Глава 39. Схватив его за воротник, встала на цыпочки
Чжоу Лисяо и правда побежал, перепугав Цзян Чжэньни так, что она крепко обхватила его голову руками.
Хотелось завизжать, но она боялась всполошить весь жилой квартал семей военнослужащих.
Этот мужчина — он что, дикий буйвол? Откуда в нём столько звериной силы!
А когда он сходит с ума — становится ещё страшнее.
Чжоу Лисяо бежал с ней на плече легко и свободно. Дом-то был по соседству, но он нарочно обогнул полквартала, прежде чем вернуться.
Немало людей в квартале слышали их возню, кто-то из любопытства вышел взглянуть — и увидел, как Чжоу Лисяо бегает с женой на плече.
Муж Чэнь Цзин, Дун Цзяньго, тоже вышел посмотреть. Вернувшись в дом, он нахмурился и посмотрел на жену:
— Впредь не обсуждай во дворе жену комбата Чжоу.
Чэнь Цзин не сдавалась:
— Это почему? Она и правда такая — что, и слова сказать нельзя?
Дун Цзяньго рассердился:
— Что ты понимаешь? Какое тебе дело до того, какая она? Ты видела, как комбат Чжоу относится к жене. Думаешь, он от нечего делать таскает её на плече по кварталу, тренируя выносливость?
Чэнь Цзин фыркнула:
— А что ещё? Носит её на плече на людях — и не стыдно.
Сейчас супруги, выходя из дома, чаще идут друг за другом — кто же позволяет себе такую близость на людях? Засмеют ведь.
Дун Цзяньго покачал головой и уже совсем серьёзно наставил жену:
— Чжоу Лисяо никогда не был из тех, кто спустит обиду. Последние сплетни о его жене в квартале он наверняка все знает.
— Он делает это, чтобы показать всем: жену он защищает. Если снова поползут эти грязные разговоры — он может и не сдержаться.
Чэнь Цзин помолчала, потом нерешительно:
— Да ладно? Мы ведь ничего такого не говорили. Неужели комбат Чжоу из-за этого…
Дун Цзяньго холодно усмехнулся:
— Что значит «из-за этого»? Вы порочили доброе имя его жены! Всё, впредь держи язык за зубами и не навлекай на меня беду.
Чэнь Цзин замолчала, но в душе осталась недовольна.
Цзян Чжэньни — настоящая лиса! Умудрилась окрутить комбата Чжоу так, что он ради неё на всё готов.
Бедная сестра Минъюэ!
……
Чжоу Лисяо донёс Цзян Чжэньни до дома и только тогда опустил её на землю.
Едва ноги коснулись пола, Цзян Чжэньни бросилась колотить Чжоу Лисяо.
Но вспомнила, что у него кожа толстая — боли он не чувствует. Тогда она схватила его за воротник, встала на цыпочки и вцепилась зубами ему в шею сбоку.
На этот раз она не жалела — и отпустила только когда почувствовала во рту привкус крови.
Чжоу Лисяо глухо охнул, прикусил язык и позволил Цзян Чжэньни кусать себя.
Когда она наконец разжала зубы, он, улыбаясь, посмотрел на неё:
— Отлегло?
Цзян Чжэньни отступила на шаг и уставилась на Чжоу Лисяо:
— Псих! С чего ты среди ночи с ума посходил?
В лунном свете его улыбка сияла особенно ярко, отчего ей стало ещё злее. Она пнула его по голени и сердито ушла в дом.
Чжоу Лисяо с улыбкой смотрел ей вслед, потрогал укушенное место и присвистнул:
— Ну и зубки.
Потом, заложив руки за спину, подошёл к псу, что сидел в углу, и принялся его дразнить:
— Ты, главное, не бери пример с мамки, маленький неблагодарный.
Пёс радостно кружил вокруг Чжоу Лисяо, совершенно не понимая, о чём тот говорит.
……
Наутро Цзян Чжэньни встала — а Чжоу Лисяо сидит на корточках во дворе.
Без рубашки, моет голову полотенцем. Бронзовая кожа блестит на солнце.
Мышцы спины вздымаются и опадают, каждая линия дышит силой.
Цзян Чжэньни глянула раз — и не удержалась, глянула ещё. Покраснев, отвернулась:
— Ты… опять без рубашки.
Чжоу Лисяо откинул мокрые волосы, обернулся и, прищурившись, посмотрел на пунцовую Цзян Чжэньни:
— Чего покраснела?
Цзян Чжэньни не стала с ним связываться. Натянув серьёзное лицо, она взяла таз, налила воды и умылась как можно дальше от Чжоу Лисяо.
Пёс, виляя хвостом, крутился вокруг неё.
Чжоу Лисяо вытер волосы, натянул рубашку, поставил на маленький столик завтрак, принесённый из столовой, и стал ждать, когда Цзян Чжэньни подойдёт есть.
Цзян Чжэньни нехотя подошла и села. С первого взгляда заметила на шее Чжоу Лисяо след от зубов — чёткий, красный. Даже на его смуглой коже его было отлично видно.
Взгляд её замер, и она неловко проговорила:
— Ты… не мог бы надеть рубашку с высоким воротом, чтобы прикрыть?
Чжоу Лисяо провёл пальцем по следу, приподнял бровь и усмехнулся:
— Зачем прикрывать? Моя жена укусила — что тут постыдного?
— Ты…
Цзян Чжэньни было лень ругаться, она лишь сверкнула на него глазами.
Чжоу Лисяо улыбнулся, очистил яйцо и протянул ей:
— Ешь скорее. После завтрака отвезу тебя прогуляться.
Цзян Чжэньни удивилась:
— Ещё и выйдем? Ты сегодня не в часть?
— Не пойду. Я только вернулся с задания, у меня несколько дней отдыха. Плюс нам скоро жениться, так что отдохну подольше.
Объяснив, Чжоу Лисяо снова поторопил её:
— Сейчас поедем в молодёжное хозяйство.
Цзян Чжэньни опешила — она и не думала, что они поедут туда:
— А доктор Ши там будет?
Радость в глазах было не спрятать.
— Будет. Ешь скорее.
Чжоу Лисяо проговорил это, а про себя вздохнул: все мысли у неё на лице написаны, а она ещё крепится.
У Цзян Чжэньни мгновенно поднялось настроение. Она снова посмотрела на Чжоу Лисяо — и тот уже не казался таким невыносимым.
Чжоу Лисяо ел быстро. Закончив, посмотрел на Цзян Чжэньни, которая всё ещё медленно жевала:
— Ешь не спеша, я схожу в часть за машиной.
Дойдя до ворот, обернулся и наставительно добавил:
— Яйцо псу не давай — у него вес уже сверх нормы. А вот ты… на плече — вообще без веса.
С этими словами, под сердитый взгляд Цзян Чжэньни, он в отличном расположении духа убежал.
Чжоу Лисяо расписался в автопарке и уже собирался уезжать, когда его остановил Ли Яо из отдела агитации.
— А я как раз собирался в часть к тебе зайти. Местная санитарно-эпидемиологическая станция хочет вручить почётное знамя. Как думаешь, вписать туда имя твоей жены?
Чжоу Лисяо отказался наотрез:
— Не надо. И знамя не нужно.
Ли Яо кивнул:
— Ладно. Сейчас у нас совместная работа, в основном собирают типичные примеры. Если знамя примешь, потом наверняка придётся ходить на собрания, участвовать в разных мероприятиях — и правда, морока.
Чжоу Лисяо промолчал. Он думал не об этом — просто считал, что Цзян Чжэньни сейчас не стоит слишком светиться.
Закончив с делами, Ли Яо уставился на красный след на шее Чжоу Лисяо:
— Что с шеей?
Чжоу Лисяо невозмутимо:
— Комар укусил.
Ли Яо присвистнул:
— Видать, комариха. И немаленькая такая.
На душе у Чжоу Лисяо пели птицы, но лицо оставалось спокойным:
— Ладно, знаешь ведь — чего тогда выспрашиваешь.
Ли Яо с улыбкой покачал головой:
— Вчера вечером у вас шумно было. Теперь весь квартал знает: ты жену как сокровище бережёшь.
Чжоу Лисяо фыркнул:
— Какое там сокровище? Я её как предков почитаю. Ладно, мне пора за руль — опоздаю, она опять скандалить начнёт.
Ли Яо смотрел на удаляющуюся спину Чжоу Лисяо и покачивал головой, посмеиваясь. Этот бесстрашный живой демон — и попался в руки хрупкой девчонке.
Впрочем, Чжоу Лисяо, пожалуй, первый, кто так открыто признаёт, что боится жену.
Проезжая мимо штаба полка, Чжоу Лисяо снова встретил Чжоу Цзинчуаня.
Тот стоял у дороги, заложив руки за спину. Увидев машину, поманил его рукой…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…