Глава 23. Она не ровня Цзян Тяньхэну
Тем временем Шэнь Юэ и Цзян Тяньхэн уже добрались до родового поместья.
Поместье располагалось за городом, вокруг было очень тихо, и Шэнь Юэ, которая поначалу не волновалась, вдруг почувствовала, как на душе стало неспокойно.
Цзян Тяньхэн, словно прочитав её мысли, подошёл и взял её за руку.
Тепло, исходившее от его ладони, мгновенно успокоило Шэнь Юэ, и они вдвоём, плечом к плечу, вошли в дом семьи Цзян.
В родовом поместье обычно жило немного людей — только Старый господин Цзян да дядя и тётя Цзян Тяньхэна. Но сегодня все знали, что Цзян Тяньхэн возвращается, да ещё и с женой, так что всякие там тётушки и бабушки тоже понаехали.
Цель у всех была одна — посмотреть, что за женщина вышла замуж за Цзян Тяньхэна. Ведь Цзян Тяньхэн — единственный сын в семье Цзян, и та, кто будет ему парой, непременно должна быть выдающейся.
И как только Цзян Тяньхэн с Шэнь Юэ переступили порог, к Цзян Тяньхэну тут же подлетела маленькая фигурка.
С детским голоском: — Братец Тяньхэн, ты наконец-то вернулся! Жотян так по тебе скучала! Ты сколько уже ко мне не приезжал!
На лице Цзян Тяньхэна промелькнула лёгкая беспомощность, но вместе с тем и мягкость.
— Братец же в последнее время занят был.
— А затем он представил её: — Жотян, познакомься, это твоя невестка, Шэнь Юэ. А это дочь моего дяди и тёти, Цзян Жотян.
Шэнь Юэ улыбнулась и поздоровалась с милой девочкой: — Жотян, привет!
И правда, гены у семьи Цзян отменные. Про внешность Цзян Тяньхэна и говорить нечего, а эта Цзян Жотян — просто кукла Барби.
Шэнь Юэ сама не заметила, как в душе у неё зародилось предвкушение — а какими будут их с Цзян Тяньхэном дети?
Но Цзян Жотян, похоже, Шэнь Юэ невзлюбила. Она уставилась на неё своими чёрными глазами и недовольно спросила: — Ты и есть та женщина, на которой женился братец?
Как только Цзян Жотян это сказала, тётя Цзян Тяньхэна, Лю Нин, стоявшая рядом, строго одёрнула её: — Жотян, нельзя быть такой невежливой! Шэнь Юэ — жена твоего брата, ты должна звать её невесткой.
Цзян Жотян сердито уставилась на мать, в её упрямых глазах, казалось, вот-вот появятся слёзы: — Не хочу! Она совсем не пара братцу! И потом, братец говорил, что женится на мне! Братец не держит слово! Ты больше не любишь Жотян! Я не хочу с вами разговаривать!
С этими словами Цзян Жотян, вытирая слёзы, выбежала за дверь.
Лю Нин на мгновение растерялась, а затем, смущённо обращаясь к Шэнь Юэ, произнесла: — Шэнь Юэ, прости, пожалуйста. Жотян ещё маленькая, не понимает, что говорит.
Цзян Тяньхэн тоже стоял рядом в некоторой растерянности — он мог поклясться, что никогда не говорил ничего подобного.
Шэнь Юэ улыбнулась: — Ничего страшного, тётя.
И правда, обаяние у Цзян Тяньхэна огромное — даже такой ребёнок в него влюбился.
Помолчав, Шэнь Юэ снова заговорила: — Тётя, может, мне выйти и посмотреть, как она там?
Лю Нин, казалось, колебалась. Она прекрасно знала характер своей дочери — та с детства была без ума от Цзян Тяньхэна. А вчера, узнав, что он женился, она разрыдалась в голос. Если сейчас Шэнь Юэ выйдет к ней, не подольёт ли она масла в огонь?
Шэнь Юэ заметила сомнения Лю Нин и снова заговорила: — Тётя, мы теперь одна семья. Этот конфликт рано или поздно придётся уладить, верно?
Тут Лю Нин кивнула, решив, что Шэнь Юэ говорит дело, и с некоторым одобрением посмотрела на эту женщину.
Шэнь Юэ взглянула на Цзян Тяньхэна и, получив его молчаливое согласие, медленно вышла.
После ухода Шэнь Юэ остальные в зале начали тихо переговариваться.
А ведь слова Цзян Жотян были не лишены смысла — Шэнь Юэ совсем не ровня Цзян Тяньхэну.
Все, узнав о женитьбе Цзян Тяньхэна, принялись наводить справки о происхождении Шэнь Юэ. Хоть она и считалась барышней из богатой семьи, до Цзян Тяньхэна ей было далеко. А особо дотошные выяснили, что отношения Шэнь Юэ с семьёй Шэнь складываются неважно. Так что по сути никакой поддержки за ней не стояло.
Но кто ж виноват, что она беременна. Есть поговорка: «Мать ценится за ребёнка». Хотя каждый был о своём, никто не посмел сказать это вслух при Цзян Тяньхэне.
Вскоре Цзян Тяньхэн беседовал в гостиной со старшими. Он прекрасно видел, как все относятся к Шэнь Юэ, но он, Цзян Тяньхэн, женился на женщине, а не на деньгах.
Ему не нужно, чтобы у неё было блестящее происхождение. Достаточно того, что есть он, Цзян Тяньхэн.
В это время вернулась Шэнь Юэ, пробывшая какое-то время снаружи, ведя за руку Цзян Жотян.
А Цзян Жотян, держа Шэнь Юэ за руку, улыбалась, хоть глаза у неё ещё были красноватыми.
Цзян Тяньхэн улыбнулся — он и не сомневался, что такая мелочь Шэнь Юэ не одолеет. Почему-то, когда она выходила, он тоже испытывал к ней безотчётное доверие.
Лю Нин тоже опешила. Уже всё улажено? Она посмотрела на Шэнь Юэ, и ей вдруг стало любопытно, как та справилась с её дочерью.
Но всё же она первым делом отчитала дочь: — Вот же неразумный ребёнок! Живо извинись перед невесткой!
Цзян Жотян надула губки: — Мамочка, я уже извинилась, и невестка меня простила.
Увидев это, Лю Нин с облегчением улыбнулась: — Шэнь Юэ, право, неудобно. Ты уж прости нас.
— Что вы, тётя. Жотян — прелестный ребёнок.
На самом деле Шэнь Юэ за дверью не говорила ничего особенного. С детьми главное — терпение.
Цзян Жотян ещё мала и не понимает, что такое любовь. Её чувство к Цзян Тяньхэну — лишь детская привязанность младшей сестры к старшему брату.
А в душе Цзян Жотян считала, что раз у Цзян Тяньхэна появилась жена, он больше не будет её так баловать. Поэтому она и возненавидела Шэнь Юэ.
Шэнь Юэ же просто сказала ей, что Цзян Тяньхэн не перестанет её любить. Наоборот, теперь они вместе с Цзян Тяньхэном будут любить её, и любящих её людей станет только больше.
А поскольку от Шэнь Юэ самой веяло простотой и доступностью, Цзян Жотян постепенно раскрылась.
Цзян Жотян улыбнулась, глядя на Лю Нин, и сказала: — Мамочка, невестка сказала, что я скоро стану старшей сестрёнкой и должна учиться быть послушной.
Лю Нин опешила, перевела взгляд на живот Шэнь Юэ и сразу всё поняла.
Да и кто в зале не знал, что Цзян Жотян — принцесса, которую не так-то просто умаслить. Но она только что злилась, и вот уже через минуту всё уладилось. Похоже, в этой Шэнь Юэ что-то есть.
После этого случая все стали смотреть на Шэнь Юэ другими глазами.
Цзян Тяньхэн представлял её всем по очереди, и Шэнь Юэ вежливо здоровалась с каждым.
Держалась она как истинная барышня из приличной семьи — с достоинством и без излишней манерности.
Стоя рядом с Цзян Тяньхэном, они смотрелись вполне гармоничной парой. За время вечера Шэнь Юэ получила немало красных конвертов с деньгами.
К вечеру с верхнего этажа медленно спустился Старый господин Цзян.
Хотя ему было уже за шестьдесят, он не утратил своей внушительной, властной ауры. Все в зале словно разом посерьёзнели.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…