Глава 47. Деревня Хуанэргоу (21)
Голос той женщины вызывал ощущение резкого диссонанса: звучал он совсем молодо, но, долетая до ушей Цзинь Бухуаня, почему-то казался голосом невероятно древней старухи.
То, что она напевала, походило не то на слова песни, не то на какое-то заклинание. Цзинь Бухуань не понимал смысла, он знал лишь одно: едва этот звук коснулся его барабанных перепонок, как весь таившийся в теле страх словно разом пробудился.
С появлением женского пения краснота в глазах Цзинь Бухуаня стремительно сгустилась, начав даже застилать ему зрение.
Он крепко сжимал блокнот, не разжимая пальцев, поскольку понимал, что пути назад у него уже нет.
Чтобы справиться с этой тенью, его одного точно не хватит, ведь его способность могла лишь связывать, да и то на ограниченное время.
Ему нужно было запереть противника в блокноте и временно лишить его сил — только тогда пленённые тени остальных вернулись бы в свои тела, и лишь когда Сюй Ян с Ван Жуй очнутся, у них появится шанс покончить с этой тварью.
Возможно, из-за того, что чёрная тень перед этим поочерёдно расправилась с Сюй Яном и Ван Жуй, насильно применив способность заключившего с ней контракт призрака, у неё возникли проблемы. Сейчас, используя силу женщины-призрака, противник одновременно изо всех сил сопротивлялся её вторжению, отчаянно пытаясь удержать равновесие между ясным рассудком и безумием.
В этой двойной борьбе чёрная тень выбивалась из сил. Она больше не могла удерживать внутри себя поглощённые тени, и ей оставалось лишь позволить им одной за другой отделяться от её тела и затягиваться в блокнот.
Вскоре из блокнота донёсся голос Ли Цинхуань. Она сообщила, что в зале особняка появилось множество людей — они стояли плотной толпой, их число продолжало расти, и места тут попросту не хватало. Цзинь Бухуань вспомнил ту фотографию с жителями Внутренней деревни и тут же ответил ей:
— Можешь выпустить всех деревенских наружу.
Ли Цинхуань окинула взглядом полную комнату бледных, мрачных и совершенно безэмоциональных людей и с досадой произнесла:
— И как мне понять, кто тут деревенский, а кто нет?
Цзинь Бухуань ответил:
— У того, кого мне нужно запереть, на лице есть надписи, причём немало. Присмотрись повнимательнее: всех, у кого на лице нет иероглифов, просто вышвыривай вон!
Едва Цзинь Бухуань договорил, Ли Цинхуань тут же принялась расчищать помещение. Она одного за другим хватала стоявших в зале особняка людей, подтаскивала к двери для проверки и каждого, у кого на лице не оказывалось надписей, пинком отправляла наружу.
Поскольку иероглифы были написаны на весьма заметном месте, Ли Цинхуань управлялась быстро. Силуэты в особняке непрерывно прибывали и тут же убывали, постепенно придя к своеобразному равновесию. А затем новые люди перестали появляться вовсе, и с каждым выброшенным Ли Цинхуань человеком теней в зале становилось на одну меньше.
Снаружи Цзинь Бухуань пристально смотрел на свой блокнот, совершенно не тревожась: при такой скорости Ли Цинхуань очень скоро отыщет прячущегося среди них жителя Внутренней деревни.
Однако противник тоже прекрасно это понимал. Вот только, расправляясь с Сюй Яном и Ван Жуй, он дважды подряд прибегнул к силе связанной контрактом женщины-призрака и сам попал под её влияние, иначе сейчас, столкнувшись с Цзинь Бухуанем, не оказался бы в столь беспомощном положении.
Видя, что людей вокруг становится всё меньше, а пленённые им тени деревенских жителей одна за другой вылетают из комнаты стараниями Ли Цинхуань, он понимал: вероятность его разоблачения стремительно растёт.
Очень скоро ему будет негде спрятаться и некуда бежать.
Впрочем, по мере того как толпа вокруг редела, он кое-что заметил.
Стоявший посреди зала красный лакированный ящик.
От этого открытия он буквально остолбенел на месте.
Он предполагал, что Цзинь Бухуань спрячет этот ящик, но никак не ожидал, что тот укроет его здесь.
Пока он стоял в оцепенении, рядом раздался холодный девичий голос:
— Нашла тебя!
Он вздрогнул всем телом, а в следующий миг увидел, как стоявшая неподалёку у красного ящика женщина в белом платье с острым ножом в руке двинулась прямо на него.
Шлёп...
Шлёп...
Тихие звуки босых шагов Хань Чжаосюэ по полу отдавались в особняке невыносимым гнётом. Пойманная Цзинь Бухуанем в блокнот тень поняла, что её вычислили, и первым делом попыталась развернуться и броситься наутёк, но выход уже был перекрыт.
Глядя на Ли Цинхуань, которая стояла, прислонившись спиной к двери и засунув руки в карманы, тень ощутила, как в глубине её глаз поднимается безумие.
— Выпусти меня, иначе мы все тут подохнем!
Ли Цинхуань слегка кивнула подбородком в сторону подходившей сзади Хань Чжаосюэ:
— Вон, у неё спрашивай, здесь хозяйка не я.
Тень повернула голову, но встретилась лишь с абсолютно лишёнными всяких чувств глазами Хань Чжаосюэ и густой, концентрированной злобой!
Исходившее от Хань Чжаосюэ давление оказалось настолько мощным, что пленник наконец не выдержал и упустил две последние тени, представлявшие для него угрозу. В комнате появились Ван Жуй и Сюй Ян, и Ли Цинхуань, распахнув дверь, первым делом выпустила их наружу.
— Ладно, ладно, вы сами напросились!
Увидев, что тени Ван Жуй и Сюй Яна — двоих людей, опасных для него более всего, — оказались на свободе, он пришёл в неистовую ярость, мгновенно развернулся и стремительно бросился к стоявшему в зале красному лакированному ящику.
В то же мгновение, как он сорвался с места, Ли Цинхуань почувствовала неладное и крикнула Хань Чжаосюэ:
— Плохо дело, останови его!
Разум Хань Чжаосюэ, судя по всему, был затуманен, и она не разгадала замысел тени. Она решила, будто противник кинулся на неё, и лишь когда тот упал прямо перед красным лакированным ящиком, осознала всю серьёзность ситуации.
Хань Чжаосюэ взмахнула острым ножом и полоснула тень, а следом тут же подбежала Ли Цинхуань и со всей силы пнула противника прямо в лицо!
Получив удар ножом и следом пинок, тот отлетел в сторону, несколько раз перекувыркнувшись по полу. Девушки хотели было броситься вперёд и скрутить его, как вдруг позади них, из красного лакированного ящика, раздался звук.
Тук...
Тук-тук...
Внутри словно кто-то стучал в дверь.
И вместе с этим стуком весь особняк в одно мгновение окутала леденящая душу, жуткая аура. Тени деревенских жителей, до этого неподвижно стоявшие на своих местах, соприкоснувшись с ней, от инстинктивного ужаса разом забились в угол, мелко дрожа от страха.
Ли Цинхуань обернулась и увидела, что одна из двух защёлок на ящике уже откинута тенью...
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…