Глава 1. Часть 2. Ссора на плацу и честь Стальной седьмой роты!
— Но разве наша Седьмая рота хоть раз пожаловалась вашему артдивизиону на трудности? Разве мы хоть полслова упрёка вам сказали? Наш прежний ротный, товарищ У Байли, погиб прямо во время атаки! Комбат Ян, ну скажи, мы хоть раз тебя в чём-то упрекнули? И ты, мать твою, до сих пор мелочишься из-за того, кому досталась награда за заслуги первой степени? Её наша Стальная седьмая рота выкупила жизнью прежнего ротного и жизнями наших боевых товарищей!
Оглушённый этим полным горечи и ярости криком, комбат Ян потерял дар речи. Он тяжело опустил голову, поджал губы и не смог выдавить из себя ни слова.
На всей площади воцарилась мёртвая тишина, лишь осенний ветер шелестел листвой, словно скорбя по героически павшим бойцам.
Красноглазый Чжан Сяошань, видя, что комбат Ян молчит, резко развернулся к стоявшим позади бойцам Стальной седьмой роты и громко скомандовал:
— Рота, смирно!
Раздался слитный удар каблуков, и все бойцы Стальной седьмой роты с покрасневшими глазами в едином порыве вытянулись по стойке смирно.
Хриплый голос Чжан Сяошаня взметнулся ещё выше, разносясь по всей площади:
— Братцы Седьмой роты! Перед лицом отборных частей врага, стоящих насмерть, перед лицом вооружённых до зубов вражеских бункеров и укреплений, если вам прикажут идти на штурм — испугаетесь?!
— Не испугаемся! Не испугаемся! Не испугаемся!
Яростный рёв всей Стальной седьмой роты громом разорвался над площадью, да так, что у всех вокруг зазвенело в ушах.
— Без артиллерийского прикрытия, под градом пуль и перекрёстным огнём рвануть вперёд — осмелитесь?!
— Осмелимся! Осмелимся! Осмелимся!
— Когда рядом один за другим падают боевые товарищи — отступите хоть на полшага?!
— Не отступим! Не отступим! Не отступим!
Каждый этот клич давил на стоявших напротив артиллеристов так, что те не смели поднять голов — от их недавнего задора и желания спорить не осталось и следа.
Чжан Сяошань снова перевёл взгляд на комбата Яна.
— В нашей Седьмой прорывной роте у каждого есть отец и мать. Но мы — Стальная седьмая рота, ударное остриё Девятой армейской группы. Твёрдые кости, которые другим не по зубам, разгрызаем мы. Линии обороны, которые другие не могут прорвать, разрываем мы. Мы — Стальная седьмая рота, и если командующий поставил перед нами задачу, мы положим всех бойцов Стальной седьмой до единого, но вгрызёмся и разорвём вражескую оборону. Ту брешь у Чэньгуаньчжуана наша Седьмая рота пробила собственной кровью. И награда за заслуги первой степени принадлежит нам по праву. Всем слушать! Кто мы?!
— Стальная седьмая рота! Стальная седьмая рота! Стальная седьмая рота!..
Бойцы Стальной седьмой роты словно обезумели: горячая кровь ударила им в головы, и, вспоминая павших товарищей, с которыми они сражались плечом к плечу, они со слезами на глазах во всё горло кричали имя своей роты!
И в то самое мгновение, когда этот гул начал стихать, издалека донёсся резкий властный окрик:
— Всем смирно!
Все машинально вытянулись в струнку, и площадь погрузилась в безмолвие.
Широким шагом к ним направлялся комдив с суровым лицом. А следом за комдивом шёл не кто иной, как командующий Девятой армейской группой Сун.
У Цяньли внутренне напрягся, быстрым шагом вышел вперёд и отдал воинское приветствие:
— Товарищ командующий! Докладывает командир Седьмой прорывной роты У Цяньли!
Командующий Сун с улыбкой посмотрел на него и одобрительно кивнул:
— У Цяньли, я тебя знаю, герой боёв Девятой армейской группы. Ваша Седьмая прорывная рота гремит на всю армию.
Командующий Сун перевёл взгляд на Чжан Сяошаня, который только что держал речь:
— Кто сейчас произнёс эти слова?
Чжан Сяошань слегка напрягся и сделал шаг вперёд:
— Докладываю товарищу командующему: командир разведвзвода Седьмой прорывной роты Чжан Сяошань.
Сун Шилунь сделал два шага вперёд, остановил взгляд на Чжан Сяошане, с одобрением на лице протянул руку и крепко похлопал его по плечу:
— Чжан Сяошань, а ведь я помню тебя, чертёнок. Вступил в армию в 1947 году при освобождении Имэна! 8 января 1949 года, в самый решающий момент битвы при Чэньгуаньчжуане, когда нигде не могли отыскать следов Ду Юймина, именно ты вместе с одним из бойцов Стальной седьмой роты пробрался во вражеский тыл и лично взял Ду Юймина живым. Тогда ты был ещё простым рядовым Седьмой роты. За этот великий подвиг — пленение вражеского полководца — командование группы записало на твой счёт заслугу особой степени, а после боя тебя в порядке исключения сразу повысили до командира разведвзвода Стальной седьмой роты.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…