Глава 16. Дядька размышляет об экологии обезьян
Покрытый белой шерстью заклятый враг всех мужчин — Безумный примат.
Даже самцы этих монстров набрасываются на человеческих мужчин и совершают с ними кое-что непристойное.
Неизвестно, откуда у них взялась такая повадка, но в данный момент целомудрие всех присутствующих мужчин, включая рыцарей, висело на волоске.
— Ничего не поделаешь. Придётся мне её прикончить... хоть и жутко не хочется.
— В-вы в своём уме, господин Зерос?.. Эта тварь ведь...
— Герой... Среди нас настоящий герой!
— О-о... Боже...
— Эй вы, а ну быстро в бой!
— И вы ещё называете себя мужчинами?
Женщины-рыцари смерили своих коллег-мужчин ледяными взглядами.
Однако тем не хватало храбрости, чтобы внять их упрёкам.
Будь перед ними обычные разбойники, они бы, несомненно, отстояли свою рыцарскую честь.
Но сейчас им противостояло существо, опасное совсем в ином смысле. Неудивительно, что они струсили.
Даже их капитан Ареф попятился при виде Безумного примата.
— Требовать от нас такого только потому, что мы мужчины — это дискриминация!
— Мы тоже много чего боимся!!
— А эта тварь... вообще за гранью!! Сами с ней и деритесь, я пас!
— Н-ну и трусы...
— в один голос протянули девушки.
Рыцари оказались совершенно бесполезны, пусть и по весьма специфической причине.
Откровенно говоря, Зерос и сам меньше всего на свете хотел связываться с этим монстром, но если не прикончить его здесь и сейчас, масштабы ущерба — в самых разных смыслах — будут катастрофическими.
А всё потому, что уровень Безумного примата внушал серьёзные опасения.
=========================
Безумный примат Ур. 204
ОЗ 1023/1023
ОМ 311/311
=========================
— Уровень выше, чем у Химеры, а здоровья меньше... Как это понимать?
— Вероятно, перед нами низший вид до эволюции? Скорее всего, от него ответвляются другие особи.
Иными словами, при переходе в высший вид уровень сбрасывается до 1-го.
Зато базовые характеристики становятся несоизмеримо выше, чем до эволюции.
Химера была куда сильнее Безумного примата, а значит, эволюционировала как минимум один раз.
Ещё бы, ведь её атаковали целой толпой, а полоска здоровья убывала до смешного медленно.
«Значит, здесь есть эволюция... Я, конечно, думал, что этот мир похож на игру, но местные законы природы и правда пугающе близки к игровым».
Раньше Зерос не особо верил тому, что было написано в письме богини.
Для внезапной эволюции живому существу нужны особые условия, а мир, где можно мгновенно мутировать просто за счёт поднятия уровня, слишком далёк от естественных законов природы.
В большинстве игровых миров эволюция — это феномен, при котором особь, накопившая достаточно опыта и выполнившая определённые требования, преображается в более могущественного монстра.
Опираясь на здравый смысл, Зерос полагал, что в этой реальности эволюция с высокой вероятностью происходит лишь при совпадении внешних условий среды.
Ведь если бы требовался только уровень, вся округа уже кишела бы эволюционировавшими тварями.
Как-никак, в Великой Тёмно-Зелёной Зоне Фарфран обитало множество свирепых монстров, ведущих ожесточённую борьбу за выживание.
Слабым особям здесь было попросту не выжить.
— Выходит, средний уровень монстров в этих краях колеблется от 100 до 300?..
А раз так, то ученикам и рыцарям предстояло прокачаться до таких же значений, иначе им было не уцелеть.
За оставшиеся четыре дня эту проблему было никак не решить.
Более того, беда не приходит одна.
Повысившие уровень ученики и рыцари страдали от жесточайшего упадка сил во всём теле.
Это был побочный эффект стремительной прокачки: организм просто не успевал перестраиваться под обретённую мощь.
Повышение уровня — это процесс поглощения части души поверженного монстра и преобразования её в собственную силу.
Плоть становится крепче и выносливее, но слишком резкие перемены вызывают в теле сбои.
Сейчас все они выбились из сил настолько, что едва могли защитить себя, а из-за череды принудительных повышений уровня собственные тела слушались их с большим трудом.
— И всё же...
Зерос перевёл взгляд на самку Безумного примата.
— Аха-а-ан ♡ Хлюп...
— донеслось от неё.
«...Плакать хочется. Я сейчас зарыдаю от всего сердца...»
...Его охватило отчаяние.
Утерев текущую изо рта слюну, самка Безумного примата принялась раз за разом скрещивать лапы, издавая характерные шлепки: «Чпок! Чпок!».
Казалось, она уже была во всеоружии.
Безумный примат явно рвался в «бой».
— Ха-а... Как же не хочется-а...
Приговаривая это, он положил ладонь на рукоять висевшего на поясе меча и понемногу... шаг за шагом ускоряясь, рванул прямо на Безумного примата.
Почуяв угрозу от стремительно приближающегося Зероса, обезьяна воспользовалась присущей её виду прыгучестью и отскочила назад, пытаясь разорвать дистанцию с опасным противником.
Вот только Зерос не собирался её упускать.
— «Рассекающая Ласточка»!
Прыжки в воздух бывают полезны в зависимости от ситуации, но в поединке один на один толку от них мало.
От рубящего удара, от которого на земле легко уйти шагом назад, в безопорном пространстве увернуться невозможно.
Прежде чем обезьяна коснулась земли, лезвие «Рассекающей Ласточки» разрубило тело Безумного примата пополам.
Рубящий удар, срывающийся с клинка лезвием чистой магической силы — это и была «Рассекающая Ласточка».
Безумный примат погиб мгновенно, рухнув на землю и залив всё вокруг потоками крови и внутренностями.
Задержаться здесь было роковой ошибкой с его стороны.
— Что ж, снимем шкуру. Надеюсь, её удастся продать хоть сколько-нибудь выгодно...
— Уо-о-о-о!! Слава герою!!
— грянул дружный хор.
Не ведая о том, что творилось у него на душе, рыцари разразились бурными овациями.
Они до такой степени боялись Безумного примата, что готовы были превозносить спасителя как героя.
Пребывая в глубочайшем унынии, Зерос принялся за разделку.
・
・
・
=========================
【Мех белой обезьяны】
Мех Безумного примата высочайшего качества, продаётся за огромные деньги.
В основном используется для пошива пальто для знати, пользуется бешеной популярностью среди благородных дам.
Ценится за красивый глянцевый ворс и незапятнанный белоснежный цвет.
Торговцам крайне трудно достать этот мех, из-за постоянного дефицита цены на него взвинчены до небес.
Славится тем, что охотники, решившие быстро разбогатеть на его добыче, неизменно пропадают без вести.
=========================
«„Незапятнанный белоснежный“?.. Да сам владелец этой шкуры осквернён дальше некуда!..»
— мысленно поспорил он с результатами «Оценки».
Похоже, натура самой обезьяны и товарная ценность её шкуры были вещами совершенно разными.
Купцы сбивались с ног в поисках этого товара, даже не подозревая, что «Мех белой обезьяны» принадлежал Безумному примату.
Более того, торговцы в большинстве своём жили в землях, где монстры встречались редко, а потому их познания о чудовищах стремились к нулю.
Проще говоря, Безумные приматы никогда не покидали пределов Великой Тёмно-Зелёной Зоны Фарфран, так что у людей просто не было возможности узнать, что это за твари такие.
В результате купцы нанимали для добычи меха наёмников, вот только назад никто из них уже не возвращался.
Изредка находились счастливчики, приносившие шкуры на продажу, но в основном это было то, что им случайно посчастливилось подобрать в лесу.
Торговцам ничего не оставалось, кроме как копить эти редкие шкуры и сшивать их вместе, чтобы получить готовый товар.
Из-за такого положения дел среди наёмников заказы на поставку «Меха белой обезьяны» пользовались дурной славой «дьявольских поручений».
— Подумать только, знаменитый «Мех белой обезьяны»... снимают с такого чудовища...
— В академии одна особа так хвасталась манто из этого меха... Брр, теперь я ей ни капельки не завидую.
— Теперь понятно, почему наёмники не возвращаются. Эти твари их всех сожрали... в другом смысле слова.
— Какой ужас... Как же хорошо, что я стал рыцарем...
— И не говори. У нас хотя бы жалованье стабильное, не нужно трястись за каждый грош, как наёмникам.
Они с облегчением выдохнули, радуясь своему рыцарскому званию.
Среди рыцарей были и выходцы из наёмников, пробившиеся наверх собственными силами, ведь это была элитная профессия, требовавшая пройти суровый отбор и сдать экзамены по наукам.
Останься они простыми наёмниками и возьмись за подобный заказ — вполне могли бы хлебнуть настоящего ада.
Ещё никогда в жизни они так сильно не радовались тому, что сумели сдать вступительный экзамен в рыцарский орден.
Однако рыцари кое о чём забыли.
О том, что прямо сейчас они находились в проклятом лесу, где как раз и обитали эти самые Безумные приматы...
— И всё же дела плохи. Провизии почти не осталось.
— Вряд ли одна обезьяна смогла бы столько сожрать. И как она вообще сюда пробралась?
Превозмогая голод, они принялись осматривать окрестности лагеря.
Вскоре выяснилось, что злоумышленники прорыли подкоп с внешней стороны защитной стены.
Забрав еду, они тщательно закопали за собой яму, чтобы скрыть улики, и были таковы.
При всей своей дурацкой внешности обезьяны оказались весьма сообразительными.
— Прорыть такую лазейку... Да ещё и так аккуратно засыпать обратно.
— Неужели их была целая стая?.. Страшно представить, что было бы, столкнись мы с ними нос к носу...
— Да чёрт с ними, нам-то теперь что есть?!
— До прибытия повозки ещё четыре дня... Как нам продержаться всё это время?
— Сидеть без еды и воды? Да вы шутите!
— А ну не срывайся на мне!
На второй день похода им грозил самый настоящий голод.
Глядя на переполошившихся рыцарей, Зерос расплылся в какой-то странно радостной улыбке.
Причём улыбался он от всей души...
— У-учитель? Чему вы так радуетесь?
— А? Неужели у меня такое лицо?
— Наставник... Ты ведь не наслаждаешься этой ситуацией, правда?
— Ну что вы... Вовсе нет. Я ничуть не рад тому, что у меня наконец-то появились товарищи по несчастью...
Память услужливо вернула его на месяц назад, когда он в одиночку блуждал по этому бескрайнему лесу.
Вода у него была, но из еды — одно лишь мясо. Настоящая борьба за выживание, где стоило прекратить охоту, как тут же начинался голод.
Повезло ещё, что он случайно вышел на тракт, а иначе вполне мог бы куковать в диких зарослях по сей день.
К тому же морально он был доведён до такой ручки, что оставался всего один шаг до превращения в первобытного дикаря.
И сейчас он искренне радовался тому, что в этом безумии у него появилась компания.
Да, теперь этим рыцарям вместе с двумя его учениками гарантированно предстояло минимум четыре дня сидеть на чисто мясной диете.
Просто сами они об этом ещё не догадывались.
— Ну ты и гнилой человек...
— Учитель... Как это жестоко.
В него впились колючие, полные холода взгляды.
Но улыбка не сходила с его лица.
— ...Ну же, давайте все дружно разделим это несчастье, а?
— Да ты издеваешься?! Скажи, что ты это не всерьёз!!
— хором взвыли все.
— Я ХОЧУ... ПОДЕЛИТЬСЯ ЭТИМ ГОРЕМ... И С ВАМИ ТОЖЕ.
— Плохо дело... У него совершенно безумные глаза!
Неделя выживания в дикой природе не прошла бесследно, сделав его эмоционально нестабильным.
Это состояние, когда он возвращался к своему тогдашнему настрою, всего через несколько дней за глаза прозвали «Зеросом тех времён» (времён недельного блуждания по лесу).
Более того, судьба рыцарей пройти тем же путём, что и Зерос, была уже предрешена.
Ведь с этого момента им всем предстояло дружно выживать в диких условиях...
В тот день Зерос улыбался так светло и искренне, как никогда прежде.
Улыбка его была поистине ослепительной...
---
Следующие два дня рыцари жили в сущем аду.
В поисках добычи они углублялись в лес, убивали зверьё, разделывали туши и пожирали мясо.
Их быт стал первобытным и до крайности диким.
В этом суровом лесу, где малейшая потеря бдительности означала смерть, на четвёртый день в них проснулись звериные инстинкты.
Они обращали в бегство диких волков, пытавшихся отнять их добычу, устраивали кровавую бойню гоблинам, зарившимся на женщин, и безжалостно кромсали орков, которые сами вздумали поохотиться на людей.
В их глазах больше не было рассудка.
В глубине зрачков тлел опасный огонёк, и сражались они теперь исключительно ради пропитания.
Свалив добычу, они испускали победный рёв, делили скудную пищу между товарищами и исступлённо плясали вокруг костра.
Первобытные инстинкты обнажились в них настолько, что любого монстра, осмелившегося приблизиться к лагерю, они встречали безжалостной, непропорционально жестокой расправой.
Иначе было просто не выжить — настолько опасным местом являлась Великая Тёмно-Зелёная Зона Фарфран.
Вокруг кишело столько хищников, что все они ясно осознали: первые два дня в этих краях им просто сказочно везло.
Сейчас в душах рыцарей не осталось места для сантиментов.
Им было даже не до того, чтобы радоваться или огорчаться очередному повышению уровня.
Вжух!!
Выпущенная стрела насквозь прошила тушку рубящего кролика.
Кролик конвульсивно дёрнулся и безвольно испустил дух.
— У-фу-фу... Мясо моё...
— Тц! Опередила... Где следующая дичь?!
— Тут Мясной орк объявился!
— Отлично! Гаси его!!
И такое творилось на самой окраине Тёмно-Зелёной Зоны, считавшейся сравнительно безопасной.
Нетрудно представить, через какой чудовищный ад пришлось пройти Зеросу, выживавшему в самой её глуши.
Доведённые до предела рыцари поняли: если не выпустить наружу звериное нутро, им здесь не выжить.
Точнее, реальность заставила их это понять.
Примерно раз в час на них нападали оголодавшие монстры.
Большинство атакующих тварей в пищу не годились, лишь впустую отнимая силы, отчего внутри копилась глухая ярость, а времени на передышку не было — следом тут же накатывала новая стая.
И этот кошмар безостановочно повторялся через короткие промежутки времени.
В конце концов... накопившийся в них гнев разом выплеснулся наружу.
Они превратились в настоящих берсерков.
— С-страшно... Что это со всеми сталось?
— Они просто приспособились к этому бескрайнему лесу. Осознали, что здесь не прожить, если не отбросить мягкотелость и не стать безжалостным. Ку-ку-ку...
— ...Только не говори, что и ты туда же...
— Фу-фу... В конечном счёте в этом мире выживает сильнейший. Человеку, изнеженному благами цивилизации, ни за что не уцелеть среди суровой дикой природы.
— Нет, тут явно что-то не так!! Они же натурально тронулись умом!!
— Найти и уничтожить... Не убьёшь ты — убьют тебя, понимаешь? Таковы здешние законы. Фу-фу...
Зерос радостно посмеивался, словно глядя на что-то до боли родное и знакомое.
Он вспоминал самого себя и те дни, когда суровая реальность наглядно показала ему, насколько хрупким и беспомощным был человек, привыкший к жизни в цивилизованном обществе.
Борьба за выживание, начавшаяся с первого же дня после перерождения, породила внутри него свирепого зверя.
И сейчас этот зверь снова пробудился ото сна.
— Капитан! Мы нашли Безумных приматов!!
— Что?! Отлично, отомстим им за нашу еду!! Перебить всех до единого!!
Ареф тоже окончательно озверел.
От прежнего человека, трясущегося в ужасе перед обезьянами, не осталось и следа — теперь им двигало лишь слепое желание рвать врагов на части.
Рыцарский орден, не скрывая хищного, воинственного блеска в глазах, двинулся к логову своих кровных врагов.
— Ну что, пойдёмте и мы. Время реванша!
— Ах... Стоит содрать с человека тонкую шелуху цивилизации, как наружу вылезает зверь...
— Нет... Это неправильно. Здесь всё в корне неправильно!
Но слова Цвайта ни до кого не доходили.
В этом лесу имел вес лишь один язык — язык чистого насилия.
Здешние чащи были слишком беспощадны, чтобы надеяться выехать на одних лишь знаниях и отваге.
Это был мир жестокости, кишащий свирепыми чудовищами, где решали только первобытные инстинкты.
---
Будучи обезьянами, Безумные приматы облюбовали для жизни скалистый участок.
Если присмотреться из тени деревьев, в стае насчитывалось 23 особи.
У них царила строгая иерархия во главе с вожаком, и право на спаривание имели только те, кто стоял на вершине социальной лестницы.
Вот только имелась одна странность...
— Вам не кажется, что самок тут как-то слишком много?
— Если присмотреться, среди них попадаются какие-то странные особи, верно?
— Ага... Даже не поймёшь, самец это или самка...
...Среди белоснежных обезьян затесались особи весьма сомнительного вида.
Пол Безумных приматов определялся, во-первых, по наличию груди, а во-вторых, по лёгким желтоватым прядям в шерсти на голове.
Самцы были мельче самок и отличались поджарым телосложением, тогда как самки, напротив, обладали огромными размерами и бугрящимися мышцами.
Однако у этих непонятных особей комплекция была чем-то средним между самцом и самкой, а на теле имелась как грудь, так и половые органы обоих полов сразу.
Но больше всего вопросов вызывал сам вожак.
=========================
【Королева Алиенеконга】 Ур. 15
ОЗ 3167/3167
ОМ 742/742
=========================
Это была горилла.
Причём самка.
Покрытая лоснящейся зелёной шерстью махина пятиметрового роста, значительно превосходившая размерами Безумных приматов.
По всей видимости, это была эволюционировавшая форма, но даже с учётом обезьяньего родства её исполинская туша выглядела пугающе чужеродно.
Более того, прямо сейчас она грубой силой подмяла под себя самца Безумного примата, вовсю предаваясь процессу размножения.
— Эта горилла что, способна к межвидовому скрещиванию?!
— Прямо как гоблины с орками... Какая... мерзость...
— Слушайте, да там вроде и люди есть! Какие-то мужики, с виду разбойники...
— Туда мы даже смотреть не хотим!!
— хором взмолились парни.
Действительно, в логове виднелось несколько мужчин разбойничьей наружности, но никто не желал лишний раз бросать взгляд в их сторону.
Потому что с ними творили нечто поистине ужасное.
Причём одновременно и спереди, и сзади.
В их глазах давно погас свет разума — с пустыми, ничего не выражающими лицами они лишь хрипло стонали.
— Возможно, я ошибаюсь... но что, если у Безумных приматов вообще не бывает самцов от рождения?
— О чём это ты, наставник?
— Скорее всего, изначально все они рождаются самками, а при наступлении определённых условий часть из них мутирует в самцов...
— Чего-о?!
Стая Безумных приматов состояла исключительно из самок.
Как уже говорилось, у обезьян действовала жёсткая иерархия, где право на размножение принадлежало верхушке стаи, а вот слабые особи при этом принудительно превращались в самцов.
Подобная особенность часто встречается у рыб, но для млекопитающих, да ещё и приматов, это настоящая аномалия.
Определённый уровень стресса вызывал мутацию в генах, приводя к смене пола.
В случае Безумных приматов источником такого стресса, вероятно, служило давление со стороны доминирующих вожаков стаи.
Для слабых особей приказы вожака были абсолютны, и, будучи не в силах противостоять ему физически, они превращались в инструмент для размножения.
Постоянный стресс закреплял слабую особь в мужском обличье, и в отчаянном стремлении вернуть себе женский пол они начинали охотиться на человеческих мужчин.
Если такой примат сумеет доказать, что он сильнее самца из плоти и крови, то сможет подняться выше в иерархии стаи.
Судя по всему, особи промежуточного типа находились как раз в процессе обратного превращения в самку — или, наоборот, мутации в самца.
Короче говоря, родившись женщинами, из-за тяжёлых жизненных обстоятельств они поневоле превращались в трансвеститов.
Если переложить такое на людей, ничего страшнее и вообразить нельзя.
— То есть они нападают на нас только ради того, чтобы вернуть себе прежний облик?
— Выходит... что так. Для стайных животных иерархия играет ключевую роль... особенно в вопросах дележа пищи.
У обезьян право на лучшие и самые большие куски всегда принадлежит вожаку, а остальная стая даже притронуться к еде не смеет, пока босс не насытится.
Следом за ним к трапезе приступают особи рангом пониже, в результате чего самым слабым на дне иерархии зачастую не достаётся вообще ничего, и они голодают.
В суровых условиях Великой Тёмно-Зелёной Зоны Фарфран для слабых особей был важен каждый крошечный кусочек пищи.
Именно поэтому они так отчаянно охотились на самцов и особей из чужих групп, пытаясь доказать собственную силу.
Одержав победу, они утаскивали пленного самца к себе, благодаря чему повышали свой статус в стае.
И вдобавок получали право на размножение.
Разбойники проиграли схватку, а потому оказались на самом дне обезьяньей иерархии.
— Погодите-ка... То есть эти твари считают нас одним с ними видом?
— Принимают нас за своих сородичей?
— ПОХОЖЕ НА ТО-О... ПРОИГРАЕТЕ — И СТАНЕТЕ ВОТ ТАКИМИ ЖЕ, КАК ОНИ.
Там, куда указывал палец Зероса, виднелись жалкие фигуры разбойников.
В каком-то смысле там тоже полным ходом шло извращённое «превращение».
— Но почему тогда они не трогают женщин? Если они считают нас конкурирующей стаей, разве мы для них не враги, которых нужно устранить?
— НАВЕРНОЕ, ИЗБЕГАЮТ ЛИШНЕГО РИСКА-А... ВЕДЬ ЕСЛИ СРЕДИ САМЦОВ ЗАТЕСАЛАСЬ САМКА, ЗНАЧИТ, ОНА ОЧЕНЬ СИЛЬНАЯ ОСОБЬ...
— Да ладно тебе, наставник, чего ты так странно разговариваешь?..
— НАСТОЯЩЕЕ... ИЗВРАЩЕНИЕ, ДА УЖ... ХА-ХА... ВОТ ЖЕ БЕДА-А...
Взгляд Зероса был абсолютно мёртвым.
Не переродись он в этом мире с читерскими способностями, вполне мог бы оказаться на месте тех разбойников.
От одного осознания этого факта разум Зероса в целях самозащиты отключил восприятие реальности и эмоции.
Правда оказалась настолько чудовищной, что его психика наотрез отказывалась её принимать.
— А что с провизией, которую они у нас утащили?..
— СЕЙЧАС ОНА УЖЕ В БРЮХЕ У ВОЖАКА... ХИ-ХИ... СПАСИБО ЗА УГОЩЕНИЕ-Е ♡
— Слушайте, он ведь окончательно сломался, да?
— Если так пойдёт и дальше... учитель ведь и сам в опасности, разве нет?
— Черти волосатые, да мы вас на куски порвём!!
— взревели рыцари.
Обида за отнятую еду страшна.
На поле боя провиант жизненно необходим, а потому сохранность запасов, которые строго отмеряют, готовят и распределяют по пайкам, имеет первостепенное значение.
Для рыцарей, прошедших через бесчисленные суровые тренировки, эта истина была вбита в самую подкорку.
Малейшее расточительство ведёт к голоду всего отряда, поэтому учёт припасов всегда ведётся с предельной строгостью.
И вот эту драгоценную пищу какие-то паршивые обезьяны нагло сожрали.
Такому не было прощения.
И самое главное — украденный провиант был куплен на кровные налоги простых граждан.
Ярость рыцарей пробила критический порог.
— Окружаем их! Каждому приготовить «то самое» и ждать на позиции. По моему сигналу закидываем их!
— Так точно!!
Слаженными, отточенными движениями они разделились на небольшие группы по нескольку человек.
Зайдя с подветренной стороны, рыцари окружили скалистое логово с четырёх сторон и затаились в ожидании.
Двигались они стремительно и бесшумно.
Пустив в ход резко возросшую за последние дни выносливость и недавно обретённые боевые навыки, они готовились обрушить всю свою мощь на заклятых врагов.
— Госпожа Серестина, прошу, подайте сигнал...
— Д-да! «Вспышка»!!
Заклинание ослепляющего света Серестины разорвалось в самом центре обезьяньей стаи.
Внезапная яркая вспышка лишила монстров зрения, и по этому сигналу рыцари со всех сторон дружно метнули в логово какие-то предметы.
Скалы мгновенно заволокло клубами жёлтого и фиолетового дыма.
Тела Безумных приматов сковало параличом, а следом в кровь начал проникать яд.
Это была охотничья хитрость, которой они научились за последние два дня — верный способ гарантированно прикончить дичь.
Пусть это и шло вразрез с кодексом рыцарского боя.
— «Ветер»!!
Управляя магией ветра, Цвайт разогнал парализующий и ядовитый туман так, чтобы он накрыл всю стаю целиком.
Убедившись, что газ подействовал, рыцари разом обнажили мечи и бросились в атаку.
— Сдохните-е-е!!
Обездвиженных параличом и совершенно беспомощных Безумных приматов методично вырезали одного за другим.
В групповом бою основа тактики — лишить противника боеспособности, и стайные монстры здесь не исключение.
Тем более никогда не знаешь, какие козыри могут припрятать чудовища, а потому для верной победы все средства хороши, даже такие подлые.
Ведь в этом лесу малейшая беспечность стоила жизни.
— «Огненная Стрела»!!
— «Громовая Пуля»!!
Чтобы бить наверняка, поверх ударов мечами они добавляли урон магией.
Когда пламя перекидывалось на шерсть, обезьянам приходилось прерывать сопротивление, чтобы сбить огонь, а разряды молний ещё сильнее усугубляли эффект паралича.
Это была не война между людьми, поэтому они без колебаний пускали в ход любые, самые грязные приёмы, лишь бы те работали.
— Добивайте наверняка! По уровню эти твари выше нас!!
— Третий готов!!
— Значит, всего уже семь?
Хоть их уровни и подросли, собственных сил рыцарям всё ещё недоставало.
Однако благодаря грамотному использованию подручных средств им удавалось наносить стабильный и смертоносный урон.
К тому же в этой смертельно опасной зоне вопрос стоял ребром: либо ты, либо тебя. Выживание было превыше всего.
И рыцарской гордости здесь места не было.
О понятиях чести и подлости никто даже не заикался.
Обычных Безумных приматов теснили без особого труда, но на поле боя оставалась ещё одна крайне опасная фигура.
Королева Алиенеконга.
Видя, как истребляют её стаю, Алиенеконга принялась яростно колотить себя кулаками в грудь, пытаясь запугать нападавших.
— Эй, на неё что, яд не подействовал?!
— Быть не может! У неё сопротивление?!
Подпрыгнув в воздух, Алиенеконга с оглушительным грохотом приземлилась на камни и небрежным широким замахом провела длинной лапой по горизонтали.
— Гха-а-а!!
Один из рыцарей, в последний миг успевший подставить щит, от чудовищного удара пробкой улетел на несколько метров.
Следом горилла замахнулась на другого оказавшегося поблизости бойца и со всей дури обрушила кулак сверху вниз.
— Уо-о?!
Он чудом успел отскочить на волосок от гибели, но поднятая ударом взрывная волна подхватила его и швырнула прочь.
— Уа-а-а!!
— Ну и силища! Так вот каков высший вид...
Впрочем, от ярости она явно плохо соображала, потому что тем же ударом разметала в стороны и собственных Безумных приматов.
Ослабленные ядом обезьяны не смогли защититься и погибли на месте — незавидный же у них вожак.
При всей своей исполинской силе умом Алиенеконга явно не блистала.
Увидев разбросанные тела сородичей, которых сама же и угробила, она рассвирепела ещё пуще.
— Сосредоточьтесь на уклонении! Пропустите хоть один удар — костей не соберёте!!
Беспорядочно молотившие воздух ручищи косили Безумных приматов направо и налево.
Вожак стаи крошил собственных подчинённых быстрее, чем это успевали делать рыцари.
Она была не просто глупой — настоящая клиническая идиотка.
— Эта дура совсем берега потеряла, к ней не подобраться!
Рыцари пытались контратаковать, но их клинки просто отскакивали от каменной шкуры монстра.
И тут же в ответ прилетал сокрушительный кулак Алиенеконги.
Выбитый из рук щит со звоном взмыл в воздух.
С немыслимой для такой громадной туши лёгкостью взлетев в прыжке, горилла короткими задними лапами со всего маху приземлилась прямо на одного из пленных разбойников, раздавив его в лепёшку.
Оросив камни фонтаном крови, мужчина мгновенно испустил дух.
— Вот так помирать мне точно не хочется...
— Ужасная смерть, в каком смысле ни посмотри...
Быть до полусмерти затраханным Безумными приматами, а в финале оказаться раздавленным их вожаком Алиенеконгой.
Хуже смерти и не придумаешь.
Несчастные разбойники уже давно лишились рассудка и просто безучастно сидели на месте, путаясь под ногами.
Очередной удар кулака Алиенеконги превратил их в бесформенное кровавое месиво.
Впрочем, возможно, для них смерть стала настоящим избавлением.
— «Оковы Света».
Сверкающие цепи мгновенно оплели Алиенеконгу и вздёрнули её в воздух.
Распятая в небесах с раскинутыми в стороны лапами, она напоминала приговорённого к казни грешника на кресте.
— Господин Зерос?!
— Атакуйте, пока она связана! И будьте предельно осторожны, у неё в запасе могут быть особые атаки!
— Понял! Всем, у кого есть навыки боя на средней дистанции, бить в полную силу! Забейте эту чёртову гориллу до смерти!!
— Магия света: «Благословение Бога».
Заклинание массового усиления отряда — «Благословение Бога».
В этом мире оно относилось к священной магии и считалось поистине легендарным.
Оно значительно повышало физическую и магическую атаку, защиту, а также уклонение всех союзников в радиусе действия.
Кроме того, в течение некоторого времени заклинание непрерывно восстанавливало здоровье и ману, не давая отряду выдохнуться.
А заодно служило сокрушительной атакой максимальной мощи против любой нежити.
Разумеется, и из этого правила бывали исключения, но...
Рыцарский орден в едином порыве уставился на обезьяну, и на их лицах расцвели свирепые, кровожадные оскалы.
— Ну, теперь-то мы её прикончим!!
— в один голос взревели они, огласив скалы совсем не рыцарским кличем...
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…