Глава 11. 1
«Где это я?.. Меня спасли?»
Очнувшись, я обнаружила, что лежу в незнакомом месте.
Было очевидно, что это не больница, да и эта постель находилась вовсе не в моём особняке.
Почувствовав неладное, Момока поднялась с жёсткой кровати и заглянула в зеркало.
Там она увидела совершенно нетипичные для японки розово-бежевые волосы и большие золотистые, словно мёд, глаза.
Из отражения на неё определённо смотрела не Момока.
Левую сторону лица скрывали бинты, сквозь которые проступала кровь.
«Ребёнок лет десяти? Почему я здесь? Повязка на левой половине лица, этот цвет волос и глаз… Точь-в-точь как у госпожи Серенити из романа, который я только что читала…»
Знакомая до боли картина.
Разглядывая эти черты, она в изумлении широко распахнула глаза.
— Ай…
Кожу стянуло от резкой боли, и она прижала руку к повязке.
Боль Серенити ощущалась совсем как её собственная.
Нахмурив брови, девочка подняла голову.
Серенити часто-часто заморгала, а затем, словно проверяя ощущения, коснулась щеки заметно уменьшившейся ладошкой.
— Ох!..
Воскликнув, она задумалась на полминуты и наконец пришла к единственному выводу.
«Я… я стала Серенити!..»
Девочка была совершенно ошарашена: она и представить себе не могла, что окажется на месте Серенити — героини романа, который читала буквально перед этим.
«Эта боль… Неужели я и правда превратилась в Серенити? К тому же мне отлично знаком подобный сюжет! Это ведь то самое модное перерождение в другом мире, верно?»
Воспоминания о том времени, когда она была Момокой, сохранились предельно отчётливо.
«Подумать только, я действительно стала Серенити».
Осознав всё это, Момока… вернее, уже Серенити, радостно засияла.
Но главное — даже встав с кровати и подойдя к зеркалу, она совсем не задыхалась.
Только сейчас она смогла в полной мере ощутить, какое же это чудо.
Раньше единственным способом выбраться во внешний мир, не вставая с постели, для неё было погружение в романы.
Целыми днями коротая время за книгами, Момока мечтала о том, чтобы, как и все остальные, вволю бегать на свежем воздухе.
«Повязка ещё на месте, а значит, госпожа Серенити совсем недавно получила ранение… Выходит, сейчас время сразу после того чаепития, и госпоже Серенити двенадцать лет!»
Пока Серенити размышляла, пытаясь разобраться в ситуации, в дверь постучали.
— Да, — отозвалась она, и дверь медленно отворилась.
Однако, заметив стоящую перед зеркалом Серенити, вошедшая горничная горестно поморщилась.
— Барышня Серенити, как вы себя чувствуете?
— …А?
— Может быть, зеркало всё-таки лучше убрать?
— Ах, точно! Ты ведь… Мариана, верно?!
— Э?.. А, да. Я Мариана, но…
Горничная Мариана, с аккуратно собранными каштановыми волосами, которая заботилась о Серенити с самого детства, недоумённо смотрела на свою госпожу.
Серенити снова взглянула в зеркало и прижала руку к повязке на левой щеке.
Саднящая, жгучая боль ясно давала понять, что всё это — реальность.
Затем, привлечённая приятным ароматом, Серенити заглянула за спину Марианы, где стояла сервировочная тележка.
Девочка пристально уставилась на тёплый чёрный чай и сэндвичи, как вдруг Мариана снова заговорила:
— Барышня Серенити, с тех пор как вы очнулись, вы совсем ничего не ели. Вам нужно хоть немного перекусить…
— Ой, и правда.
— Да. Как вы думаете, сможете что-нибудь съесть? — обеспокоенно спросила Мариана.
Стоило Серенити обратить на это внимание, как она тут же почувствовала сильнейший голод и схватилась за живот.
В прошлой жизни из-за лекарств и неподвижного образа жизни у неё совсем не было аппетита, поэтому раньше ей никогда не доводилось испытывать такого голода.
Ощутив его впервые, она сперва даже не поняла, что происходит, но слова Марианы всё расставили по своим местам.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…