Глава 70. Хочешь стать сильнее?
На следующее утро, когда Жун Гуан вышел на велодорожку для тренировки с грецким орехом, он снова столкнулся с Лукасом.
Тот всё так же бродил по пляжу, пытаясь клеить красоток, и манера его общения оставалась неизменно сальной:
— Эй, сеньорита, знаете ли вы, насколько удивительна сила нашего мозга? Если вы вытянете руку и представите, будто держите солонку и сыплете соль в рот, то на самом деле почувствуете солёный привкус! Не хотите попробовать?
Жун Гуан сначала услышал голос друга и лишь потом увидел его самого.
Подняв с земли орех и сжав его в кулаке, он крикнул:
— Лукас!
Тот заметил Жун Гуана, затем обернулся к девушке, к которой только что подкатывал, но её уже и след простыл… Очевидно, его постигла очередная неудача.
Подбежав к другу, Лукас принялся жаловаться:
— Это всё из-за тебя, Жун! Ты спугнул мою цыпочку!
Затем он закинул руку Жун Гуану на шею и, придвинувшись ближе, заговорщически ухмыльнулся:
— С тебя дюжина!
— Да где я их возьму? Я ни одной не знаю… Кстати, а как же те две вчерашние?
При упоминании вчерашних спутниц на лице Лукаса отразилась неловкость — ведь тогда он рассчитывал затащить в постель сразу обеих, устроив классическую сцену «один дракон и два феникса».
Однако добиться желаемого ему так и не удалось: сразу после ужина девушки упорхнули.
Впрочем, совсем без трофеев он не остался — на прощание каждая поцеловала его в щёку.
— Это в знак благодарности, Лукас, — сказала тогда блондинка после поцелуя и кокетливо подмигнула.
И удержать их он так и не сумел…
Вопрос друга заставил Лукаса вспомнить вчерашнее фиаско, о котором хотелось забыть. Он махнул рукой, переводя тему:
— Да ну их, не будем об этом, Жун. Ты всё ещё тренируешься?
— Да, тренируюсь, — кивнул Жун Гуан.
— И давно ты этим занимаешься?
Жун Гуан ненадолго задумался:
— С двадцать первого числа.
Сегодня было двадцать седьмое мая, а значит, он тренировался на этом пляже уже шестой день.
— Почти неделю?
— удивился Лукас.
— Мне пора продолжать, Лукас, — снова кивнул Жун Гуан.
— Иди дальше ищи своих красоток.
Однако Лукаса вдруг разобрало любопытство: в чём же заключается сегодняшнее занятие? Если вчерашний забег со стариком на спине ещё можно было с натяжкой назвать силовой нагрузкой, то что происходит сейчас? Разве для игроков их уровня обычная пробежка по велодорожке — это тренировка?
— Не обращай на меня внимания, Жун, — покачал он головой.
— Я просто посмотрю со стороны.
Жун Гуан больше не стал отвлекаться и бросил орех под ноги.
Проследив за его движением, Лукас спросил:
— Что это?
Обычные китайские грецкие орехи в Бразилии почти не встречаются: эта тропическая страна изобилует сочными фруктами, а такие орехи там попросту не растут. Местным жителям знаком лишь пекан, который они называют «орехом долголетия»
— продолговатый плод с тонкой скорлупой и хрустящим ядром.
Внешне он сильно отличается от привычного китайского собрата.
— Китайский грецкий орех, — коротко бросил Жун Гуан.
Услышав ответ, Лукас удивился ещё сильнее. Зачем кидать орех на землю?
Но в следующее мгновение он увидел, как Жун Гуан принялся пинать этот орех ногами!
И это тренировка?
Скорлупа непредсказуемо подскакивала на асфальте, вынуждая Жун Гуана постоянно менять траекторию движения: он бросался то влево, то вправо, а порой после одного-единственного касания ему приходилось менять направление бега по нескольку раз подряд…
Заинтригованный Лукас пристроился рядом, побежав по обочине. О знакомствах с девушками он напрочь забыл.
Преодолев так несколько сотен метров, он увидел, как орех вылетел за пределы дорожки и зарылся в песок.
— А-а-а-а!! Чёрт! Чёрт!
Увидев реакцию друга на вылетевший за линию орех, Лукас опешил: вместо того чтобы просто поднять его, Жун Гуан задрал голову к небу и взвыл, да так, словно в его голосе звучала вселенская скорбь!
Да что стряслось-то? Ну выкатился орех и выкатился — подними да беги себе дальше. Стоило ли так убиваться?
Выпустив пар, Жун Гуан покорно сошёл с велодорожки и подобрал орех. Однако пинать его дальше он не стал — зажав скорлупу в кулаке, он развернулся и припустил в обратную сторону.
— Ты куда, Жун?
— нагнал его Лукас.
— Начинать заново, — сквозь зубы процедил тот.
— Заново? Что заново?
— Орех вылетел за пределы дорожки, так что мне придётся вернуться на старт и пробежать всё с самого начала, — коротко пояснил Жун Гуан с нескрываемой досадой в голосе.
— С какого ещё старта?
— не понял Лукас.
Жун Гуан махнул рукой куда-то вперёд:
— Вон оттуда.
— Откуда именно?
— перед ними расстилался бескрайний берег, и Лукас понятия не имел, на какое место указывает друг.
Жун Гуан и сам не мог назвать точный ориентир, поэтому сверился с шагомером на запястье и озвучил цифру:
— С отметки в семь километров. Проклятье, мне ведь оставалось всего три километра до финиша… А-а-а!
— ругаясь на чём свет стоит, он ускорил шаг. Поскольку вести орех сейчас не требовалось, бежал он заметно быстрее.
Лукас же, услышав названную цифру, едва не запнулся на ровном месте и замер как вкопанный.
Семь километров?
Он поднял взгляд и всмотрелся вдаль. Насколько это далеко — семь километров, он представлял слабо, как не знал и того, находится ли вообще та точка в пределах прямой видимости.
Он лишь ошеломлённо глядел вслед другу. Где-то там начинался маршрут Жун Гуана, и стоило ему допустить одну ошибку, как приходилось возвращаться на исходную, даже если до заветной цели оставалось каких-то три километра…
Три километра до конца? Стоп! Значит, вся дистанция составляет десять километров?!
И все эти десять километров нужно пройти без единой помарочки, на одном дыхании! Оступился — возвращайся на старт, и плевать, сколько ты уже успел отмахать: пару сотен метров или несколько километров… Но ведь скорлупа грецкого ореха вся в рытвинах, отскок у неё совершенно непредсказуемый, а значит, за линию он вылетает сплошь и рядом!
Выходит, на самом деле Жун Гуан пробегает куда больше десяти километров. Может, двадцать, а то и все тридцать…
Так вот в чём суть его тренировки?
Осознав это, Лукас невольно передёрнул плечами — от одной только мысли о подобной нагрузке ему стало не по себе.
Когда он наконец очнулся от своих дум и снова посмотрел вдоль дорожки, Жун Гуана уже и след простыл. Его фигура растворилась вдали.
※※※
Лукас простоял на том же месте очень, очень долго, прежде чем вновь увидел приближающегося друга. Судя по всему, за это время тот успел ошибиться ещё не раз и неизменно возвращался на старт.
Сам не понимая почему, Лукас вдруг крепко сжал кулаки, всем сердцем болея за товарища. Хоть бы тот снова не упустил этот треклятый орех за линию прямо сейчас… Ведь тогда им даже перекинуться парой слов не удастся — Жун Гуан тут же развернётся и помчится обратно.
К счастью, на сей раз обошлось: когда Жун Гуан поравнялся с Лукасом, орех продолжал послушно скакать в пределах асфальтовой полосы.
— Жун!
— торопливо окликнул его Лукас, пока тот не нанёс очередной удар.
У него на языке уже давно вертелся один вопрос.
— Тот старик за тобой присматривает?
— спросил он, опасливо озираясь по сторонам.
Лукас рассудил, что дед, которого Жун Гуан вчера таскал на своём горбу, и есть его нынешний «тренер».
— Нет, — качнул головой Жун Гуан.
Где обычно пропадает Старый бессмертный и чем занимается в течение дня, парень и сам понятия не имел. Во всяком случае, во время упражнений с орехом тот на глаза не показывался. Жун Гуан видел его лишь ранним утром, в полдень да поздним вечером. Днём и перед сном старик делал ему массаж, а по утрам, когда парень выбирался из палатки, наставник ещё крепко спал.
— Тогда чего ради ты строишь из себя дурачка?
— изумился Лукас.
— Выкатился орех — ну так подними его и беги себе дальше! Зачем всё выполнять так буквально?
По мнению Лукаса, его друг вёл себя как круглый идиот! Если над душой никто не стоит, почему бы не схалтурить? Сам он поступал так постоянно, доведя это умение до автоматизма.
Однако Жун Гуан решительно покачал головой:
— Так нельзя, Лукас.
— Это ещё почему?
— Потому что Старый бессмертный терпеть не может лодырей и хитрецов, — со всей серьёзностью ответил тот.
Лукас лишь закатил глаза, окончательно утвердившись в мысли, что у его приятеля не все дома.
Не став тратить дыхание на рассказы о том, насколько велик и прозорлив его наставник, Жун Гуан снова поддел носком орех и устремился вперёд.
Проводив взглядом его удаляющуюся спину, Лукас криво усмехнулся:
— Ну и болван!
※※※
Когда Жун Гуан наконец одолел десятикилометровую дистанцию и доплёлся до лагеря, Старый бессмертный уже приготовил ему обед.
Сэндвич. Самый заурядный сэндвич. Еда была до смешного простой — настолько скромной, что на фоне пролитых рек пота и колоссальных затрат энергии она казалась сущей насмешкой.
Впрочем, к еде Жун Гуан даже не притронулся. Добравшись до палатки, он замертво рухнул внутрь, не в силах пошевелить и пальцем. От дикой усталости аппетит пропал начисто. Шёл уже седьмой день тренировок, а его организм всё ещё мучительно привыкал к новым нагрузкам.
Когда Лукас разыскал в кемпинге палатку друга, тот так и лежал ничком, а его ноги торчали наружу. Если бы не знакомые чёрные шорты, Лукас наверняка прошёл бы мимо. Но эта деталь гардероба врезалась ему в память, поэтому, едва зацепившись за неё взглядом, он сразу узнал Жун Гуана, пусть тот и лежал лицом вниз.
Парень валялся без футболки, а его шорты от самого пояса покрывали белёсые разводы. Пропитавший ткань пот высыхал под солнцем, оставляя на чёрном фоне чёткую соляную кромку. Чуть ниже виднелась вторая такая же полоса, за ней — третья, четвёртая… Они шли каскадом вниз, удивительно напоминая годичные кольца на спиле дерева.
Кольца на стволе хранят память о прожитых деревом годах. А эти соляные разводы хранили память о пролитом поте, безмолвно свидетельствуя о том, через какие муки прошёл Жун Гуан.
«Да уж, уму непостижимо…
— подумал Лукас.
— Я бы так точно не выдержал! Чистое безумие! Вокруг столько радостей жизни: ласковое солнце, горячий песок, морской прибой и толпы красоток в крошечных бикини… Живи да радуйся! Зачем гробить молодость на подобное самоистязание? Либо Жун тронулся умом, либо этот его дед. Хотя, скорее всего, они оба хороши!»
Глядя на измождённое тело товарища, Лукас почувствовал, как в груди закипает праведный гнев. Он ни на секунду не сомневался: старик — обычный шарлатан, который самым бессовестным образом пудрит мозги доверчивому Жун Гуану! И как верный друг, он просто обязан вырвать приятеля из цепких лап этого проклятого проходимца!
Развернувшись на пятках, Лукас решительно зашагал прочь.
※※※
— Эй, ты! Старик!
Отдыхавший в полудрёме Жун Гуан вдруг услышал снаружи знакомый голос. Кажется, Лукас решил наехать на Старого бессмертного? С трудом оторвав потяжелевшее тело от земли, парень развернулся и торопливо выбрался из палатки.
Снаружи его глазам предстала живописная картина: Лукас стоял, обвиняюще тыча пальцем прямо в наставника.
— Пока Жун там жилы рвёт, ты тут на девок пялишься?! И это тот самый великий «бессмертный», о котором он мне все уши прожужжал? Думаешь, я не вижу, чем ты тут промышляешь?! Да я в этом деле собаку съел, меня не проведёшь!
Стоявший к нему спиной старик выслушал эту гневную тираду, после чего медленно повернул голову и спокойно посмотрел на юношу:
— Вот как?
— Лукас? Ты как здесь оказался?
— изумился подоспевший Жун Гуан.
— Иди отдыхай, Жун. Сейчас я выведу этого шарлатана на чистую воду! Никакой он не «Старый бессмертный», каким ты его малюешь, а самый обычный пройдоха и псих!
— Лукас и не думал опускать руку. В эту минуту его распирало от гордости за собственный благородный порыв. Интересно, а заметила ли хоть одна местная красотка, как мужественно и героически он сейчас выглядит, заступаясь за друга?
От этой мысли он невольно принялся косить глазами по сторонам, выискивая в толпе восторженных поклонниц. Увы, вокруг никого не наблюдалось. Зато над самым ухом вновь раздался невозмутимый голос старика:
— Ты футболист?
Перестав вертеть головой, Лукас горделиво выпятил грудь:
— Я профессиональный игрок!
Вообще-то взрослый контракт он ещё не подписал… Но разве такая мелочь могла помешать ему прихвастнуть перед незнакомцем?
Старик перевёл палец на застывшего рядом Жун Гуана:
— И кто из вас двоих играет лучше?
Лукас уже открыл было рот, чтобы не задумываясь выпалить: «Конечно же, я!»
— но слова застряли у него в горле.
Ещё четыре месяца назад он ответил бы так без малейших колебаний, но сейчас — не мог. Будучи ближайшим другом Жун Гуана, он собственными глазами наблюдал за тем, как полный профан, не знавший даже элементарных правил, превратился в игрока, способного забить победный мяч в ворота «Коринтианса» и принести «Сан-Паулу» последний в истории кубок турнира Рио — Сан-Паулу.
А смог бы так он сам?
У него не находилось ответа. Пришёл сюда с грозным видом обличать старого пройдоху, а в итоге сам же и стушевался после первого же встречного вопроса. От осознания этого Лукаса захлестнула волна жгучей досады на самого себя.
Заметив его заминку, старик едва заметно улыбнулся, огладил длинную бороду и, заложив руки за спину, негромко произнёс:
— Выходит, ты ему уступаешь.
Признавать правоту старого шарлатана, смотрящего на него свысока, было невыносимо обидно. Однако кривить душой и заявлять о своём превосходстве прямо в лицо Жун Гуану Лукас тоже не мог — оставалось лишь проглотить горькую пилюлю, ведь…
— Да он вообще монстр! Кто с ним тягаться-то сможет?
И то верно: добиться подобного прогресса и набрать такую мощь всего за четыре месяца — разве обычному человеку такое под силу?
— А ты хочешь стать сильнее?
— неожиданный вопрос старого прохвоста застал юношу врасплох.
Хочешь стать сильнее?
Эта короткая фраза эхом заметалась в голове Лукаса, разрастаясь с каждой секундой, пока наконец не заполнила собой всё его сознание. Он шёл сюда, чтобы вывести мошенника на чистую воду, но, кажется, сам того не заметив, заглотил брошенную им наживку…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Как перевод?
Оцените качество перевода этой новеллы.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…