Глава 1. Ритуал Испытания
С сухим стуком — тук, тук — деревянный меч покатился по земле.
В оцепенении я уставился на свои опустевшие руки.
Голос судьи, объявившего: «Достаточно!», казался странно далёким.
В этом поединке я обязан был победить.
Но я потерпел сокрушительное поражение. Всего одним ударом у меня выбили деревянный меч из рук.
Тринадцать лет — возраст совершеннолетия, когда ученики школы Гэнсо Итто-рю проходят Ритуал Испытания.
Моим противником был Воин драконьего клыка — мечник-скелет, созданный с помощью магии.
Он был отнюдь не слаб. Более того, даже регулярному солдату Империи или полноценному авантюристу пришлось бы несладко в бою с ним один на один. Для только что повзрослевших юношей и девушек такой противник попросту выходил за все разумные рамки.
Однако никто из присутствующих не ставил это под сомнение.
Для тех, кто изучает Гэнсо Итто-рю, победа над противником такого уровня считается само собой разумеющейся. И действительно, остальные семеро одержали верх.
Проиграл только я один.
Все усилия, которые я прикладывал ради сегодняшнего дня... Год за годом, с самого своего рождения я копил этот труд, и теперь всё пошло прахом.
Пока я безмолвно стоял, понурив голову, сверху раздался голос отца.
Тяжёлый, холодный и сухой.
— Сора.
— Д-да, отец!
— Род Мицуруги — это древний воинский дом, основанный триста лет назад Святым Меча, запечатавшим бога-демона. Гэнсо Итто-рю — сокрушающий зло меч, который наш предок создал, поставив на кон собственную жизнь. Клинок, защищающий мир людей и способный упокоить даже равных стихийному бедствию представителей Фантазматического вида — драконов, гигантов, богов-демонов. Именно поэтому государь возложил на наш дом великий долг по охране Врат демонов. Тебе ведь это известно?
— И-известно!
— Рождённый в доме Мицуруги обязан унаследовать меч предка. И на нём лежит ответственность передать этот меч следующему поколению. Тот, кто не способен исполнить эти две обязанности, не имеет права переступать порог нашего дома.
— О-отец...
— Ты не сумел пройти Ритуал Испытания, а значит, недостоин изучать Гэнсо Итто-рю. А тот, кто не овладел Гэнсо Итто-рю, не имеет права наследовать Род Мицуруги. С сегодняшнего дня я отрекаюсь от тебя и изгоняю из дома. Впредь я запрещаю тебе носить имя Мицуруги. До конца дня собери вещи, а завтра же покинь остров. Слабаки на этой земле не нужны.
Тон его был до того безразличным, что не верилось, будто он приговаривает к изгнанию родного сына.
На лице отца — семнадцатого Святого Меча Мицуруги Сикибу — не дрогнул ни один мускул, не отразилось ни тени сомнения. Он смотрел на меня так, словно видел перед собой придорожный камень.
Для отца, посвятившего всю свою жизнь клинку, человек без таланта к фехтованию, будь то даже собственный сын, был равен дорожной пыли.
...Я знал это.
С тех самых пор, как я себя помню, на меня всегда смотрели этим взглядом. Даже у самого бесчувственного ребёнка от такого проснётся проницательность.
Желая добиться признания отца, я непрерывно трудился.
Но в итоге мои надежды так и не сбылись.
Что бы я сейчас ни сказал, сердце отца не дрогнет. Даже если я разрыдаюсь, паду ниц и стану молить о пощаде — всё будет напрасно.
И касалось это не только отца. Взгляды стоявших вокруг учеников и выстроившихся по обе руки от него старших последователей были столь же ледяными.
Насмешка, презрение, жалость, равнодушие...
Всё было так, как только что сказал отец. Проклятие бога-демона, запечатанного Святым Меча, и поныне продолжает разъедать этот мир сквозь Врата демонов.
По этому острову бродят злые духи и магические звери такого уровня, с которыми не сравнятся твари с материка, и виной тому исключительно Врата демонов.
Люди прозвали это место Онигасимой.
Для тех, кто живёт в подобном месте, сама по себе слабость уже является грехом и злом.
Слабаки, способные лишь тянуть других на дно, должны поскорее убраться с острова — таково было единодушное мнение всех присутствующих.
Выбежав из додзё, точно спасаясь бегством, я сквозь слёзы собрал вещи в своей комнате.
А на следующее утро, когда солнце только показалось на востоке, я покинул дом. Точнее говоря, меня выставили вон.
— С сегодняшнего дня это моя комната. Давай-ка, проваливай отсюда поживее. Ах да, точно. С сегодняшнего дня я — законный наследник Мицуруги, а эта комната принадлежит мне. Всё по распоряжению отца.
Тем, кто произнёс это с кривой усмешкой на губах, был мой младший брат, Мицуруги Рагна.
Хоть он и звался младшим братом, у меня были чёрные волосы, а у него — золотые. Как нетрудно догадаться по внешним различиям, у нас были разные матери.
Нам обоим было по тринадцать лет. По иронии судьбы мы даже родились в один день.
В таланте к мечу первенство, вне всяких сомнений, принадлежало Рагне. Как и в телосложении, и в сообразительности.
Мать Рагны была дочерью великого аристократа Империи, поэтому с точки зрения родословной он тоже стоял выше, но лишь потому, что я родился от законной жены, положение наследника Рода Мицуруги досталось мне.
Я знал, что Рагне это совсем не нравилось. Да он и сам не пытался этого скрывать.
Вот и сейчас Рагна сверлил меня взглядом своих синих глаз, полных ненависти и презрения.
— Хм, наконец-то я избавлен от пытки называть братом такого бездаря, как ты. Сора, ты сын нашего отца, но до сих пор остаёшься недоучкой, не способным даже достичь Одеяния сердца. Позор Рода Мицуруги. Чтобы я больше никогда не видел твоей рожи. И не волнуйся, долг старшего сына я возьму на себя. А заодно приласкаю и твою невесту Аяку.
— Рагна, ты!..
— Ха-ха, судя по взгляду, ты готов в любой миг наброситься на меня с кулаками. Валяй, хочешь ударить — бей. Только учти, что я, разумеется, отвечу тем же. Не думай, что сможешь победить меня, если даже против какого-то Воина драконьего клыка ничего не сумел сделать. Пробуждение одеяния сердца!
В тот же миг, как он громко выкрикнул эти слова, в руке Рагны появился меч. Великолепный двуручный клинок, сияющий золотым светом.
В который раз я уже видел это сияние? И всякий раз оно заставляло меня сполна осознать колоссальную пропасть между мной и Рагной.
А всё потому, что этот меч, можно сказать, являлся вторым «я» самого Рагны.
Внутри каждого человека, в глубине его сердца и души, живёт ещё одно его воплощение. Его называют Единородной сущностью, Анимой.
Секретная техника Гэнсо Итто-рю заключалась в том, чтобы осознать эту Аниму, подчинить её себе и материализовать. Это называлось Одеянием сердца, и Рагна овладел этим тайным искусством всего в тринадцать лет.
И не только Рагна. Моя невеста Аяка, а также остальные пятеро сверстников — все они постигли Одеяние сердца.
Даже в истории Гэнсо Итто-рю подобное было огромной редкостью.
Талант притягивал талант, они сталкивались друг с другом, оттачивали мастерство и росли вместе.
Золотое поколение. Именно так их называли окружающие.
За исключением лишь одного человека, так и не достигшего Одеяния сердца.
— Хм, у тебя же поджилки трясутся. А я ведь даже меч ещё не обнажил, а? Хе-хе, ну да ладно. Дальше это уже будет избиением младенцев. Гэнсо Итто-рю — это меч, сокрушающий зло, и клинок, защищающий народ. Как наследник Рода Мицуруги, я должен быть добр к слабым. На вот, дарю тебе это.
С этими словами Рагна швырнул на землю три золотые монеты.
Огромные деньги, на которые можно было безбедно прожить три месяца.
— «Ну же, подбирай!»
— хотелось бы мне сказать, но даже у тебя наверняка остались жалкие крохи гордости. Небось не сможешь уподобиться нищему прямо у меня на глазах? Не переживай, я сейчас же исчезну. Когда я уйду, не спеша подними брошенные деньги, мой дорогой старший братец. Ха-ха-ха!
Вдоволь нахохотавшись, Рагна широким шагом удалился прочь.
Сжав кулаки, я сверлил взглядом его спину, но ни губы, ни ноги не слушались меня, словно скованные льдом.
Тем временем фигура Рагны скрылась за воротами.
Когда вокруг никого не осталось, я тихо опустил взгляд на землю.
Три брошенные Рагной золотые монеты тускло поблёскивали в лучах восходящего с востока утреннего солнца.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…