Глава 9
В этот момент из кухни с лопаткой в руке выглянул Сюй Нин и с улыбкой спросил:
— Однокурсник Цинь пришёл? Проходи скорее, садись, еда сейчас будет готова. Ох, ну что ты за ребёнок: пришёл и пришёл, зачем было столько всего нести? У дяди тут всего в достатке, потом передашь гостинцы своим родителям.
Цинь Е вежливо поздоровался:
— Здравствуйте, дядя. Это всего лишь скромные подарки в знак уважения.
Увидев Сюй Нина, Цинь Е наконец понял, почему Сюй Чиянь такой красивый — он пошёл в отца, просто одно лицо!
Сюй Нин отозвался:
— Ладно, ладно, ты пока посиди немного, осталось доготовить последнее блюдо.
На обеденном столе уже стояло пять блюд — выходило, для него приготовили целых шесть, что ясно говорило о том, какое значение придавали его визиту.
Воспользовавшись моментом, Цинь Е украдкой обнял Сюй Чияня и тихо спросил:
— Скучал по мне?
Испугавшись, Сюй Чиянь поспешно оттолкнул его и понизил голос:
— Перестань, тут мой папа, веди себя прилично.
Смущённый Цинь Е прочистил горло, сложил все подарки на диван и послушно сел смотреть телевизор.
В гостиной семьи Сюй он снова уловил знакомый сладковатый аромат. Оказывается, здесь любили благовония с этим запахом — неудивительно, что от малыша всегда так нежно и сладко пахло молоком.
Аромат был очень приятным, от него становилось легко и спокойно на душе и теле, так что Цинь Е даже слегка разморило.
Тут из кухни с тушёной в соевом соусе рыбой вышел Сюй Нин и на ходу произнёс:
— Давай, давай, Сяо Цинь, садись сюда. Особых деликатесов у дяди дома нет, так что сегодня пришлось тряхнуть стариной и приготовить несколько коронных блюд.
Сюй Чиянь добавил:
— Сегодня тебе крупно повезло. Папа обычно жалеет сил готовить для меня одного столько всего за раз, да ещё и сплошь свои фирменные блюда. Особенно вот эти рёбрышки на углях: с ними столько возни, их нужно медленно томить на углях фруктовых деревьев. Попробуй, вкусно ли.
С этими словами он положил кусочек рёбрышек в тарелку Цинь Е, однако взгляд того был неотрывно прикован к его белым, словно молодой лук, пальцам.
Тем временем Сюй Нин с улыбкой без умолку приговаривал:
— Ах ты негодник, когда это я жалел для тебя сил? Разве сегодня к нам не твой однокурсник пришёл? Он оказал тебе такую огромную услугу, а ты, бестолковый, даже спасибо человеку сказать не догадался. Не напомни я, ты бы и не сообразил пригласить его домой на ужин! Сяо Цинь, ты ни в коем случае не стесняйся, чувствуй себя как дома. Чэньчэнь доставил тебе столько хлопот, так что, если ты чем-то недоволен, только скажи мне, я ему как следует вправлю мозги.
Но Цинь Е с улыбкой ответил:
— Что вы, дядя, не стоит благодарности. Я Чэньчэнем… очень доволен.
Сюй Нин, улыбаясь, пояснил:
— Ох, да, Чэньчэнь — это домашнее имя Чияня. Кажется, он родился утром, поэтому я и дал ему такое прозвище.
— Кажется? — озадаченно переспросил Цинь Е.
— Вы… точно не знаете время рождения Чияня?
Выражение лица Сюй Нина на миг застыло, и он с некоторой неловкостью произнёс:
— Когда Чэньчэню было три года, я попал в автокатастрофу и потерял память о прошлом. Помнил только, что у меня есть сын, а меня самого зовут Сюй Нин — всё остальное стёрлось. Хорошо хоть, раньше у меня была привычка вести дневник. Из старых записей я узнал, что сын родился утром, поэтому и стал звать его Чэньчэнем. А имя Чиянь я дал ему, когда он пошёл в начальную школу. Красиво ведь звучит?
— Красиво, так изысканно, — глуповато усмехнулся Цинь Е, подумав про себя, что у папы его малыша тоже очень милый характер — не то что у старшего Циня, который вёл себя как сущий владыка преисподней. При одном взгляде на отца у Цинь Е чесались руки сцепиться с ним.
Такой же невыносимый старый хрыч, как и тот тип по фамилии Лу!
Впрочем, Цинь Е никак не ожидал, что штамп из бульварной короткометражки воплотится в жизни близких ему людей.
Дядя Сюй выглядел очень молодо: встреть он его на улице, ни за что бы не догадался, что у того уже есть совершеннолетний сын — на вид ему было от силы лет тридцать.
Вот только Сюй Чиянь никогда не упоминал о своей матери, а сам Цинь Е не решался спросить: вдруг это покажется бестактным?
И хотя его разбирало любопытство, впереди у них была ещё вся жизнь, так что рано или поздно он узнает о своём малыше всё.
Ужин прошёл в тёплой и душевной обстановке. Дядя Сюй оказался прекрасным собеседником, и они с Цинь Е быстро нашли общий язык. Его суждения о бизнесе и финансах немало удивили юношу: ему казалось, что такой выдающийся человек, как дядя Сюй, не должен быть простым учителем рисования и жить в такой бедности.
Однако жизнь редко складывается по нашей воле — возможно, на его веку тоже выпало немало неведомых другим ухабов и потрясений.
После ужина Цинь Е собирался было уйти, но Сюй Нин взглянул на настенные часы и сказал:
— Надо же, уже так поздно? Сяо Цинь, тебя дома, наверное, заждались?
Цинь Е беззаботно ответил:
— Всё в порядке, дядя Сюй. Я живу один, так что, во сколько бы я ни вернулся, волноваться некому.
Сюй Нин нахмурился:
— Живёшь один? Какой же ты самостоятельный, а ведь на вид всего на пару лет старше Чэньчэня.
Сюй Чиянь мысленно закатил глаза, решив, что у папы снова обострилась привычка попусту переживать за чужих людей. Какая уж там самостоятельность: у Цинь Е дома и приходящая прислуга, и домработница, и дворецкий.
Пусть они обычно не оставались там на ночь, но заботились о нём по высшему разряду.
Кто же знал, что Сюй Нина вдруг осенит очередная идея:
— Слушай, раз уж ты живёшь один, может, останешься сегодня ночевать у нас? Однокурсник Чэньчэня, Сяобай, тоже часто тут ночует — они как засядут за игры, так до глубокой ночи. Я иной раз уже выспаться успею, проснусь, а они всё ещё рубятся. Ты, Сяо Цинь, с виду парень серьёзный и основательный, наверняка не такой проказник, как этот непоседа Сяобай.
Сюй Чиянь уже открыл рот, чтобы отказаться за него: ну как такой молодой господин из богатой семьи, как Цинь Е, сможет спать на его простом жёстком матрасе?
Но Цинь Е с нетерпением выпалил:
— С удовольствием! Друзей у меня немного, а Чэньчэнь — мой лучший друг, мне бы очень хотелось стать с ним поближе.
При словах «стать поближе» уши Сюй Чияня мгновенно вспыхнули. «Плохо дело, — пронеслось у него в голове, — если Цинь Е останется здесь спать… неужели он собирается…»
Не успел он ничего возразить, как Сюй Нин уже радостно отправился доставать для гостя одеяло.
Открывая дверцу шкафа, он приговаривал:
— Когда Сяобай приходит, он тоже этим одеялом укрывается, но сегодня я его выстирал, оно чистое…
К тому моменту, как Сюй Чиянь опомнился, Цинь Е уже сидел на его кровати.
Сюй Чиянь потерял дар речи.
С непередаваемым выражением лица он спросил:
— Ты почему не отказался?
Цинь Е тихо рассмеялся, повернулся и притянул его в объятия:
— Я нарочно. Дядя Сюй понимает меня с полуслова.
Сюй Чиянь попятился и прошептал:
— Только без глупостей, мой папа ещё не спит!
На самом деле со сном у Сюй Нина было неважно, он часто засиживался допоздна, но недавно Сюй Чиянь строго-настрого запретил ему вести стримы и даже конфисковал оборудование для трансляций, велев пить лекарства и ложиться пораньше.
Сюй Нин оказался весьма послушным: зная о своей болезни и не желая волновать сына, он вскоре постучал к нему в дверь и дал наказ:
— Вы двое ложитесь пораньше, а я пошёл спать. И чтобы никаких игр, слышали?
Сюй Чиянь отозвался:
— Понял, пап, иди скорее отдыхай!
По ту сторону двери Сюй Нин беззлобно буркнул «ах ты паршивец» и ушёл к себе в спальню.
Дождавшись звука закрывшейся двери, Сюй Чиянь указал на ванную в коридоре:
— Можешь пока сходить в душ. Я мылся сегодня днём, так что ванную у тебя никто не отберёт.
Словно припомнив что-то, Цинь Е развернулся и направился в ванную.
Выйдя из душа и вернувшись в комнату, он увидел Сюй Чияня, который тихо и уютно устроился у изголовья кровати с книгой в руках.
Цинь Е с любопытством подсел к нему и спросил:
— М-м? Что читаешь?
Сюй Чиянь захлопнул книгу, положил её рядом с подушкой и ответил:
— Да так, ничего. Ты уже помылся? Э-э… с какой стороны ты привык спать?
Бросив взгляд на обложку, Цинь Е удивился: книга оказалась по медицине.
Внезапно вспомнив о том, что поручал разузнать своему помощнику, он спросил:
— Дядя Сюй… серьёзно болен?
Лицо Сюй Чияня слегка залилось краской, и спустя мгновение он кивнул:
— Ты уже знаешь? Болезнь и правда очень тяжёлая. Хотя на ранней стадии симптомы сводятся к анемии и редким носовым кровотечениям, что немного напоминает лейкемию, это не она. Когда болезнь прогрессирует до определённой степени, в крови начинает вырабатываться токсин: человек слабеет и худеет на глазах, а кожа покрывается язвами…
Цинь Е нахмурил брови:
— Ты так подробно всё описываешь — уже сталкивался с подобными случаями?
Сюй Чиянь уклончиво ответил:
— Ну… наверное, это семейное наследственное заболевание!
Цинь Е кивнул, немного подумал и спросил:
— А к врачам традиционной китайской медицины обращались?
Сюй Чиянь удивлённо покачал головой:
— Болезнь… только-только проявилась, так что у китайских лекарей мы и правда ещё не были.
В прошлой жизни они к ним тоже не обращались, всё время лечились в крупных клиниках — он всегда считал, что подобные заболевания крови относятся к компетенции западной медицины.
Однако вопрос Цинь Е натолкнул его на размышления.
В прошлой жизни они перепробовали все методы западной медицины — может, и впрямь стоит дать шанс традиционной китайской?
Тем временем Цинь Е достал из кармана куртки телефон и переслал ему контакт в Вичате:
— Этот человек из потомственной семьи врачей китайской медицины. Пусть он ещё молод, но лечит отлично. Он постоянно следит за здоровьем моего деда, а врачебному искусству его обучал лично его собственный дед. Можешь сводить дядю Сюя к нему на осмотр.
Медицинские связи, которые мог порекомендовать Цинь Е, простым людям явно были недоступны.
Преисполненный благодарности, юноша сказал:
— Спасибо тебе. Я как раз голову ломал, не зная, что делать.
Цинь Е беспомощно вздохнул:
— Давай обойдёмся без «спасибо» между нами.
Сюй Чиянь медленно кивнул. Кончики его ушей порозовели, и он покорно произнёс:
— Я знаю, как тебя отблагодарить. Я… за эти пару дней кое-чему научился. Хочешь попробовать?
Это не на шутку заинтриговало Цинь Е. Он пристально вгляделся в прекрасное, холодное, словно недоступный горный цветок, лицо Сюй Чияня, гадая, чему такому тот успел научиться, чтобы испытать это на нём.
То, что юноша вытворял в последнее время, совершенно не вязалось с его невинным и чистым лицом, но Цинь Е сходил по этому с ума.
Некоторые вещи стоит попробовать лишь раз — и ты попадаешь в зависимость, желая ещё и ещё, без сил остановиться.
Он поднял взгляд и спросил:
— О? И чему же ты научился?
Сюй Чиянь приподнялся, перебрался к Цинь Е на колени, усевшись верхом, и потянулся развязывать пояс его пижамы.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…