от самого президента компании.
«Руки так и чешутся взяться за дело!»
◆
Три дня спустя, в день аудиенции.
Уложив волосы, собственноручно нанеся макияж и облачившись в спешно сшитое для аудиенции платье, я направилась в вестибюль главного особняка.
Когда я, неспешно стуча каблуками, вышла к семье, не только мачеха со сводной сестрой, но даже отец застыли от изумления.
— Неправда, такого… просто не может быть!
Глядя на дрожащую от негодования сводную сестру, я окончательно убедилась, что заслужила право поехать в королевский дворец, и одарила её истинно злодейской улыбкой.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…