Глава 26. Запиши всё, что хочешь сказать
Цзян Цзинъянь скользнул взглядом по палате и невольно нахмурился — как же эти двое умудрились так сильно пострадать? Неужели похищение действительно их рук дело?
Шрамолицый и Лысый от напряжения сглатывали слюну, боясь, как бы их снова не избили.
— Б-братки... вы, наверное, не туда попали?
Когда Цзян Цзинъянь достал фотографию Линь Суйцы, двое снова переглянулись и снова прочли в глазах друг друга отчаяние.
— Несколько дней назад вы похитили человека на этом фото?
— голос Цзян Цзинъяня был ледяным, во взгляде сквозила суровая оценка.
— Говорите правду.
Шрамолицый и Лысый окончательно сломались. Пару дней назад их уже избили, они до сих пор лежали в больнице без возможности пошевелиться, и теперь снова?
На этот раз не понадобилось ни угроз, ни посулов — оба, скривившись, как на похоронах, высыпали всё как из мешка:
— Д-да... мы действительно похитили его, но нас подставил тот молодой господин из семьи Цзян.
— Мы, мы просто делали работу за деньги. Только позавчера приходила какая-то банда и избила нас до такого состояния!
— Не надо, правда не надо! Вы уж проявите великодушие, пощадите нас...
— Ты сказал, вас подставил молодой господин из семьи Цзян?
— Цзян Цзинъянь внезапно прервал их, на красивом лице промелькнула сложная гамма эмоций.
— Да, это тот самый Цзян Лэ, он...
Лысый и Шрамолицый, запинаясь, выложили всю подноготную. Содержание ничем не отличалось от того, что они рассказывали пару дней назад.
Лицо Цзян Цзинъяня становилось всё мрачнее. Линия подбородка напряглась, на тыльной стороне ладони вздулись вены, в глазах смешались изумление, разочарование, гнев — целая буря чувств.
Цзян Лэ действительно лгал. Выходит, именно он был зачинщиком всей этой истории, да ещё и оклеветал Линь Суйцы.
Цзян Цзинъянь никак не мог ожидать, что его всегда любимый младший брат способен на такой подлый поступок.
— А Линь Суйцы?
— Цзян Цзинъянь шагнул вперёд, с силой схватил Шрамолицего за воротник и процедил сквозь зубы: — Где он?
Шрамолицый готов был разрыдаться:
— Н-не знаю... Мы просто избили его и ушли.
— Мы били несильно, с ним точно всё в порядке. Вы... вы уж пощадите нас.
— Да-да-да... Мы просто делали работу за деньги. Кто виноват — с того и спрос, вам не с нас надо спрашивать, п-правда?
При мысли о том, что натворил Цзян Лэ, лицо Цзян Цзинъяня стало ещё мрачнее. Он разжал руку и холодно произнёс:
— Вы только что сказали, что несколько дней назад из-за этого дела к вам тоже приходили и избили вас до такого состояния?
Шрамолицый и Лысый не посмели утаить ничего и выложили всё как на духу.
Чёрт, а ведь говорили, что Линь Суйцы — никому не нужный внебрачный сын. И что же? Прошло всего несколько дней, а уже две банды пришли за него мстить.
Тьфу, ради каких-то десяти с лишним тысяч так пролететь — хуже не придумаешь.
— Главный у них был очень высокий и красивый мужчина, очень холодный, с мощной аурой, как босс мафии из фильма.
Вскоре Цзян Цзинъянь вышел из палаты.
Он был слегка озадачен: кто же тот мужчина, о котором они говорили, и почему он решил заступиться за Линь Суйцы?
Как раз в этот момент зазвонил телефон.
Звонила хозяйка кондитерской, где подрабатывал Линь Суйцы.
— Господин Цзян, только что Суйцы заходил к нам в магазин.
Услышав это, взгляд Цзян Цзинъяня заострился. Он тут же открыл дверцу машины и сел внутрь, голос зазвучал торопливо:
— Он ещё там? Я сейчас приеду.
Хозяйка:
— Уже нет, они только что ушли.
— Они?
— Цзян Цзинъянь ухватился за ключевое слово и велел водителю трогаться.
— Рядом с Суйцы был высокий мужчина крепкого телосложения, красивее любой звезды, одет с иголочки, с прекрасными манерами, как модель с обложки журнала.
Она сама чуть не засмотрелась, решив, что это какая-то знаменитость.
Цзян Цзинъянь на мгновение задумался. Тот мужчина, о котором говорили похитители, — не один ли это и тот же человек?
Кто же это всё-таки?
Время вернулось на десять минут назад —
Чёрный «Роллс-Ройс» остановился у дверей кондитерской, из машины вышли двое.
Линь Суйцы был одет в простую белую рубашку и чёрные свободные брюки — так же чисто и свежо, как его лицо.
Фигура у него была худощавой и стройной, на грани между юношей и взрослым, ещё не утратившая юношеской незрелости.
Мужчина рядом с ним выглядел куда более зрелым — не только внешностью и одеждой, но и той аурой, что исходила от каждого его жеста: благородной, холодной.
Они вошли в кондитерскую друг за другом — два совершенно разных облика и характера, и всё же в этом было что-то необъяснимо гармоничное.
Хозяйка кондитерской, девушка лет двадцати с небольшим, при виде этой картины просто остолбенела.
Она пришла в себя, только когда Линь Суйцы подошёл к ней вплотную.
— Суйцы? Куда ты пропадал все эти дни? Почему даже не предупредил?
Говоря это, хозяйка невольно бросала взгляды за спину Линь Суйцы.
Пэй Чуань стоял там, на лице не отражалось никаких эмоций. Он холодно и отстранённо слегка кивнул хозяйке.
Щёки девушки вспыхнули, и она поспешно перевела взгляд на Линь Суйцы.
Разглядев состояние юноши, она невольно удивилась:
— Суйцы, почему у тебя такой бледный вид? И ты похудел.
Линь Суйцы неловко улыбнулся, сжав губы, но улыбка вышла едва заметной, и в глазах не было ни капли веселья.
Хозяйка невольно опешила:
— Суйцы, что с тобой...
У стоящего перед ней юноши были очень красивые глаза, но в них не было жизни.
Раньше было не так. Линь Суйцы подрабатывал в магазине уже больше половины месяца, и обычно он был тихим, немногословным ребёнком.
Но всё же в нём была та юношеская живость, что положена его возрасту. Обычно он держался холодно и отстранённо, но когда улыбался, глаза его чуть прищуривались — яркие и тёплые.
Такой послушный ребёнок — и теперь будто совсем другой.
Линь Суйцы пришёл потому, что вспомнил: перед похищением он оставил телефон в магазине. В этот раз он пришёл главным образом забрать его и заодно уволиться.
Хозяйка всегда хорошо к нему относилась. Друзей у него не было, и она была одной из немногих, кто был к нему добр, — он всё помнил.
Линь Суйцы чувствовал себя неловко. Он слегка приоткрыл рот, но не смог выдавить ни слова.
В этот момент перед ним появилась длинная сильная рука, сжимавшая телефон.
Экран был включён — Пэй Чуань открыл встроенное приложение для заметок. Он взял тонкое запястье юноши и вложил телефон ему в ладонь.
— Запиши всё, что хочешь сказать, — произнёс Пэй Чуань.
Ладонь мужчины была широкой и тёплой, словно по телу пробежал лёгкий электрический разряд. Пальцы Линь Суйцы слегка дрогнули, а затем крепко сжали телефон.
Опустив голову, он обеими руками взял телефон и начал печатать.
Хозяйка с изумлением смотрела на эту сцену. В голове роилось множество вопросов, но она так и не решилась задать их.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…