Глава 37. Все обезумели
— Ты…
Старина Бэй вытер текущую по лбу кровь и, крепко стиснув зубы, уставился на Фан Луна пристальным взглядом.
— Недоволен?
Фан Лун опустил ствол пониже, прицелился в бедро старины Бэя и нажал на спусковой крючок.
Бах!
Пуля вошла в плоть, мгновенно выбив кровавое облачко.
Правая нога старины Бэя подогнулась, и он рухнул на колено. От пронзительной боли на его лбу выступило ещё больше капель пота, а лицо начало сводить судорогой.
— Парень, это Ганчэн!
— процедил старина Бэй сквозь зубы.
— Ты о последствиях подумал? Если ты сегодня нас тут перестреляешь, думаешь, сможешь живым выбраться из города?
— Твою ж мать! Даже сейчас корчишь из себя крутого?!
Фан Лун взмахнул правой рукой и снова обрушил рукоять пистолета на голову старины Бэя, после чего злобно бросил:
— Если бы я не учитывал, что мы в Ганчэне, я бы уже давно вышиб тебе мозги! Стал бы я слушать твой трёп?!
Старина Бэй опустил голову и больше ничего не сказал.
— Хватит, — глухо произнёс Чжао Бин.
— Не перегибай палку, лучше остановиться вовремя!
— Сами ножи вытащили, а мне говоришь палку не перегибать?
— холодно усмехнулся Фан Лун.
— Что такое? Поняли, что со мной не справиться, и решили воззвать к разуму?
— Ты…
У Чжао Бина перехватило дыхание. Сжав кулаки, он резко спросил:
— Чего ты вообще добиваешься?
— Всё просто.
Фан Лун смерил Чжао Бина взглядом сверху вниз, обернулся к Даюну и велел:
— Иди, собери все чеки и наличные в комнате, мы забираем их с собой.
Фан Лун привёз 150000000, да плюс 150000000, подготовленные Чжао Бином, — выходило минимум триста миллионов. И теперь Фан Лун собирался унести все эти деньги. Чжао Бин тут же не выдержал и заорал:
— Это ещё что?! Решил нагло ограбить?!
Бам!
Фан Лун с размаху ударил рукоятью пистолета по голове Чжао Бина и свирепо процедил:
— Да, я вас сегодня граблю внаглую, и что ты мне сделаешь?!
— Твоя взяла!
Получив удар по голове, Чжао Бин постепенно остыл и, с трудом подавляя клокочущую внутри ярость, присел на корточки.
— Молодой господин, здесь чеки на предъявителя банка Гонконга и Шанхая на сумму 270000000, а остальное — 30000000 наличными, — почтительно доложил Даюн, протягивая чеки Фан Луну.
— Угу, отличная работа.
Фан Лун убрал чеки на предъявителя банка Гонконга и Шанхая на 270000000, покосился на добрый десяток набитых деньгами чемоданов и слегка нахмурился. Понимая, что столько багажа станет обузой, он без колебаний скомандовал:
— Забираем 10000000 наличными и уходим, остальное сжечь.
Сказав это, он обернулся, окинул взглядом Чжао Бина и ледяным тоном бросил:
— Ни гроша тебе не оставлю. Будешь знать, как меня разводить, сука!
Чжао Бин лишь стиснул зубы и промолчал.
Глядя, как Даюн складывает шесть чемоданов в кучу, обливает их крепким спиртным и поджигает, Чжао Бин мог только бессильно сжимать кулаки.
Через две минуты, убедившись, что пламя разгорелось вовсю, Фан Лун махнул рукой и повёл своих людей на выход.
К этому моменту остальные игроки из особняка уже давно разбежались, а несколько бойцов с ножами, пытавшихся преградить путь, в страхе жались по углам при виде вооружённых пистолетами людей Фан Луна. Вся семёрка беспрепятственно добралась до парковки, закинула деньги в багажник и уже собиралась уезжать.
— Молодой господин, все шины проколоты.
Даюн осмотрел машину, заметил неладное с колёсами и переменился в лице.
— Твою мать…
Фан Лун выбрался из салона, глянул на шины и выругался:
— Точно работа Чжао Бина и его ублюдков, они с самого начала задумали недоброе.
— И что нам теперь делать?
— занервничал Даюн.
— А что ещё остаётся?
— нахмурился Фан Лун.
— Хватаем деньги и уходим на своих двоих.
Бросив это, он первым побежал за ворота двора.
Даюн и остальные на миг опешили, но тут же бросились следом.
……
В тёмном углу гаража Фан Син наблюдал за этой сценой, и на его губах заиграла торжествующая улыбка человека, чья шалость удалась.
Фан Лун забрал у хозяев почти триста миллионов, но остался без колёс. Когда преследователи нагонят беглецов, наверняка завяжется настоящая бойня, так что впереди ожидалось отличное представление.
……
Тем временем в доме Чжао Бин, раздавая указания тушить огонь, заорал:
— Живо все за стволами! Порешим этих выскочек с материка!
С этими словами он первым рванул к выходу, на бегу выкрикивая:
— Если не вернём эти 270000000, каждому по ноге оторву!
Спустившись на первый этаж, Чжао Бин велел притащить большой ящик. Когда крышку откинули, внутри обнаружились копии пистолетов «Тип 54»
— смазанные и начищенные до блеска, за ними явно хорошо следили.
Те, кто устраивал подобные катраны, всегда держали под рукой оружие, иначе в случае непредвиденных обстоятельств было не отбиться.
Чтобы лишний раз не светиться при проверках, стволы обычно не доставали без крайней нужды, пуская их в ход лишь в безвыходных ситуациях.
И сейчас, лишившись почти трёхсот миллионов, Чжао Бин окончательно озверел!
— Мать вашу, чтобы на моей собственной территории меня какие-то приезжие с материка нагибали?!
Чжао Бин схватил пятизарядный дробовик и первым бросился в погоню, рявкнув:
— Я вас годами кормил ради этого дня! А ну выложитесь на полную!
Около двадцати подручных, вооружившись, мрачной толпой ринулись следом, на ходу передёргивая затворы и готовясь к жестокой схватке!
В то же время оставшийся лежать в комнате старина Бэй уже звонил своим людям, приказывая им перехватить беглецов на единственной дороге, ведущей отсюда в город.
……
Едва выбежав за пределы особняка, Фан Лун и его спутники заметили высыпавших следом людей Чжао Бина, тут же вскинули пистолеты и открыли огонь по толпе.
Бах! Бах! Бах!
Давя на спусковой крючок, Фан Лун принялся орать как полоумный:
— Кучка ублюдков, ещё смеете за нами гнаться?! Жить надоело?!
Не успел он договорить, как в руку ему угодила пуля, и алая кровь мигом пропитала рукав.
— Чёрт!
Фан Лун поспешно метнулся за стену и крикнул:
— У них стволы! Дело дрянь!
Будь противники безоружны, он не испугался бы любой толпы, но раз у тех имелся огнестрел, его группа из шести человек оказывалась в крайне невыгодном положении.
Услышав это, Даюн опешил, а затем выругался:
— Знал бы, что у них есть пушки, пристрелил бы этих тварей ещё там!
Заметив рану на руке Фан Луна, он тут же встревоженно спросил:
— Молодой господин, вы в порядке?
— Ты слепой, что ли?!
— заорал Фан Лун.
— Не видишь, мне руку прострелили?!
Даюн осёкся и вдруг понял, что ляпнул лишнее. Сам же напросился на грубость — прекрасно знал, что ничего хорошего в ответ не услышит, но всё равно полез с расспросами. Вот уж точно язык без костей.
— Уходим, — стиснув зубы от боли в руке, Фан Лун побежал вглубь коттеджного посёлка.
— Их слишком много. Найдём укрытие, а ты пока раздобудь мне тачку.
— Понял.
Даюн, сжав челюсти, бросил пару слов телохранителям и, пользуясь тем, что люди Чжао Бина его не видят, юркнул в переулок.
Фан Лун с пятью телохранителями продолжил бежать между особняками, но через несколько шагов замыкающему прострелили бедро, и тот рухнул на землю.
В следующее мгновение беднягу изрешетили градом пуль.
Ограбленный на 300000000 Чжао Бин окончательно слетел с катушек — теперь он не считался даже с человеческими жизнями, стреляя на поражение.
— Псих! Чжао Бин точно свихнулся!
Бросив взгляд через плечо, тяжело дышащий Фан Лун вместе с оставшимися четырьмя людьми свернул в другой узкий проулок.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…