Глава 41. Часть 1. Деревня Хуанэргоу (15)
Вернувшись по знакомой дороге, они снова оказались у подворья бывшего старосты. По пути им не встретилось никакой опасности.
Однако, когда Цзинь Бухуань, пробиваясь сквозь ливень, перелез через ограду, его взгляд внезапно приковала дверь на первом этаже дома.
Сейчас она была распахнута наружу, и тёмный проём походил на разинутую гигантскую пасть, терпеливо поджидающую добычу в засаде.
Увидев это, Цзинь Бухуань мгновенно насторожился до предела.
Он отлично помнил, что, уходя вместе с фальшивой Ван Жуй, плотно прикрыл эту дверь.
Пусть она и не была заперта на замок, но какой бы сильный ветер ни дул во дворе, он мог лишь распахнуть её внутрь, но никак не наружу.
«Неужели Ван Жуй очнулась и вышла оттуда? Нет, в таком случае она бы хотя бы прикрыла за собой дверь, если только…»
В душе Цзинь Бухуаня шевельнулось дурное предчувствие.
Достав из-за пазухи блокнот, он осторожно подобрался к входу и сначала, прижавшись ухом к стене первого этажа, внимательно прислушался, не доносится ли изнутри каких-либо звуков. Убедившись, что в доме тихо, Цзинь Бухуань бесшумно шагнул внутрь.
Весь первый этаж тонул в непроглядной тьме.
Он привычно достал телефон. Заряда оставалось уже немного, но он всё же включил фонарик и тщательно осмотрелся.
На полу алели пятна крови.
Даже не просто пятна, а целая лужа.
Проследив за кровавым следом, Цзинь Бухуань добрался до той самой комнаты, откуда раньше доносился голос Ван Жуй.
Сейчас там царил полный разгром, словно кто-то устроил грубый обыск. Повсюду виднелись следы борьбы, а стены покрывали жуткие, пробирающие до дрожи борозды.
Обычный человек, даже вооружившись острым ножом, не смог бы оставить на стене такие отметины.
«Значит, после моего ухода сюда кто-то наведался. Ван Жуй очнулась, столкнулась с этим нечто и сбежала…»
Оценив обстановку, Цзинь Бухуань в общих чертах восстановил картину произошедшего. Затем он быстро поднялся на второй этаж и подошёл к чёрной кровати в спальне старосты.
«Хорошо, кровать цела…»
Он сдвинул постельное бельё. Под матрасом не оказалось ни механизма, ни какой-либо крышки тайника. Цзинь Бухуань легонько постучал по деревянному настилу кровати — звук вышел звонким, выдающим тонкую доску. Тогда он накрыл это место одеялом и со всей силы ударил сверху гаечным ключом.
Бам!
Раздался глухой стук, и доска треснула.
Большую часть звука поглотило одеяло, а то, что вырвалось за окно, потонуло в шуме дождя, так что далеко грохот не разнёсся.
Убрав гаечный ключ, Цзинь Бухуань медленно отодвинул проломленные доски, посветил телефоном в темнеющую нишу и действительно обнаружил там небольшой красный ящик.
То ли из-за слишком резкого света фонарика, то ли сама по себе, но красная краска на ящике выглядела крайне отталкивающе — казалось, дерево вымазали кровью, которая давно засохла. Цзинь Бухуань осторожно вытащил находку из-под кровати.
— И правда под кроватью… Ну и беспечен же был староста, раз спрятал его здесь. Если бы тот тип перевернул всю спальню вверх дном…
— пробормотала себе под нос Ли Цинхуань и вдруг заметила, что Цзинь Бухуань мрачно и неотрывно смотрит на ящик.
Она легонько пнула его по голени:
— Эй, о чём задумался?
Цзинь Бухуань мгновенно очнулся, и лицо его стало предельно серьёзным:
— Кажется, я упустил одну очень важную деталь.
— Какую ещё деталь?
— спросила Ли Цинхуань.
— Помнишь, я говорил, что фразу на последней странице учётной книги в деревенской лавке написал кто-то из Внутренней деревни?
— ответил Цзинь Бухуань.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…