Глава 49. Вытеснение трупной ци
— Ай, мамочки!
— завопил Ду Цзиньши и бросился к окну, лихорадочно пытаясь выбраться наружу.
Сян Цюэ схватил его и сказал:
— Не так страшно. Они просто заражены трупной ци, у них проявились зомби-инстинкты. Нужно только вывести из них трупную ци, и всё.
Ду Цзиньши, побледнев, затараторил:
— Ты думаешь, я «Обитель зла» не смотрел? Зомби и трупы — одно и то же! Укусил — сразу превращение, как сейчас: хватают всё живое и в рот тащат, будто век не ели.
— Они не зомби. Мне тебе не объяснить. Сиди смирно, снаружи будет опаснее. Там точно есть кто-то, кто по-настоящему превратился в трупа. Если наткнёшься на него и он укусит — тогда точно станешь зомби.
Сян Цюэ высыпал на пол горсть клейкого риса и медленно направился к лежавшим на полу двоим.
Старики, поедавшие курицу, даже не взглянули на него. Сидя на корточках, они пили куриную кровь и закусывали куриными ножками, рты их были перепачканы кровью. Ду Цзиньши пробормотал:
— Я теперь точно есть курицу не буду. Смотреть тошно.
Когда Сян Цюэ подошёл к старикам вплотную, они наконец отреагировали. Бросив окровавленных кур, они уставились на него налитыми кровью глазами, из горла донёсся звук «кхр-кхр», и они медленно поднялись, словно пытаясь схватить Сян Цюэ.
Он отступил на шаг, заставляя их двигаться вперёд, чтобы они наступили на рассыпанный по полу клейкий рис. У подавляющего большинства зомби нет разума, все действия подчинены инстинктам. А люди, заражённые трупной ци, тем более не могут иметь сознания — они находятся в полном оцепенении, даже не понимают, что делают. В лучшем случае они отвечают на атаку, а когда чувствуют голод — пьют кровь и едят сырое мясо.
Увидев, что старики наступили на рис, но никакой реакции нет, Сян Цюэ нахмурился. Ду Цзиньши же запаниковал:
— Брат, это какой-то развод! На них же обувь, рис бесполезен. Ты вообще разбираешься? Я и то понимаю, что ты ненадёжный. Может, лучше сбежим?
Сян Цюэ и не рассчитывал, что клейкий рис или косточки ююбы подействуют. Если говорить о реальном опыте борьбы с зомби, его не было, но вот козырей в рукаве у него было полно.
Выходя из Храма Древнего Колодца, он прихватил с собой немало средств для защиты.
Трупная ци и призрачная ци — не одно и то же, но в конечном итоге сходятся. Призрачная ци образуется из нерассеявшейся души человека после смерти, блуждающей между небом и землёй. Трупная ци — это застоявшаяся ци внутри тела покойника, которая не рассеялась, из-за чего труп впитывает иньскую ци и претерпевает изменения.
И то, и другое относится к нечисти. И даосы, и буддисты имеют средства борьбы с ними. Просто в методах Храма Древнего Колодца нет прямых техник усмирения зомби — в этом деле больше преуспела школа Маошань.
Отступать было некуда — он оказался на кухне. Тогда Сян Цюэ достал два талисмана обездвиживания и прилепил их на лбы обоим превратившимся старикам. Как только талисманы приклеились, они тут же замерли, застыв в шагающей позе.
Сян Цюэ потрогал их тела пальцем. Они были мягкими, без признаков окоченения — такие же, как у обычных людей. Это означало, что трупная ци поразила их недавно. Чем дольше ци находится в теле, тем жёстче становится тело. Если заражение продлится достаточно долго, тело станет твёрдым, как у мертвеца, и тогда наступит настоящее превращение в зомби — спасти уже не удастся.
Сян Цюэ подошёл к старику, расстегнул его одежду и проверил, нет ли на шее следов укуса. Он боялся, что их укусил тот самый превратившийся. Если укушенные прошли несколько дней, их можно только гуманно уничтожить — спасать бесполезно.
К счастью, на обоих не было следов укусов. Сян Цюэ также надрезал ножом их средние пальцы — кровь была ярко-алой, не превратилась в густую чёрную. Он полностью успокоился: с этим справиться будет гораздо проще.
Сян Цюэ развёл руки, обнажив татуировки на ладонях с изображениями Десяти царей ада: Сунди-ван Юй и Угуань-ван Люй. Одновременно он беззвучно прочитал «Сутру усмирения ада Десяти царей». Его руки мгновенно озарились буддийским светом, золотое сияние вспыхнуло и погасло, и Сян Цюэ быстро прижал ладони к груди стариков.
Зомби уже вышли за пределы пяти стихий и не подчиняются кругу перерождений, но люди, заражённые трупной ци, всё ещё считаются живыми существами и находятся в круге перерождений. Десять царей ада управляют шестью путями перерождения и лучше всего подходят для подавления нечисти в этих шести путях.
Когда его ладони прижались к груди, оба старика, на лицах которых были наклеены талисманы, одновременно открыли глаза. Кровавые прожилки в зрачках стремительно исчезли. Из их приоткрытых ртов начала медленно выходить отвратительная вонь, и небольшая струйка чёрного газа вырвалась наружу.
Старики, только что открывшие глаза, снова закрыли их, их тела обмякли, и они повалились на пол. Сян Цюэ сказал Ду Цзиньши:
— Отнеси их на кан. И принеси мне таз чистой воды.
Когда воду принесли, Сян Цюэ проколол свой указательный палец и капнул две капли крови в воду. Размешав, он влил эту воду им в рот.
Он много лет занимался даосскими практиками, поэтому его янская ци была очень сильной. Старики, заражённые трупной ци, уже были истощены. Выпив две капли его крови, они быстро избавились от остатков иньской ци в теле и скоро должны были восстановиться.
Ду Цзиньши молча стоял рядом, наблюдая за действиями Сян Цюэ, и только потом спросил глухим голосом:
— Ты и правда все эти годы уходил в горы с тем даосом, чтобы изучать даосское искусство?
— Ага, двенадцать лет.
Сян Цюэ сел на кан, скрестив ноги, и протянул руку:
— Дай-ка закурить. Нам придётся ждать — они очнутся не раньше рассвета.
Они закурили. Ду Цзиньши вздохнул:
— Я всегда думал, что истории, которые рассказывали о тебе в детстве, взрослые выдумали. Потом, даже когда даос и монах раз в год приходили к вам домой, я считал их дальними родственниками. Никогда не думал, что тебя и правда в младенчестве одержал бес и ты действительно пошёл учиться даосизму.
— Ага. Если бы не встретил своего учителя, я бы и года не прожил — меня бы прикончила та тварь из старой могилы.
Сян Цюэ курил, склонив голову набок, и спросил:
— Тебе, наверное, трудно в это поверить?
— Попробуй остановить на улице первого встречного и спроси — кто, чёрт возьми, поверит? Это же полный бред.
Ду Цзиньши с горечью сказал:
— Если бы знал, тоже пошёл бы с тем даосом и тобой в горы. Мне кажется, у этого дела больше перспектив.
Сян Цюэ усмехнулся:
— А разве твоя мечта была не в том, чтобы пройти через кровавые бури на пути брата Хаонаня?
— Это тоже бред. Кто не хочет спокойной жизни? Плясать на лезвии ножа, рискуя головой — это только больные на голову захотят. Меня просто вынудили обстоятельства.
Ду Цзиньши растерянно сказал:
— Ты вчера говорил, что троица Мин-гэ долго не протянет. А я чем лучше? Я завяз слишком глубоко, уже не вылезти.
Сян Цюэ похлопал его по плечу и сказал очень искренне:
— В нашем деле, чёрт возьми, ещё больше душа болит. Так что лучше уж ты будь своим Хаонань-гэ.
Ду Цзиньши сказал:
— Дело в том, что я боюсь, что и сам долго не продержусь.
— Не бойся, — сказал Сян Цюэ.
— Иди за старшим братом Цюэ, я тебя прикрою.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…