Глава 30. Это парень твоего брата
Прошлой ночью вернулись поздно, времени на тренировку не осталось, поэтому на следующее утро Хэ Исюнь сбегал на пару кругов. Вернувшись, застал Сюй Пэя всё ещё сопящим в постели.
Проходя мимо дивана, он увидел, что некто спит, свернувшись калачиком, одеяло зажато между ног, одна нога согнута и торчит наружу, пижамные штаны сползли, обнажив бледную лодыжку.
Такая худая, что, кажется, можно обхватить одной рукой.
Сразу видно — хлипкий, без тренировки.
Если, Хэ Исюнь подчёркивает, если, когда дело закончится, а Сюй Пэй ещё не уедет, он возьмёт его с собой на пробежку. Научным сотрудникам тоже не помешает укрепить физическую форму.
— Вставай, профессор Сюй.
Похороны Ло Эня были открыты для публики. Когда Хэ Исюнь привёз Сюй Пэя, утренний туман ещё не рассеялся, а у ворот поместья уже выстроилась длинная очередь.
Чёрная вереница растянулась на несколько километров. В руках у каждого горожанина — белая хризантема, все молча ждут, когда можно будет войти. В толпе — и просто одетые обыватели, и военные в форме, и люди с татуировками на лицах, похожие на бывших зэков. Все молчат, на лицах — скорбь или почтение, в воздухе витает лёгкий аромат цветов и запах слёз.
Какими бы правдоподобными ни были теории заговора в жёлтой прессе, им не сравниться с тем местом, которое занимал Верховный судья в сердцах людей.
Охранники остановили машину Хэ Исюня и пропустили только после проверки личности. Вдоль каменной дороги к главному зданию тянулась траурная процессия.
Привилегии существуют в любом мире. Обычным горожанам приходилось продвигаться по очереди, а Сюй Пэй вместе с Хэ Исюнем мог пройти прямо в траурный зал и возложить цветы к гробу Ло Эня раньше остальных.
Разумеется, они не задержались надолго. Символически поклонились три раза — церемония заняла всего несколько секунд.
В зоне для родственников стояли всего три человека. Линь Мэй была не в своём фирменном розовом, а в чёрном траурном платье, вуаль закрывала половину лица, сама она походила на безмолвную статую.
Рядом с ней — молодой мужчина лет двадцати пяти, с чуть вьющимися волосами и веснушками на лице. Его жизнерадостный вид не очень вязался с траурной обстановкой.
За ними стояла пожилая женщина с идеально убранными волосами. Судя по грубым рукам и деловитому виду — экономка поместья.
— Брат Исюнь!
Не дожидаясь, пока Хэ Исюнь подойдёт ближе, молодой человек не удержался и окликнул его, привлекая внимание стоящих в очереди горожан.
Линь Мэй тихо сделала ему замечание, и парню пришлось сдержать восторг. Только когда Хэ Исюнь подошёл вплотную, он сказал:
— Давно не виделись!
— Давно не виделись.
— Хэ Исюнь оглядел его с ног до головы.
— Ты подрос.
Сюй Пэй видел этого человека, когда читал биографию Ло Эня, и знал, что это его внук, Ло Ю. Он прикинул на глаз: Ло Ю чуть выше его, примерно метр восемьдесят, но лицо — совсем маленькое, с ладошку. Это совсем не походило на круглую физиономию Ло Эня — видимо, пошёл в отца. Выглядел он по-юношески свежо.
— Всё равно не выше тебя.
— Ло Ю привстал на цыпочки, сдался в попытке сравниться ростом с Хэ Исюнем и перевёл взгляд на Сюй Пэя.
— А это?
— Сюй Пэй, профессор Сюй.
— Хэ Исюнь представил его, затем слегка наклонил голову и шёпотом объяснил Сюй Пэю, кто такой Ло Ю.
— А вы профессор чего?
— с любопытством спросил Ло Ю.
Сюй Пэй ответил кратко:
— Связано с биологией.
Ло Ю медленно закивал, переводя взгляд с одного на другого:
— А почему профессор биологии тусуется с братом Исюнем?
Это долгая история, и не Сюй Пэю её объяснять. Хэ Исюнь ответил:
— Коллеги.
— А почему профессор биологии — коллега брата Исюня? Вы изучаете отпечатки пальцев, радужку и всё такое? А зачем брат Исюнь привёл коллегу на похороны моего деда?
Ну и дотошный же молодой человек, не хуже Хэ Исюня — так просто не проведёшь.
Видимо, не желая, чтобы Ло Ю без умолку болтал в таком торжественном месте, Линь Мэй тихо произнесла:
— Это парень твоего брата.
— А?
— вырвалось у Ло Ю, привлекая ещё больше взглядов. Он виновато прикрыл рот обеими руками и, когда все отвернулись, с недоверием спросил: — Брат Исюнь умеет встречаться?
Сюй Пэй мысленно фыркнул: о чём ты вообще? Видел когда-нибудь, чтобы робот влюблялся?
Хэ Исюнь тоже отрицательно покачал головой:
— Нет.
Линь Мэй очень тихо хмыкнула:
— Вы живёте вместе?
Сюй Пэй: .
Похоже, эта мамаша уже навела о нём справки.
Впрочем, ничего не поделаешь — кто ж виноват, что у него нет удостоверения личности и он не может жить в гостинице?
Хэ Исюнь, похоже, тоже понял, что объясняться бесполезно, и решил сменить тему, спросив Ло Ю:
— Когда возвращаешься?
— Сначала разберусь с наследством деда.
— Ло Ю договорил, прищурился и нахмурился, изображая предательство.
— Так ты всё-таки встречаешься.
— Я же сказал, нет.
— Хэ Исюнь выдохнул.
— Он просто поживёт у меня.
— А почему, когда я приезжал в гости и просился пожить у тебя, ты не соглашался?
— У тебя свой дом есть, зачем тебе мой?
— Я не хотел жить с дедом!
— Он уже умер. Изволь уважать.
Ло Ю скрестил руки на груди и возмутился:
— Такое важное дело, как отношения, ты мне даже не рассказал. Ты вообще не считаешь меня другом.
— Вы двое.
— За вуалью на лбу, казалось, вздулась вена. Линь Мэй, не разжимая губ, процедила сквозь зубы: — Посмотрите, где вы находитесь.
Ло Ю слушался Линь Мэй беспрекословно — отвернулся и замолчал. Хэ Исюнь наконец улучил момент и обратился к Линь Мэй:
— Мне нужно тебя кое о чём спросить.
В отличие от разговора с Ло Ю, тон у него был официальный, будто он допрашивает.
Услышав это, взгляд Линь Мэй потяжелел. Похоже, она уже догадалась, о чём он спросит, и направилась в глубь коридора.
Тяжёлая дубовая дверь кабинета бесшумно закрылась за ними, отрезая весь внешний мир. Тёмный пол блестел, отражая утренний свет, кожаный диван пах лёгким воском, на стене во всю высоту — книжный шкаф, где золотое тиснение корешков то вспыхивало, то гасло в зависимости от угла зрения.
Линь Мэй подошла к панорамному окну, приоткрыла створку, достала пачку сигарет и закурила:
— Что ты хотел спросить?
— Кто убил Сы Лэй.
Вопрос Хэ Исюня был слишком прямолинейным, и Сюй Пэй невольно подумал: и что, эта Линь Мэй им расскажет?
Так и вышло — Линь Мэй усмехнулась, стряхнула пепел в оконную раму:
— Откуда мне знать.
Хэ Исюнь не поверил и переспросил:
— Ты не знаешь, кто убил Сы Лэй?
Линь Мэй ответила вопросом на вопрос:
— С чего ты взял, что я знаю?
— Значит, ты знаешь, кто такая Сы Лэй.
Что ни говори, а Хэ Исюнь не зря столько лет проработал в полиции — выуживать информацию он умеет.
Если бы Линь Мэй не была причастна, она бы спросила «а кто такая Сы Лэй?».
Впрочем, судя по её невозмутимому виду, она и не особо скрывала это — этакое «ну знаю, и что с того?».
Она упёрла одну руку в бок, поддерживая локоть другой, и лениво затянулась:
— Слышала, ты расследуешь дело Чжэнь Ли. Как успехи?
Это уже откровенный вызов.
Сюй Пэю очень хотелось сказать: ты слишком явно себя выдаёшь, что, так уверена, что за двадцать лет ничего не раскопают?
Но он лишь подумал — учитывая, что из-за Ма Цзина он уже один раз насолил Линь Мэй, связываться с ней снова он не рискнёт.
— Мы съездили на место преступления и нашли кое-какие новые улики, — сказал Хэ Исюнь.
Линь Мэй замерла с сигаретой:
— Новые улики?
Она, видимо, хорошо знала, на что способен Хэ Исюнь — расслабленное выражение лица вмиг сменилось настороженностью. Это ещё больше укрепило Сюй Пэя в мысли, что Линь Мэй знает подноготную дела Чжэнь Ли.
— Журнальный столик в доме Чжэнь Ли передвинули, чтобы подвесить труп Сы Лэй к вентилятору.
— Хэ Исюнь сказал лишь это и замолчал, наблюдая за реакцией Линь Мэй.
Та нетерпеливо поторопила:
— И что?
Хэ Исюнь откинулся на спинку дивана и не спеша продолжил:
— Столик очень тяжёлый, но на полу нет ни одной царапины. Значит, убийца не тащил его, а поднимал.
— Но столик очень широкий — с какой стороны ни встань, неудобно прилагать усилие. И не похоже, чтобы его можно было поднять в одиночку.
— Так как же убийца передвинул столик?
— Отбросив все неправдоподобные варианты, остаётся только один: убийца был не один.
Уголок глаза Линь Мэй едва заметно дёрнулся, ярко-красная помада на губах заметно напряглась.
— Думаю, Ло Энь сначала попросил знакомого с Чжэнь Ли учёного выманить того на встречу, а затем отправил двух человек в дом Чжэнь Ли убить Сы Лэй. Это не под силу одному человеку — за этим стоит огромная организация, и эта организация — «Чжицзиньхуэй».
Хотя оставался ещё нерешённый вопрос с замком на двери, но в целом картина преступления складывалась именно такая.
Линь Мэй поджала губы, чёрная вуаль отбрасывала тень на лицо. Она отвернулась к окну, затянулась в последний раз и затушила окурок о внешнюю раму:
— Какие у тебя доказательства? Даже если твои рассуждения верны, ну да, Сы Лэй убили люди «Чжицзиньхуэй», — с какими доказательствами ты собираешься пересматривать дело Чжэнь Ли?
Каблуки звонко застучали по деревянному полу. Линь Мэй, чуть задрав подбородок, снова обрела невозмутимый вид, медленно подошла к Хэ Исюню:
— Не занимайся бессмысленным делом.
Бросив эту фразу, она вышла из кабинета.
— Похоже, так и есть.
— Сюй Пэй расстроенно вздохнул.
— Это действительно «Чжицзиньхуэй», но мы ничего не можем с ними сделать.
Двадцать лет прошло, никаких улик не осталось. Даже если они вдвоём полностью восстановят картину тех событий, голыми словами дело Чжэнь Ли не пересмотреть.
— Сначала найдём того журналиста, — сказал Хэ Исюнь.
Вообще-то свидетелями тогда были не только журналист, но и полицейские, но учитывая, что Шао Хуэй мог предупредить их или наложить запрет на разглашение, они решили начать с журналиста.
Когда они вышли из траурного зала, утренний туман уже рассеялся под лучами солнца, а чёрная процессия всё ещё тянулась до самого горизонта.
Хэ Исюнь и Сюй Пэй направились к парковке, но по дороге наткнулись на Хэ Маоху в чёрном костюме и женщину со скромным макияжем.
В последнее время в новостях много писали о Хэ Маоху.
Одни говорили, как он глубоко любит Линь Мэй, что даже сменил имя с Хэ Ху на Хэ Маоху, лишь бы её дело процветало. И даже когда позже у него родился Хэ Цзюнь от другой женщины, он так и не оформил с той брак.
Другие писали, что Хэ Маоху не женился на матери Хэ Цзюня, потому что она была домработницей в его семье, и он считал, что она не пара ему.
А ещё были сплетни, что после гибели Хэ Цзюня Хэ Маоху всё-таки расписался с той женщиной — мол, разочаровался в мирском и решил официально уйти из криминала.
Где правда, где ложь — Сюй Пэй воспринимал это как истории.
Но, если он не ошибался, женщина рядом с Хэ Маоху и есть мать Хэ Цзюня.
— И ты пришёл.
— Увидев Хэ Исюня, Хэ Маоху остановился и спросил: — Я слышал, Цянь Куан умер от приступа астмы, так?
Помнится, при прошлой встрече в порту он вёл себя так, будто больше никогда не желает видеть Хэ Исюня, а теперь, похоже, уже немного отошёл от боли утраты сына.
— Да.
— Хэ Исюнь ответил и пошёл дальше.
— Погоди.
— Хэ Маоху прямо окликнул его.
— В его смерти нет ничего подозрительного?
Услышав это, Хэ Исюнь резко остановился:
— Нет.
Он осматривал место происшествия, ничего подозрительного не нашёл, но сам вопрос Хэ Маоху был подозрителен.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто предупреждаю: смерть Ло Эня может быть не такой уж простой.
Теперь уже Хэ Маоху ушёл, не дав Хэ Исюню возможности расспросить дальше.
— Разве Ло Энь не умер от сердечного приступа?
— нахмурился Сюй Пэй.
— Угу.
— Хэ Исюнь кивнул.
— Линь Мэй специально проводила вскрытие — именно сердечный приступ.
— Тогда почему Хэ Маоху…
Сюй Пэй не договорил — у Хэ Исюня зазвонил телефон. Звонил Чэнь Чжэнь из технической группы связи.
— Шеф Хэ, ты просил найти ту Чжу Минфэй?
— сказал Чэнь Чжэнь.
— Я нашёл, но угадай что — она пропала пару дней назад.
— Скинь мне её адрес.
Положив трубку, Хэ Исюнь сказал Сюй Пэю:
— Тот журналист пропал.
Сюй Пэй:
— Пропал?
В душе закралось нехорошее предчувствие:
— Неужели у неё и правда были доказательства, и её засекла Линь Мэй?
— Возможно.
— Хэ Исюнь кивнул.
— Линь Мэй так уверена, что мы не найдём улик, — а вдруг тот журналист уже мёртв.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Как перевод?
Оцените качество перевода этой новеллы.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…