Глава 4. Заставить Чжоу Лисяо написать гарантийное обязательство
Цзян Чжэньни вернулась в комнату, не спеша открыла чемодан и достала привезённое из дома постельное бельё.
Ей претили пожелтевшие от стирок белые простыни в гостевом доме, а ещё стена у кровати — во многих местах с неё осыпалась штукатурка.
Сев на застеленную кровать, она смотрела на осыпающуюся стену и прикидывала, не стоит ли попросить Чжоу Лисяо раздобыть газет и заклеить это место.
С такой стеной она даже спать будет бояться — вдруг штукатурка упадёт прямо на кровать.
Цзян Минъюэ пришла в светло-зелёном платье, волосы распустила, на макушке белая заколка — видно, принарядилась.
Цзян Чжэньни скользнула по ней взглядом и снова уставилась на осыпающуюся стену.
Цзян Минъюэ, заложив руки за спину, покрутилась перед ней, потом посмотрела на чемодан Цзян Чжэньни и с лёгкой завистью проговорила:
— Крёстная так хорошо к тебе относится — собрала такой большой чемодан, столько одежды положила.
Цзян Чжэньни обернулась и спокойно посмотрела на неё:
— Правда?
Цзян Минъюэ кивнула:
— Ну да. Вот у меня чемодан и трети твоего не будет, одежды всего несколько комплектов…
Она не успела договорить — Цзян Чжэньни встала и направилась к выходу.
Цзян Минъюэ поспешила за ней:
— Ты куда?
Цзян Чжэньни молча дошла до двери комнаты Цзян Минъюэ, пнула дверь ногой и вошла.
Цзян Минъюэ не успела опомниться.
Цзян Чжэньни уже подскочила к раскрытому на полу чемодану, схватила его и хорошенько встряхнула — выпала маленькая жемчужно-белая сумочка.
Цзян Минъюэ рванулась отобрать, но Цзян Чжэньни оказалась проворнее — перехватила сумочку, дёрнула молнию и вытащила пачку денег и талонов. С насмешкой глядя на Цзян Минъюэ:
— Мама собрала мне чемодан одежды, а все домашние деньги и продовольственные талоны отдала тебе. Ты правда думала, я не знаю?
Цзян Минъюэ побледнела:
— Крёстная боялась, что ты будешь зря тратить деньги, поэтому и не дала тебе… Ты что делаешь?!
Она вскрикнула, глядя, как Цзян Чжэньни забирает все десятиюаневые купюры, а следом и большую часть продовольственных талонов.
— Цзян Чжэньни, это мои вещи!
Цзян Чжэньни и ухом не повела — швырнула ей в лицо оставшуюся мелочь и несколько талонов:
— Я же говорила: не лезь ко мне — так нет, не слушаешь!
Забрав деньги и талоны, она ушла довольная, но на душе было тяжело, хотелось плакать.
Ведь это её родные родители, но с тех пор как появилась Цзян Минъюэ, всё изменилось.
Она не хотела выходить замуж — родители заставили.
Она не хотела ехать на край света терпеть лишения — уложила в чемодан всё, что можно было взять, а мать отчитала её: избаловалась, ни малейших лишений вынести не может.
А Цзян Минъюэ с показной скромностью заявила, что едет трудовой закалки ради, а не удовольствий, потому и берёт с собой только самое необходимое.
Мать тут же растрогалась до слёз и засунула Цзян Минъюэ все домашние деньги и талоны.
Цзян Чжэньни моргнула, изо всех сил задавив и тяжесть в груди, и слёзы.
Она потрясла в руке деньги и талоны. Сюжет книги ей не изменить, но она может хорошо относиться к себе сама.
Подняв глаза, она увидела Чжоу Лисяо — тот стоял неподалёку, заложив руки за спину, и спокойно смотрел на неё.
Цзян Чжэньни кое-как засунула деньги в карман юбки, часто заморгала, сдерживая подступившие слёзы, и с невозмутимым видом направилась к Чжоу Лисяо.
Чжоу Лисяо, как комбат Батальона спецназа, обладал не только недюжинной наблюдательностью, но и отличным зрением.
Ещё издалека заметил, что Цзян Чжэньни хмурится и злится.
Когда она подошла ближе, сразу увидел в её красивых глазах влажный блеск, а уголки глаз чуть покраснели.
Чжоу Лисяо приподнял бровь:
— Плакала?
Цзян Чжэньни бросила на него сердитый взгляд:
— Не плакала. У тебя дело?
Чжоу Лисяо расспрашивать не стал, сжал в руке за спиной заявление на регистрацию брака:
— Я собираюсь подавать заявление на регистрацию брака. Пришёл спросить твоё мнение. Если не возражаешь — сейчас же пойду к начальству за подписью и печатью.
Вообще-то комиссар Цзяо Голян уже был готов ставить подпись и печать.
Сейчас так все женятся: девушке достаточно привезти справку о проверке биографии — и, даже если видитесь впервые, брак считается делом решённым.
Не согласись она — до проверки биографии дело бы и не дошло.
Чжоу Лисяо остановил комиссара и решил лично спросить согласия Цзян Чжэньни — уважить её выбор.
Цзян Чжэньни опустила глаза и замолчала. Во сне её муж в конце концов полюбил Цзян Минъюэ, а ещё то холодное безразличие после свадьбы, та удушающая безысходность в миг смерти — от этих воспоминаний в груди снова заныло.
Раз уж судьбы замужества не изменить — значит, надо выторговать в этом браке всё самое выгодное для себя.
Нельзя, как во сне, прозябать в ледяном браке и умереть в муках и отчаянии.
Чжоу Лисяо не торопил, спокойно глядя на задумавшуюся, опустившую голову Цзян Чжэньни.
Подумав немного, Цзян Чжэньни подняла голову и посмотрела на Чжоу Лисяо ясными глазами:
— После свадьбы у тебя не будет проблем с поведением? Не влюбишься в какую-нибудь другую товарищку?
На лице Чжоу Лисяо впервые появилось потрясённое выражение. Он никак не ожидал, что Цзян Чжэньни, столько времени раздумывая, выдаст такой сногсшибательный вопрос.
Взгляд его потемнел, он в упор посмотрел на фарфорово-белое личико Цзян Чжэньни, посерьёзнел и с расстановкой произнёс:
— Не будет.
Цзян Чжэньни кивнула:
— Ладно, тогда женимся.
Чжоу Лисяо уже собрался протянуть ей заявление, чтобы она тоже взглянула.
Но Цзян Чжэньни снова неторопливо заговорила:
— Только ты должен написать мне гарантийное обязательство: если после свадьбы заглядишься на другую — развод. И тогда все твои деньги и талоны отходят мне, плюс выплатишь мне крупную компенсацию.
Чжоу Лисяо, глядя на серьёзное лицо Цзян Чжэньни, снова рассерженно усмехнулся.
Ещё и не женаты, а эта девушка только и твердит о том, как он будет крутить романы после свадьбы.
С чего она так уверена, что он непременно влюбится в кого-то другого?
Хотя, надо признать, девушка на вид мягкая, пухленькая, медлительная — вроде бы легко обидеть.
А ума-то палата, и о себе позаботиться умеет. Прямо как белый рисовый шарик: снаружи белый, а внутри чёрный.
Цзян Чжэньни поджала губы, глядя на чуть приподнятые уголки губ Чжоу Лисяо и его полунасмешливую улыбку, и добавила уже серьёзнее:
— Если не хочешь — не надо. Тогда помоги мне оформить справку, и я поеду обратно.
— Хочу! Сейчас пойду на совещание и там напишу, после окончания принесу. Идёт?
Чжоу Лисяо согласился мгновенно. Он заметил, что девушка перед ним не только хороша собой, но и занятна — с каждым разом всё интереснее.
Закончив, он взглянул на часы:
— Я пошёл. Жди меня.
Цзян Чжэньни, глядя на убегающую спину Чжоу Лисяо, немного успокоилась.
Чжоу Лисяо — военный. Раз подпишет гарантийное обязательство, деньги точно отдаст. А с деньгами она сможет лучше заботиться о себе! А кого он там любить будет — её это совершенно не касается!
Цзян Чжэньни осталась довольна, настроение поднялось, и к комнате она шла чуть ли не вприпрыжку.
Цзян Минъюэ сначала хотела выскочить и потребовать у Цзян Чжэньни деньги обратно, но, увидев во дворе Чжоу Лисяо, поспешно отступила.
Прильнув к окну, она смотрела, как эти двое стоят во дворе и о чём-то разговаривают.
Видно было только, как Чжоу Лисяо слегка склонился к Цзян Чжэньни и смотрит на неё, не отрываясь, пока говорит.
Она поняла: Чжоу Лисяо очень расположен к Цзян Чжэньни.
Цзян Минъюэ в бессильной злобе сжала кулаки, в глазах вспыхнула ненависть.
Цзян Чжэньни — пустышка, с чего ей такая удача?!
Она может, как в Сунани, сделать так, чтобы все считали Цзян Чжэньни ленивой, эгоистичной, распутной дурой!
И тогда все будут виться вокруг неё, вокруг Цзян Минъюэ!
……
На дневном партийно-воспитательном собрании полка.
Чжоу Лисяо не слышал ни слова — всё прикидывал, сколько у него денег.
Зарплату и довольствие за эти годы он не тратил, а когда ездил домой в отпуск, бабушка с дедушкой и родня ещё и красные конверты совали.
Выходит, немало накопилось.
Чжоу Лисяо вдруг опомнился: а он-то что считает? Будто уж точно после свадьбы провинится.
Отвинтил колпачок авторучки и размашисто вывел в центре листа: «Гарантийное обязательство».
Командир первого батальона Ма Чао, заглянув через плечо и увидев эти три слова, изумился.
В перерыве он тут же подскочил:
— Ты что, гарантийное писал? Нормативы не сдали? Командир полка наказал?
Чжоу Лисяо прикрыл рукой написанное, окинул Ма Чао взглядом:
— У тебя жены нет — всё равно не поймёшь.
Ма Чао: …
Впрочем, это напомнило Ма Чао об одном деле.
— Никак не пойму: у нас в полку холостяков — пруд пруди, и в военном округе тоже полно. Почему вы выбрали именно Чжоу? В вашей фамилии что, какой-то смысл заложен?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…