Глава 53. Путь этой серёжки-гвоздика оказался извилистее твоей тайной любви
Не прошло и тридцати секунд после того, как по рации прозвучал приказ, как с другого конца коридора раздался зычный голос Чжао Бэйчэня:
— Сюй Сысы, верно? Будьте добры, окажите содействие. Нам необходимо осмотреть ваши личные вещи.
Чу Фэн наполовину высунулся из дверей конференц-зала и увидел стоящую у лифта Сюй Сысы. Она намертво зажала маленький серебристый клатч под мышкой и застыла, словно пригвождённая к полу.
Чжао Бэйчэнь с двумя оперативниками в штатском взяли её в полукольцо.
Взгляд Сюй Сысы скользнул поверх плеча Чжао Бэйчэня и безошибочно нашёл лицо Чу Фэна в двадцати метрах от неё.
В этом взгляде смешалось многое: ужас, ярость и ещё что-то неуловимое, чего Чу Фэн не смог до конца разобрать.
— У вас есть ордер на обыск? — голос Сюй Сысы звучал довольно ровно, но рука, прижимавшая сумочку, заметно дрожала.
Чжао Бэйчэнь хохотнул:
— Надо же, какое совпадение! Наш капитан Шэнь только что его подписал, бумага ещё тёплая.
Он помахал перед ней документом.
Прикусив нижнюю губу, Сюй Сысы простояла так секунд пять, а затем медленно сняла ремешок с плеча и протянула клатч Чжао Бэйчэню.
— Там только обычные личные вещи.
Приняв сумочку, Чжао Бэйчэнь не стал открывать её сам, а сразу передал подошедшей следом Су Нянь.
Та надела перчатки, расстегнула молнию основного отделения и принялась один за другим доставать предметы, раскладывая их на заранее расстеленном рядом коврике для улик.
Помада, пудреница, маленькое круглое зеркальце, пачка бумажных платков, телефон, ключи от машины.
Затем её пальцы замерли на молнии бокового кармашка.
Дыхание Сюй Сысы заметно участилось.
Су Нянь расстегнула кармашек и пинцетом вытянула оттуда скомканный кусочек белой ткани.
Она бережно развернула находку.
Это оказался белый шёлковый шарф, примерно пятьдесят на пятьдесят сантиметров, с тончайшим тиснёным узором по краям. Посередине пролегала явная мятая складка, будто ткань с силой сжимали в кулаке.
Су Нянь расправила шарф на коврике, на несколько секунд склонилась над ним, присматриваясь, а затем подняла голову и посмотрела на стоявшего в дверях конференц-зала Чу Фэна.
Лицо её оставалось невозмутимым, но взгляд словно говорил: «Ты снова оказался прав».
— Этот шарф необходимо отправить на экспертизу, — с сухой служебной деловитостью произнесла Су Нянь.
— Проверим на наличие частиц эпителия жертвы, а также сверим состав волокон с теми, что остались на странгуляционной борозде.
Сюй Сысы заговорила — гораздо тише, чем прежде:
— Это просто обычный шарфик. У меня вспотели ладони, я вытерла им руки, скомкала и забыла выложить.
— Вспотели ладони, вытерла руки, — словно про себя повторил Чу Фэн от дверей. Голос его звучал не громко и не тихо — как раз так, чтобы услышали все в коридоре.
— В отеле, где кондиционеры работают на восемнадцать градусов, вспотели ладони.
Сюй Сысы промолчала.
К ней подошёл Шэнь Цинсун.
— Госпожа Сюй, давайте проясним несколько моментов. Во-первых, когда вы входили в зал, этот шарф висел у вас на правой руке — это зафиксировала скрытая камера в вестибюле. Во-вторых, на всех записях после трёх часов дня шарфа при вас уже нет. В-третьих, след от удушения на шее погибшей оставлен шёлковой тканью. Вы можете это как-то объяснить?
В этот момент наконец-то подоспел адвокат Сюй Сысы — представительный мужчина за сорок в безупречном костюме. Толкнув дверь, он с порога протянул визитку:
— Я Чэнь Вэй, адвокат госпожи Сюй. До предоставления ордера на обыск и оформления постановления о задержании моя подзащитная имеет право не отвечать ни на какие вопросы.
Шэнь Цинсун скользнул взглядом по визитке и коротко кивнул:
— Ордер на обыск только что был предъявлен, можете уточнить у своей подзащитной. Что же касается постановления о задержании, то сейчас это называется содействием следствию. Госпожа Сюй вольна уйти в любой момент, однако, если на шарфе обнаружатся биологические следы погибшей, разговор пойдёт совсем другой.
Адвокат наклонился к самому уху Сюй Сысы и вполголоса перебросился с ней парой фраз.
Выслушав его, она вновь натянула на лицо маску с трудом удерживаемого хладнокровия.
— Я требую, чтобы допрос проводился в присутствии моего адвоката. Кроме того, до получения результатов экспертизы ключевых улик я отказываюсь давать какие-либо показания по существу.
Шэнь Цинсун вскинул бровь и покосился на Чу Фэна.
Тот равнодушно пожал плечами.
В конце концов, у него в рукаве ещё оставался козырь.
Полчаса спустя из отдела технической поддержки пришла первая партия результатов.
Сидя во временном штабе, Чу Фэн читал сообщение от Су Нянь и трижды постучал пальцами по бедру.
Отчёт судмедэксперта был краток до жестокости: в средней части шарфа обнаружили незначительное количество клеток человеческого эпителия, на сверку ДНК требовалось от шести до восьми часов; однако предварительный анализ волокон уже был готов — материал и плетение ткани полностью совпадали с микроволокнами, изъятыми из странгуляционной борозды на шее жертвы.
Чу Фэн положил телефон экраном вниз на стол и, подняв голову, увидел, как Чжао Бэйчэнь напротив него навис над компьютером, яростно что-то пролистывая.
— Бэйчэнь, как там дела с соцсетями?
— Брат Чу, если б ты не спросил, я бы и забыл сказать! — не поднимая головы, отозвался Чжао Бэйчэнь, оглушительно стуча пальцами по клавишам.
— Лента этой Сюй Сысы — просто какой-то восьмилетний сериал, где в главной роли неизменно выступает Чжао Минхао.
— В каком смысле?
— Сам посмотри, — Чжао Бэйчэнь развернул к нему монитор.
Чу Фэн наклонился к экрану и едва не поперхнулся водой с ягодами годжи, которую как раз прихлебнул.
Начиная с первого курса университета восемь лет назад, в ленте Сюй Сысы едва ли не каждые два-три дня появлялась запись, так или иначе связанная с Чжао Минхао.
Первый курс. Общее фото из студенческой столовой с подписью: «Сегодня обедаем с одногруппниками, так здорово!», а дальше — целая россыпь солнышек и улыбающихся смайликов.
Чжао Минхао сидел прямо рядом с ней.
Второй курс. Сделанный исподтишка снимок в библиотеке: в кадре только профиль Чжао Минхао, склонившегося над книгой. Подпись: «В библиотеке такая тишина, идеально для учёбы».
Третий курс. Селфи в новогоднюю ночь. На снимке она лучезарно улыбалась с телефоном в руке, а на заднем плане Чжао Минхао болтал с другой девушкой — той самой Фан Сяомань, которая позже стала его бывшей.
Подпись: «С Новым годом».
Больше ни слова, только эта короткая фраза.
Четвёртый курс, выпускное фото всей группы. На нём она стояла справа от Чжао Минхао и сияла счастливее всех.
После выпуска постов стало заметно меньше, но каждый год в день рождения Чжао Минхао в её ленте неизменно появлялась одна запись:
«С днём рождения, однокурсник».
Из года в год, слово в слово.
Последний пост, связанный с Чжао Минхао, был опубликован накануне свадьбы в одиннадцать сорок три вечера.
К записи была прикреплена фотография пустой комнаты, за окном которой расстилался ночной Биньхай.
А вместо текста стоял всего один знак препинания: точка.
Чжао Бэйчэнь ткнул пальцем в экран:
— Брат Чу, ты только глянь, у неё даже плейлисты, которыми она делилась, связаны с Чжао Минхао! Вот эту песню он пел на университетском конкурсе талантов на втором курсе, а эту рекомендовал на своей страничке. Восемь лет, целых восемь лет!
Чу Фэн долго молчал, вглядываясь в эти тщательно выверенные, полные отчаянной сдержанности строчки на экране.
Это не было уликой в каком-то громком преступлении.
Это было лишь любовное письмо, которое женщина писала долгие восемь лет и которое адресат никогда не распечатает.
— А что с дневником? — голос Чу Фэна прозвучал на полтона тише прежнего.
— Отдел технической поддержки сейчас восстанавливает заметки на её планшете. Они были запаролены, но паролем оказалась дата рождения Чжао Минхао, так что взломали за секунду, — Чжао Бэйчэнь почесал затылок.
— Я бегло просмотрел: больше трёх тысяч записей, с первого курса и до вчерашнего вечера. По сути, один сплошной дневник безответной любви.
Чу Фэн повернул голову к окну.
Банкетный зал отеля по-прежнему сиял огнями. Трёхсот гостей уже по одному отпустили домой, но цветочная свадебная арка всё так же сиротливо возвышалась посреди вестибюля, и белые розы на ней уже начали увядать.
Он достал телефон и украдкой заглянул в «Загробный Народный Рейтинг».
На странице негативного отзыва покойной Ли Юйтун ничего нового не появилось, лишь в самом низу, в строке состояния, светилась мелкая надпись: «Дело по данному отзыву находится в стадии расследования, душа пока не обрела покой. Пожалуйста, постарайтесь, инспектор!».
Чу Фэн заблокировал экран и поднялся с места:
— Пошли.
— Куда? — спросил Чжао Бэйчэнь.
— Посмотрим, что именно попало в ту слепую зону скрытой камеры на парковке.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…