Глава 29. Любимая дочка и любовный флаг
Скажу сразу: никаких флагов и в помине не было.
Представляю вам. Любимая дочка лысого торговца магическими предметами.
Уже некоторое время мы мило беседуем.
Милая девчушка с красивыми каштановыми волосами.
Её зовут Тэру.
Прелестное, нежное имя.
Сейчас она сидит у меня на коленях.
Когда я спросил: «Сколько тебе лет?»
— она, смущаясь, растопырила пять маленьких пальчиков и ответила: «Пять».
Пять лет...
Эй.
Эй, лысый. Что значит пять лет?
Конечно, она маленькая, но уже настоящая леди.
Я и обращаюсь с ней подобающе, как с благородной дамой.
Но, судя по тому, как ты выглядишь, дочке твоей должно быть лет двадцать с лишним...
Что же ты за бесполезный лысый такой...
Однако Тэру-тян совсем не похожа на этого прогнившего злобного лысого — характер у неё замечательный. Даже сейчас она, радуясь редкому гостю, то есть мне, весело щебечет, сидя у меня на коленях. Я ощутил всю тайну и загадочность ДНК.
Наверное, пошла в покойную мать.
Говорят, жена лысого болела той же болезнью, что и Тэру-тян, и позапрошлым годом умерла, несмотря на лечение.
Лысый, потеряв жену и в одиночку, в долгах, из последних сил растивший больную дочь, от переживаний совсем состарился и облысел — что ж, в этом есть своя логика.
Сейчас девочка здорова, но то, что она когда-то болела, — похоже, правда.
Не знаю, каково среднее развитие детей в этом мире, но, судя по людям на улицах, оно не сильно отличается от моего прежнего мира. Продовольственная ситуация здесь довольно богатая.
И всё же Тэру-тян очень маленькая...
Честно говоря, сначала я думал, что ей года три-четыре.
Думаю, это из-за того, что она долго пролежала в постели из-за болезни.
Когда думаю о чувствах той женщины, что покинула этот мир, оставив такую крошку и никчёмного лысого, мне хочется плакать.
Кстати, сейчас мы находимся дома у лысого.
От той лавки нас отделяет несколько переулков.
После недавней суматохи лысый пригласил меня сюда и предложил пожить у него некоторое время.
Для меня это как нельзя кстати. Денег у меня теперь немного есть, но, честно говоря, я ещё толком не разбираюсь, как их тратить. Отказаться от такого предложения у меня не было причин.
Дом у лысого довольно большой. Двухэтажный, что в этом городе редкость.
Видимо, из-за того, что у него водились лишние деньги, его и обобрали те типы.
Лавку на сегодня, само собой, уже не открыть — похоже, он закрыл её пораньше.
Тэру-тян у меня на коленях тем временем выдаёт поток иномирной детской болтовни. Я поддакивал. Сначала она немного стеснялась, но теперь уже совсем освоилась. Правда, хорошая, послушная девочка. Сколько ни повторяй — ну никак не верится, что она дочь этого злобного лысого.
— А потом, Тэру, когда вырастет, станет камоти-сан, и вот, и потом...
— Ого, камоти-сан? Это замечательно. У Тэру-тян обязательно получится.
Ну, что такое «камоти», я понятия не имею, но уже то, что она не собирается наследовать лавку лысого, заслуживает похвалы. Держись, Тэру-тян.
Тэру-тян сияет своими круглыми глазками и, застенчиво улыбаясь, продолжает свою умилительную детскую речь.
— А потом. Тэру, э-э, потом...
Она, болтая ножками у меня на коленях, начала мяться. Маленьким детям, в отличие от нас, даже просто облечь мысли в слова — большое дело.
Тэру-тян вдруг подняла на меня свою милую улыбающуюся мордашку.
— Тэру станет женой Нэмаки-ниитяна! Хи-хи!
Ну надо же, я удивлён. Вот это страстная леди.
Хех... Спасибо, Тэру-тян.
Твои невинные и добрые слова, наверное, идут от самого сердца.
Но, знаешь, старший брат знает.
Что пройдёт ещё лет десять с небольшим — и ты счастливо упорхнёшь из-под моей опеки к какому-нибудь незнакомому мужчине.
С чувством щемящей грусти я мягко погладил её пушистые светло-каштановые волосы.
Тэру-тян захихикала от щекотки.
В этот момент я ощутил какое-то крайне тревожное присутствие.
Гляжу — сидевшая рядом Горе тянет руку к Тэру-тян.
Её рука мелко-мелко дрожит.
А? Что такое, тут только Горе? Что же это было за жуткое присутствие? Я уж было подумал, что рядом завёлся какой-нибудь магический зверь.
Может, я стал слишком чувствительным после череды боёв?
То зловещее присутствие, что я ощутил, наверняка просто показалось.
Ведь Горе не станет делать Тэру-тян ничего плохого.
Эта штука обычно обращается со мной как с младенцем — она вся переполнена материнской заботой. Наверняка она обожает маленьких детей.
А, понятно. Она хочет погладить Тэру-тян по голове.
Всё-таки Горе любит детей.
— Ага, из Горе выйдет отличная мама.
Ну, правда, неизвестно, рожают ли големы щенков.
В этот момент рука Горе, которая, мелко дрожа, постепенно приближалась к голове Тэру-тян, вдруг замерла.
А затем начала гладить Тэру-тян по голове.
Ах, какая красивая картина.
О-однако, Горе, что-то ты гладишь как-то грубовато...?
Когда она гладит меня, то всегда касается так бережно, будто обращается с хрупким стеклянным изделием.
Тэру-тян, которую гладят с остервенением, очень радуется, так что, наверное, всё в порядке...
И в этот момент я заметил ещё одно тревожное присутствие.
Его источник — лысый, сидящий на диване по ту сторону стола.
Сразу после того, как Тэру-тян сделала мне детское предложение, на его лысом лбу вздулись вены.
Так он и до инфаркта допрыгается.
Я решил подлить масла в огонь и подразнить лысого, чтобы ещё сильнее сократить его жизнь.
— А всё-таки у Тэру-тян, в отличие от кое-какого никчёмного отца, есть глаз на людей. Достойная дочка.
Кровоток в коже головы лысого ускорился, она уже почти порозовела.
— За сегодняшнее я, конечно, благодарен. Но это другое. ...Свою Тэру я тебе не отдам. Не обольщайся.
— Хм. Куда ей выходить замуж — это дело её собственного свободного выбора.
Хе-хе, до чего же безнадёжно глупый лысый.
Принимать детскую любезность за чистую монету и злиться, как невоспитанный взрослый.
Сколько бы ты её ни баловал, Тэру-тян всё равно когда-нибудь упорхнёт к какому-нибудь проходимцу. Поделом тебе. И это тоже будет для её счастья.
Ну а тогда, пожалуй, я, под хорошую выпивку за твой полный счёт, не откажусь выслушать твои жалобы. И, глядя на твою досаду, от души посмеюсь.
---
— Благодарю за помощь давеча. Позволь представиться ещё раз. Меня зовут Чотос. Как ты знаешь, я держу лавку магических предметов в этом городе Тибара.
Низкорослый мужчина средних лет с зачёсанными назад жидкими волосами представился.
Сейчас мы вдвоём перешли из гостиной в дальнюю комнату и сидим перед рабочим столом лысого.
— Я — Нэмаки Дасай. А та, что в той комнате держит на руках твою дочь, — моя напарница Горе. Настоящее имя — Горетаро.
Я, конечно, уже называл своё имя у лавки, но представился ещё раз.
Всё-таки мне предстоит пожить у этого лысого некоторое время, так что для порядка.
— Вот оно что, Варварская принцесса «Горетаруу». Стало быть, имя богини убийства и ревности не просто так.
............!!!
Ты тоже, лысый?! Ты тоже называешь её «Горетаруу»!
Но я был готов и к этому.
Когда меня сломил учитель Спериа, я пал духом, но в этот раз я непременно заставлю людей этого мира признать моё отличное чувство имени.
Я изо всех сил постарался чётко выговаривать окончания.
— Мой «Горетаро»
— сильнейший. Такие мелкие хулиганы для него раз плюнуть.
— Ты говоришь «хулиганы», но тот тип — Даззу по прозвищу «Сломанный меч». В этих краях его все знают — отъявленный головорез, между прочим? Хотя, да, перед твоей «Горетаруу» он и правда выглядел просто хулиганом...
Тьфу! Он опять говорит «Горетаруу».
Какой же упрямый лысый.
— Хм, с таким типом мой «Горетаро» справится легко, хоть сотня их навалится. «Горетаро» непобедим.
— Ну ты, я смотрю, здорово уверен и в своих руках, и в возможностях «Горетаруу».
Э-этот чёртов лысый...! Я же говорю, Горетаро!
Грр...! Но я не сдамся. Ещё нет.
Через 5 минут.
— А-а, ладно. Пусть будет Горетаруу...
— ? О чём это ты?
Мои отчаянные усилия пошли прахом — никчёмный лысый так и не смог правильно запомнить «Горетаро».
Лысый в недоумении склонил голову, глядя на мою обессиленную, измождённую физиономию.
Моё сердце вновь было разбито.
Тут лысый громко прокашлялся.
Затем, поправив позу, повернулся ко мне.
— Нэмаки, прости, что оценил магическое ядро земляного великана по заниженной цене. Раз уж так вышло, то это магическое ядро... можешь выкупить обратно по прежней цене.
У лысого серьёзное лицо.
Вообще-то, на рабочем столе перед нами уже лежит кожаный мешочек с тем самым магическим ядром обезьяны.
Его обронил длинноволосый хулиган, когда Горе раздробила ему кости.
Я на всякий случай подобрал его. Лысый-то валялся на полу. Не бросать же ценную вещь.
Впрочем, раз я его уже продал, сейчас оно формально принадлежит лысому.
Вот оно что, выкупить обратно...
То есть я покупаю у лысого магическое ядро по прежней цене — по сути, всё возвращается к тому состоянию, что было до продажи.
Ну, наверное, это разумный выход.
Не знаю здешних торговых обычаев, но, скорее всего, это максимум доброй воли, который лысый в своём нынешнем финансовом положении может мне предложить.
Для этого приземлённого лысого — довольно благородное решение.
Я кивнул.
— Понял. Меня это устраивает. Считаем вопрос закрытым.
К счастью, сегодня обед за меня заплатил тот самый Пицца-сан, да и покупок я ещё не делал, так что денег не потратил ни монеты.
Стало быть, выручка за магическое ядро лежит у меня нетронутой.
Если просто отдать её лысому — вопрос закрыт.
Благодаря угощению Пиццы-сана я избавился от лишней возни.
Спасибо, Пицца-сан. Если будет следующий раз — угощаю я.
Я достал монеты с выручкой и положил на стол.
Вместо этого лысый поднял со стола кожаный мешочек и протянул мне.
Я взял его и собрался убрать в сумку.
Лысый почему-то не отпускает мешочек.
— ...Эй.
— П-прости. Само вышло...
Эй, лысый!
Я силой вырвал у лысого мешочек.
До чего же жадный тип!
Я, наполовину в изумлении, собрался убрать мешочек в сумку, но вдруг замер.
С полученным мешочком что-то не так.
— ...Эй. Мне кажется, или содержимого в мешочке стало меньше, чем было?
— ........!
Лысый покрылся холодным потом.
Приглядевшись, я увидел, что лысый сжимает в руке чёрное магическое ядро.
Эй! Лысый!!!
Я попытался вырвать ядро из руки лысого.
Лысый, плача, сопротивлялся.
— Умоляю! Прошу, Нэмаки, прошу-у! Только не это-о!
Но я безжалостно отобрал у лысого магическое ядро.
— Вздох...
Я вздохнул.
Да. У этого отвратительного поведения лысого есть причина.
То, что бандиты-вышибалы убрались, не значит, что долги лысого исчезли. Главарь тех типов говорил: они лишь выполняли поручение по взысканию долга от какой-то там гильдии.
Кажется, Гильдия Пейзли.
Пейзли — какое-то название, будто узор на ткани. Впрочем, неважно.
Долги лысого, скорее всего, взяты именно у этой Гильдии Пейзли. То есть, пока он не выплатит долг самой гильдии, рано или поздно явятся другие бандиты.
Вот почему этот чёртов лысый так цеплялся за магическое ядро.
В конце концов, проблемы этого мужчины так и не решены.
Я и сам не могу сказать, что испытываю тёплые чувства к этой гильдии, которая, используя преступные банды, безжалостно выколачивает долги из простого горожанина, потерявшего жену и имеющего больную маленькую дочь. Нет, честно говоря, совсем чуть-чуть, самую малость... меня это бесит.
Но я не могу, поддавшись дурному настроению, сбросить туда Горе, словно ядерную бомбу, и превратить всё в пепел.
Сделай я так — я сам стану законченным злодеем.
Ведь сам по себе заём денег — это законная экономическая деятельность.
Тот несчастный длинноволосый хулиган, которому Горе раздробила кости правой половины туловища, вроде бы сначала кричал что-то вроде «отдавать долги — это закон жизни». В этом одном он был абсолютно прав.
В конце концов, это и вина самого лысого, что он взял в долг у сомнительной гильдии.
Хотя, может, он отчаянно пытался купить лекарства для жены и Тэру-тян...
Н-нет, не так. Всё точно из-за этого жадного и недальновидного лысого.
— Вздох...
Я снова вздохнул.
И опустил взгляд на мешочек в руке. Из горлышка виднелась часть сверкающего чёрного кристалла.
Для меня этот камень — просто подобранная вещь, по сути, те же лёгкие деньги.
От того, что из-за такого пустякового камешка меняется чья-то жизнь, человеку, который сейчас изо всех сил старается жить, становится как-то не по себе.
— Сколько таких магических ядер нужно, чтобы ты расплатился с долгами?
— Четыре... нет, трёх, пожалуй, хватит.
Всего-то? Неожиданно мало.
Я-то думал, придётся продать все, чтобы расплатиться.
...Стоп.
— Погоди, лысый, ты что! Тебе хватало трёх, а ты скупил у меня ВСЕ?!
Да какого чёрта, ты, лысый!
Я схватил лысого за воротник и принялся трясти.
— Прости, прости! Я ж не думал, что найдётся идиот, который реально продаст все магические ядра за бесценок после такой-то речи-и-и!
Лысый, растрёпав остатки волос и вновь превратившись в разбитого воина, что-то орёт.
Ты извиняешься или оскорбляешь меня? Определись уже!
— Вздох...
Я отпустил воротник лысого и вздохнул в третий раз.
Затем достал из мешочка три магических ядра и положил на стол.
Немного подумав, достал ещё одно.
— ...Одно — на ремонт лавки. Моя Горе, когда вышибалы в долг пришли, стену разнесла.
Я пододвинул четыре чёрных магических ядра к лысому.
— Смотри, это не подачка. Это инвестиция. Расплатись с долгами и наладь дела в лавке. Вернёшь с хорошими процентами.
Вру.
Просто отговорка.
Эти магические ядра я собираюсь отдать лысому.
Потому что такие словесные обещания ничего не значат.
Будь я серьёзен, пришлось бы составлять договор. Но я не знаю, как оформляются договоры в этом мире.
Да и существуют ли тут вообще инвестиции?
Хотя, судя по тому, что слово переводится нормально, наверное, существуют.
— П-прости, спасибо........ Спасибо, Нэмаки...
Рука лысого, принявшего магические ядра, дрожала, как у алкоголика.
Глядя на него, я увидел, что лысый сморщил своё грязное лицо и, пуская сопли, захлёбывается слезами.
Эй, прекрати, это отвратительно. А то я передумаю.
И вообще, ты уж держись, лысый...
Будущее твоей дочери зависит от того, как ты соберёшься.
.............
Ну, в общем. Мне, конечно, крайне неохотно помогать этому жадному лысому, но иначе никак.
Если оставить всё как есть, Тэру-тян, что сидит там, ждёт, по моим ощущениям, только жалкое будущее. Почти наверняка, когда она подрастёт, бандиты продадут её в какое-нибудь сомнительное заведение, и тогда у старшего брата не останется иного выхода, кроме как выкупить её и, взяв на себя ответственность, сделать своей женой.
Я не хочу видеть ни её слёз, ни такого печального будущего.
Да. Всё это ради милой младшей сестрёнки Тэру-тян, а лысый — так, приложение.
Лысый не важен. Пусть не обольщается.
Я вздохнул, глядя на жалкого отца, который, сжимая в руках магические ядра, всхлипывал.
И, сам не зная зачем, посмотрел на ту, что была для него дороже всего.
Сейчас мы — жалкий мужик в долгах и мужик на содержании у голема — ведём неприглядные переговоры двух никчёмных мужчин. Для воспитания это вредно, поэтому маленькую Тэру-тян усадили на диван в гостиной поодаль, и её держит на руках Горе.
Глядя на них, можно подумать, что они сёстры.
Тэру-тян довольно светлокожая, в целом у неё светлая пигментация. Горе и говорить нечего — вся белая.
...И вообще, Горе.
Ты с самого начала пялишься на меня, при этом остервенело гладя Тэру-тян по голове — что ты пытаешься этим сказать??
Ну, Тэру-тян, которую гладят, радостно хихикает, так что, наверное, ничего страшного...
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…