Глава 32
На съёмочной базе Сюй Чиянь зашёл в какую-то забегаловку, съел тарелку лапши и некоторое время издалека понаблюдал за работой другой группы, наслаждаясь редкой после перерождения минутой покоя.
С тех пор как в прошлой жизни он расторг контракт с Ван Шуанцюанем, у него давно не выпадало такой беззаботной передышки.
Только что Сюй Нин прислал сообщение: Е Юйань каждый день устраивал ему лечебные ванны, чтобы вывести токсины из организма.
Брат считал, что доктор Е поднимает шум из ничего, и лишь Сюй Чиянь знал, что тревога не пустая — в теле Сюй Нина действительно таился какой-то неизвестный яд.
Ему очень хотелось выяснить, что это за отрава, ведь болезнь была слишком странной. Воспоминания о том, как умирал отец, заставляли Сюй Чияня содрогаться от ужаса.
Поэтому он снова и снова наказывал брату непременно слушаться доктора Е и как следует лечиться.
Только когда начало смеркаться, Сюй Чиянь собрался вызвать машину и поехать на квартиру к Цинь Е.
Но стоило ему открыть приложение для заказа такси, как рядом притормозил автомобиль. Опустилось стекло, и в салоне показалось зрелое, красивое лицо с налётом хулиганской удали.
Сюй Чиянь крайне удивился:
— Господин Лу?
Лу Сюмин весело поинтересовался:
— Ещё издали приметил, как ты стоишь и глядишь в пустоту. На что засмотрелся?
Сюй Чиянь смущённо ответил:
— Да так, просто у той съёмочной группы очень классные каскадёры. Не удержался, загляделся.
Лу Сюмин усмехнулся:
— Куда едешь? Подбросить?
Сюй Чиянь поспешно замотал головой:
— Не надо, не надо, я такси вызову.
Лу Сюмин цокнул языком:
— Садись давай, чего ломаешься?
Сюй Чиянь поджал губы. Пожалуй, с этим делом стоило разобраться раз и навсегда. Они с Цинь Е уже обо всём договорились, и путаться с кем-то ещё он не собирался. Как любовник, он всё-таки блюл профессиональную этику.
Поэтому Сюй Чиянь сел в машину, прикидывая, как бы спокойно и доходчиво объясниться с этим господином Лу.
И всё же он колебался. Как-никак, между семьями Лу и Цинь ещё со времён прадедов пролегла трещина из-за отбитых возлюбленных. Вдруг он скажет что-то не так и создаст Цинь Е лишние проблемы?
Заметив, что Сюй Чиянь, устроившись на сиденье, упорно молчит, Лу Сюмин спросил:
— О чём задумался?
Сюй Чиянь помедлил и наконец решился:
— Господин Лу, вы… почему вы так ко мне расположены? Вы наверняка догадались о наших отношениях с Цинь Е. Ваше внимание создаёт между нами ненужные сложности. Я знаю, у вас есть деньги и власть, стоит вам пожелать — и к вам выстроится очередь из кого угодно. А я самый обычный студент, вам правда не стоит так поступать.
Лу Сюмин резко ударил по тормозам и свернул к обочине, отчего Сюй Чиянь вздрогнул.
Остановив машину, Лу Сюмин опустил стекло, и в салон ворвался ветер. Он достал из кармана пачку сигарет, вытряхнул одну, чиркнул зажигалкой и затянулся.
Сразу было видно, что курит он много, а наверняка ещё и пьёт. Редко кто из мужчин его возраста, пережив подобное, обходится без табака и выпивки, верно?
Сделав пару глубоких затяжек, Лу Сюмин наконец спросил:
— Ты ведь уже слышал мою историю?
Сюй Чиянь промолчал, и Лу Сюмин продолжил:
— Все, кто крутится в нашем кругу и знаком со мной, в общих чертах её знают.
Почувствовав, что его прежние слова прозвучали бестактно, Сюй Чиянь виновато произнёс:
— Простите, господин Лу. Возможно… я превратно истолковал ваши намерения.
Лу Сюмин отмахнулся:
— Не переживай, в этом плане ты меня действительно не интересуешь. Тебе всего восемнадцать — крутить шашни с таким зелёным юнцом, как Цинь Е, ещё куда ни шло. Но я, выражаясь его же словами, старый пень и в отцы тебе гожусь. Я не старый развратник, ты и впрямь всё понял превратно. Моё предложение остаётся в силе: если возникнут какие-то трудности, я помогу тебе без всяких условий. Честное слово, я не имею на тебя никаких видов и ничего не жду взамен. Стоит тебе только заикнуться — деньги тут самый пустяковый вопрос. Любая просьба, если она в моих силах, будет исполнена.
Это озадачило Сюй Чияня ещё сильнее. Он нахмурился:
— Я знаю, что возможности у вас есть, но… почему? Господин Лу, мы с вами совершенно чужие люди. С чего вам мне помогать? Не понимаю. Вы и раньше вот так помогали незнакомцам?
Лу Сюмин затушил недокуренную сигарету. Глаза его слегка покраснели; он крепко зажмурился и буркнул:
— Я, по-твоему, похож на сумасшедшего, чтобы помогать каждому встречному?
Сюй Чиянь окончательно растерялся:
— Значит, я какой-то особенный незнакомец?
Лу Сюмин наконец завёл мотор:
— Хочешь узнать? Тогда поехали ко мне. Там сам поймёшь, почему я хочу тебе помочь.
Машина на бешеной скорости помчалась к центру города, а Сюй Чияня обуяло беспокойство. Он любовник Цинь Е, и ехать домой к Лу Сюмину… не слишком ли это скверно выглядит?
Как назло, именно в этот миг зазвонил телефон — на экране высветилось имя Цинь Е.
Сюй Чияня кольнула совесть, но ответить всё же пришлось. Не успел он и рта раскрыть, как из трубки громогласно рявкнул Цинь Е:
— Жёнушка, ты где сейчас?
— Я… я ещё в городе, — пробормотал Сюй Чиянь.
— Сегодня, наверное, вернусь попозже.
— А, ты с Сяобаем? — уточнил Цинь Е.
— Н-нет, я…
Сидевший рядом Лу Сюмин оказался тем ещё прохвостом — недаром в столичных кругах о нём ходила дурная слава. Он во весь голос гаркнул:
— Со мной! Едем ко мне домой!
Сюй Чиянь потерял дар речи.
Цинь Е бросил трубку. Сюй Чиянь вспылил:
— Господин Лу! Это уже чересчур!
Лу Сюмин усмехнулся:
— Уж извини, но детишкам положено прилежно учиться. В таком возрасте рано ещё в любовь играть.
Сюй Чиянь возмутился:
— Я вообще-то совершеннолетний! Мне восемнадцать, я в университете учусь! Мне даже родной отец встречаться не запрещал, так что не извольте беспокоиться, почтенный!
Лу Сюмин прищёлкнул языком:
— Ну и словечки, прямо по живому режешь! Мне всего сорок два, какой я тебе старик? Зови уж лучше, как Цинь Е, — старым пнём. И то на душе полегче будет.
Сюй Чиянь даже отвечать ему не стал. «У всех этих выходцев из богатых семейств явно не все дома, ни одного нормального!»
— подумал он.
Машина подъехала к какому-то саду. Да, именно к саду, причём в традиционном китайском стиле.
Владеть подобным уголком в самом сердце Столицы, в считаных километрах от Запретного города, могла позволить себе, пожалуй, только семья Лу.
Сюй Чиянь поразился. «У семьи Лу и впрямь денег куры не клюют. Такое поместье, небось, даже не продаётся — захочешь купить, да не сможешь», — подумал он.
Припарковав машину, Лу Сюмин бросил:
— Пошли. Планировка тут мудрёная, держись рядом, а то заблудишься.
В своё время Не Чэньцю, впервые оказавшись здесь, тоже заплутал. Этот парень был хорош во всём, кроме одного — у него напрочь отсутствовал топографический ориентир, и, куда бы он ни направлялся, всегда включал навигатор.
Стоило остаться без карты, как он тут же терялся. Кто бы мог подумать, что у столь блестящего человека окажется такая маленькая слабость.
Но в таком безупречном человеке этот крошечный изъян казался даже особенно милым.
Лу Сюмин провёл Сюй Чияня на территорию усадьбы. Всё это время его телефон надрывался от звонков. На восьмой раз Лу Сюмин наконец лениво снял трубку:
— Чего тебе? Названиваешь без конца, люди ещё подумают, будто у нас с тобой роман!
Из динамика донёсся истеричный вопль Цинь Е:
— Лу! Куда ты увёз Сяочи?!
Лу Сюмин отодвинул телефон подальше от уха и беспечно бросил:
— А ты угадай!
И с этими словами безжалостно сбросил вызов.
Сюй Чияню ничего не оставалось, кроме как самому отправить Цинь Е сообщение: «Со мной всё в порядке. Кажется, мы сейчас в старом поместье семьи Лу».
Лу Сюмин привёл Сюй Чияня во внутренний двор в восточной части усадьбы — именно здесь прошли его детские годы.
Двор содержался в идеальном порядке, словно тут по-прежнему кто-то жил. Вокруг стояли разные тренажёры, виднелась небольшая баскетбольная площадка, а с северной стороны возвышался двухэтажный особнячок, в котором когда-то обитали Лу Сюмин и Не Чэньцю.
Поднимаясь по лестнице, Лу Сюмин заговорил:
— Моего возлюбленного звали Не Чэньцю. Цинь Е ведь тебе рассказывал? Он был приёмным сыном в семье Не. В шесть лет за выдающийся ум и редкую красоту старый господин Не назвал его своим сыном. И он не подвёл приёмную семью — принёс им немало пользы.
— Посторонние видели лишь его красоту и проницательность, но даже не догадывались, насколько он талантлив. Тогда, двадцать лет назад, полагаясь на одно лишь чутьё, он мог за ночь заработать на бирже сто миллионов. Мог закрыть финансовые бреши в корпорации и вывести на чистую воду старого бухгалтера, который больше десяти лет подтачивал компанию изнутри. Мог без лишнего шума провернуть сложнейший проект — и всё ради того, чтобы доказать моему отцу, что он меня достоин. А ещё он вместе со мной поступил в Университет Х и окончил его на два года раньше срока, получив сразу два диплома. Разве можно было не влюбиться в такого человека?
Слушая, как Лу Сюмин, словно перебирая драгоценности, одно за другим перечисляет достоинства Не Чэньцю, Сюй Чиянь начинал понимать, почему тот был так глубоко к нему привязан.
Привязан настолько, что даже спустя почти двадцать лет после его смерти продолжал думать о нём, беречь память и хранить верность.
Лу Сюмин толкнул дверь и первым шагнул через порог:
— Это спальня Чэньцю. Когда он приезжал в наше поместье, чтобы заниматься вместе со мной, то всегда останавливался здесь. Позже, когда мы сошлись, я сам перебрался к нему. Он любил меня и во всём мне потакал. Что бы я с ним ни вытворял, он позволял мне всё…
«Ты ведь такой важный молодой господин, разве он мог тебе отказать?»
— мысленно хмыкнул Сюй Чиянь.
Впрочем, судя по рассказам Лу Сюмина, они и впрямь были прекрасной парой.
Лу Сюмин распахнул дверь шире:
— Заходи! Взгляни — и сразу поймёшь, почему я отношусь к тебе иначе.
Сюй Чиянь шагнул внутрь. Все стены, двери и окна, включая ветряные колокольчики, люстру и вешалки, были сплошь увешаны фотографиями одного и того же человека.
Судя по всему, снимки охватывали годы от ранней юности до молодости. Вот он улыбается, вот смотрит серьёзно, вот держит в руках книгу, вот замер под баскетбольным кольцом, готовясь к броску, а вот сидит под цветущей сакурой с котёнком на коленях.
Но вовсе не это потрясло Сюй Чияня. По-настоящему его ошеломило другое…
Подойдя к одной из самых крупных фотографий — строгому портрету, какие делают на документы, — Сюй Чиянь склонил голову набок и пристально вгляделся в черты лица. А затем задал вопрос, вырвавшийся из самой глубины души:
— Господин Лу… а почему в комнате вашего возлюбленного развешаны фотографии моего отца?
Этого просто не могло быть…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…