Глава 21. Часть 2. Сначала бей младших
— Ой-ой, это же та самая дурочка из семьи Гу? Её же в Цзяпигоу замуж отдали, обряд «смывания беды» проводить, чего это она вдруг вернулась?
— Эй, вы потише, что ли. Не слышали разве, что она теперь поправилась? Да не просто поправилась — говорят, свекрови своей ногу сломала.
— Да врёте вы всё. Она же девчонка, как она могла свекровь побить? Думаете, те сиднем сидели?
— Вот-вот. Эта дурочка раньше и говорить-то не умела, ходила еле-еле, ростом ниже моей дочки. Ещё вопрос, сможет ли мотыгу поднять, а туда же — людей бить!
Да и потом, если б она и правда свекрови ногу сломала, разве дали бы ей так спокойно домой вернуться? Давно бы к Гу скандалить пришли.
— Эй, да вы не сомневайтесь, я своими ушами слышала, как жена второго Чжана рассказывала. Она же сама из Цзяпигоу, вчера в родной дом наведывалась, а как вернулась — при мне и говорила.
Не верите — спросите вторую дочку Гу. Они с этим пареньком, Пинъанем, с самого утра в Цзяпигоу за этой дурочкой пошли, они всё знают.
Гу Суйсуй их разговоров не слышала, но догадаться могла — ясно, что судачат о ней.
В этот момент из деревни выбежали трое-четверо ребятишек лет восьми-девяти, а за ними ещё двое-трое лет пяти-шести. Кто голышом, кто в одних трусах — увидев Гу Суйсуй, они заорали:
— Дурочка из семьи Гу вернулась! Дурочка из семьи Гу вернулась! Гу Сяобао, твоя дурочка-сестра пришла, зови её скорей — пусть нас на спине покатает!
Гу Суйсуй разглядывала ребятню. Один мальчуган показался ей знакомым. Она как раз приглядывалась, когда этот мальчик пнул соседнего пацана:
— Не болтайте ерунды, никакая она мне не сестра, она дурочка. Но если хотите, чтобы она вас покатала, — пожалуйста. Только потом в игру в мокрый песок меня обязательно берите, мамка говорит, у меня лучше всех получается.
— Ладно, если она нас покатает — возьмём.
Гу Сяобао, услышав, что приятели согласны, тут же, как и раньше, подбежал к Гу Суйсуй и пнул её по ноге.
— Дурочка, быстро нагибайся, будешь нас катать!
Гу Суйсуй опустила взгляд на перепачканного Гу Сяобао, который сразу полез драться. Она отшатнулась, уворачиваясь от его ноги, и, не ограничившись этим, схватила его за волосы и подняла в воздух.
— Ах ты, паршивец, так это ты раньше всё Гу Суйсуй задирал? Я с тобой ещё не разобралась, а ты сам ко мне явился.
Гу Сяобао взвыл от боли — волосы тянули нещадно, — и, болтаясь в воздухе, начал молотить руками и ногами.
— Ай, отпусти меня... Дрянь ты этакая, быстро отпусти, а не то мамка тебя до смерти забьёт, за лентяя замуж продаст, будешь у него по восемь раз на дню битой ходить...
— Шлёп!
— Ай... Дрянь, отпусти меня!
— Шлёп! Шлёп!
— Ай... Мама... У-у-у... Мама...
— Шлёп! Шлёп! Шлёп! Шлёп!
Гу Суйсуй одной рукой держала Гу Сяобао, а другой, подобранной с земли ивовой веткой, хлестала его по заднице.
Гу Сяобао как раз был из тех, кто бегал голышом, — на его чумазой попе после двух-трёх ударов уже проступили одна за другой красные полосы.
Гу Суйсуй стегала его, приговаривая, а сама поглядывала на остальных детей.
— Будешь ещё надо мной измываться, еду мою отбирать, камнями швыряться, катать тебя на спине, жуков мне в рот пихать...
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…