Глава 72. Налёт на тюрьму — сами угодили в сети?
— Этот продажный чиновник посмел так открыто пойти против наших Врат Единого Меча! Нужно немедленно избавиться от него!
— процедил сквозь зубы Го Фань.
Ученики Врат Единого Меча всюду ходили гоголем, и вдруг потерпели такое унижение от рук какого-то жалкого чинуши. Об этом даже заикнуться было стыдно.
Разнесётся весть — позора не оберёшься.
— Племянник Го Фань, ты говорил о парчовой страже, но с тех пор, как мы прибыли в уезд Шанхэ, нам не встретился ни один гвардеец. Неужели они и впрямь так сильны, как вы расписывали?
— вдруг спросил старейшина Врат Единого Меча.
— Старейшина У, эта парчовая стража появляется и исчезает словно призрак. За последние дни мне так и не удалось напасть на их след, и именно это пугает больше всего, — ответил Го Фань.
— Меня всё же гложут сомнения. А что, если наша вылазка провалится?
— Вы связывались с учениками в темнице? Они должны знать о нашем плане спасения, — старейшина У не желал продолжать разговор, который лишь возвеличивал врага и подрывал их собственный боевой дух.
— Старейшина У, мы уже обо всём договорились с младшим братом Юнем и остальными. Всё прошло как по маслу: стоило подкупить тюремщиков, и нас без труда пустили к ним, — отозвался Го Фань, хотя в душе не мог отделаться от чувства, что всё это крайне подозрительно.
В темнице сидели ученики Врат Единого Меча — разве охрану не должны были усилить?
Однако там, кроме обычных стражников, не оказалось ни одного мало-мальски приличного мастера. Из такой тюрьмы узники и сами могли бы сбежать, безо всякой помощи со стороны.
Недаром говорится: где всё идёт наперекор здравому смыслу, там жди беды.
Лю Мубая защищали могущественные мастера, и если налёт на тюрьму увенчается успехом, это станет для него звонкой пощёчиной.
Но в случае провала последствия будут ужасными, а Врата Единого Меча покроют себя несмываемым позором.
— Ладно, пусть ваш боевой дядя сам наведается в темницу уезда Шанхэ и всё разузнает, — решил старейшина У.
……
— Никаких мастеров там нет, одни рядовые тюремщики. Вызволять наших будем сегодня ночью, — вернувшись из разведки, объявил старейшина У. Никакой усиленной охраны, о которой они думали, там и в помине не было — пройти внутрь оказалось проще простого.
Старейшина У всерьёз заподозрил, что Го Фань, Гу Фэй и присланные из поместья хоу-усмирителя севера бойцы — просто кучка бездарей, раз не сумели вытащить людей из столь плохо охраняемой кутузки.
Он даже усомнился, действительно ли они достигли врождённой ступени, и понятия не имел, как их вообще умудрились взять живьём.
В ту же ночь Го Фань, Гу Фэй и мастера из поместья хоу-усмирителя севера проникли в тюрьму.
— Старейшина У, зря вы пришли, — Юнь Фэйян слегка нахмурился, глядя на облачённого в чёрное старейшину и его спутников.
— В чём дело? Здесь засада?
— встрепенулся Го Фань.
— Заждался я вас. Ну же, пожалуйте прямо в котёл!
— раздался вдруг в тюремном полумраке насмешливый голос.
Оказалось, что темницу стерегли помощник командующего парчовой стражи и тысячник — оба мастера врождённой ступени.
Причём помощник командующего парчовой стражи находился на самом пике шестого уровня врождённой ступени.
Лю Мубай пожаловал ему несколько целебных пилюль, и пусть его мастерство ещё не совершило резкого скачка, гвардеец чувствовал: ещё пара Пилюль взращивания истока — и он шагнёт на седьмой уровень, в позднюю стадию врождённой ступени.
А освобождать узников явился всего лишь воин четвёртого уровня врождённой ступени — такого противника помощник командующего и в грош не ставил.
— Хм! Какая наглость! Сегодня я, старик, посмотрю, так ли сильна ваша хвалёная парчовая стража, раз вы осмелились враждовать с Вратами Единого Меча!
— гневно рявкнул старейшина У и бросился в атаку на помощника командующего.
— А вы чего застыли?! Живо освобождайте людей!
Вжик!
Не успел отзвучать яростный окрик старейшины У, как клинок Весенней Вышивки помощника командующего парчовой стражи полоснул его по груди, оставив жуткую рваную рану. Всего один обмен ударами — и старик оказался тяжело ранен.
Го Фань, Гу Фэй и мастера из поместья хоу-усмирителя севера во все глаза уставились на гвардейца, не веря, что тот обладает столь чудовищной мощью.
Старейшина четвёртого уровня врождённой ступени не выдержал даже одного удара!
С каких это пор старейшины Врат Единого Меча стали такими немощными?
И откуда у парчовой стражи такая силища? На какой же он ступени?!
— Поздравляю Врата Единого Меча с прибавлением — у вас ещё шестеро сокамерников, — с улыбкой произнёс помощник командующего парчовой стражи, глядя на прекративших сопротивление Го Фаня, Гу Фэя и остальных.
Почему Лю Мубай не выставил у темницы уезда Шанхэ мощный заслон? Не потому, что не хотел — просто людей не хватало, да и нужды в том не было.
Окружи он тюрьму плотным кольцом охраны, а ну как дружки арестантов испугаются и не придут их выручать?
Зато теперь всё сложилось как нельзя лучше: в камеры заселились ещё шестеро, да впридачу пара охранников на ступени великого мастера из поместья хоу-усмирителя севера. Впрочем, этих двоих можно было и в расчёт не брать — так, пустое место, случайно подвернулись под руку.
Но главное — шесть новых узников! По 500000 лянов золота залога за каждого — это же ещё 3000000 лянов золота, или 30000000 лянов серебра!
Если удастся стрясти эти деньги, можно будет сказочно разбогатеть.
— Известите поместье хоу-усмирителя севера: их третий молодой господин Гу Фэй пошёл на приступ казённой тюрьмы, преступив законы Династии Великая Чжоу. Пусть вносят за него залог, а коли откажутся — пусть ждут от меня щедрого подарка, — усмехнулся Лю Мубай, поворачиваясь к людям из поместья хоу.
Он ведь только собирался потолковать с хоу-усмирителем севера насчёт золотого рудника и прикинуть, сколько тот готов выложить за его молчание.
Кто же знал, что этот болван Гу Фэй снова спелся с Вратами Единого Меча и додумался пойти на штурм тюрьмы!
— Ах да, хоу-усмиритель севера ведь может и не поверить на слово. Кажется, среди схваченных есть ещё два великих мастера из его поместья? Отрубите им головы и отправьте нашему господину хоу, — с улыбкой распорядился Лю Мубай.
Отдав приказ, он со свитой направился в тюрьму уездной управы.
Адепты Врат Единого Меча и впрямь оказались сущим наказанием: кроме Го Фаня и Гу Фэя, за которых уже успели отдать по 500000 лянов золота, за остальными вот уже несколько дней никто не являлся.
А ведь Лю Мубай так ждал этого выкупа, чтобы приумножить свои силы! Что же делать, если за ними так никто и не придёт? Неужто век держать их за решёткой?
— Какова спесь у Врат Единого Меча! Законы двора для вас пустой звук, даже на тюрьму напасть осмелились. Да вот только залог за вас никто не несёт — видать, родная секта махнула на вас рукой, — произнёс Лю Мубай, разглядывая сидящих в камере пленников.
Прославленные ученики Врат Единого Меча выглядели измождёнными, а при виде Лю Мубая в их глазах и вовсе промелькнул ужас.
Только что прямо на их глазах двум охранникам из поместья хоу-усмирителя севера отсекли головы и уложили в шкатулки, чтобы отправить их хозяину.
И теперь мягкая улыбка Лю Мубая казалась им оскалом самого дьявола.
— Проклятье… Как это возможно?! Да как он смеет?!
— старейшина У, чьи раны уже перевязали, отчего жизни его ничто не угрожало, смотрел на распоясавшегося чиновника со смесью ярости и испуга.
— Ну же, кто из вас окажет добрую услугу и отправится во Врата Единого Меча с весточкой? Надобно передать вашим наставникам и старейшинам, чтобы несли денежки на выкуп, — прищурившись, с улыбкой предложил Лю Мубай.
Услышав это, ученики Врат Единого Меча заметно оживились.
Однако вызваться никто не спешил: они никак не могли взять в толк, что именно задумал Лю Мубай.
— Я пойду, — наконец подал голос один из старших учеников на врождённой ступени.
— Вот и славно. Стража, отрубить ему голову и отослать во Врата Единого Меча!
— с ледяной усмешкой велел Лю Мубай.
Конечно, каждый такой ученик врождённой ступени стоил целого состояния — по 500000 лянов золота за душу. Но если их секта упрётся, плату всё равно не выбить, так что без жертв тут не обойтись.
Лю Мубаю не терпелось сдать выкуп в казну и обрести новую мощь.
В прошлый раз за 12000000 лянов серебра он получил поистине щедрую награду, а нынешний куш тянул на многие десятки миллионов лянов!
От слов Лю Мубая Юнь Фэйян и остальные окончательно остолбенели. Как дело могло принять такой оборот?!
Речь ведь шла о том, чтобы доставить весть!
Но никому и в голову не пришло, что гонцом послужит собственная отрубленная голова!
Те, кто промолчал, с облегчением перевели дух, а вызвавшийся смельчак стал бледнее полотна.
— Господин, я виноват, виноват! Умоляю, пощадите!
— Старший брат Ци, у тебя деньги есть? Если есть, скорее отдай их господину Лю!
— наученный горьким опытом Го Фань заорал злополучному товарищу.
Лю Мубай затеял весь этот спектакль исключительно ради наживы: заплатишь сколько надо — сохранишь жизнь.
Недолго думая, мужчина по фамилии Ци дрожащими руками вытащил из-за пазухи ассигнации.
— Всего 100000 лянов? Ну и нищеброд, — Лю Мубай глянул на протянутые бумаги и недовольно поморщился.
— Господин, перед отъездом мы почти всё серебро потратили на целебные пилюли! Они стоят миллионы лянов!
— боясь лишиться головы, зачастил Ци.
— Пилюли стоимостью в миллионы лянов, говоришь?
— задумчиво протянул Лю Мубай.
— Доставай свои пилюли, дай-ка я на них взгляну да приценюсь. Если наберётся на 1000000 лянов, так и быть, оставлю тебе твою никчёмную жизнь, — равнодушно бросил он.
Мужчина по фамилии Ци торопливо извлёк несколько фарфоровых пузырьков.
— А ведь эти пилюли и впрямь тянут на 3000000 лянов серебра. Ты отдаёшь их все в уплату или только на 1000000 лянов?
— поинтересовался Лю Мубай.
От этого вопроса не только сам Ци, но и все прочие ученики Врат Единого Меча оторопели. Неужели Лю Мубай не воспользуется случаем и не загребёт все пилюли себе даром?
— Только на 1000000 лянов, — ответил Ци. Расставаться с этими снадобьями ему было до слёз жалко — он с огромным трудом выкупил их у заоблачных врат бессмертных.
Присвой их Лю Мубай все разом, бедняге оставалось бы только волком выть.
— А-Да, отсчитай ему ассигнациями 1000000 лянов, — с улыбкой велел Лю Мубай.
Все оставшиеся пилюли он попросту решил выкупить по рыночной цене.
Уставившись на полученные ассигнации, мужчина по фамилии Ци окончательно растерялся. С чего это Лю Мубай вдруг стал таким сговорчивым? Разве он не отъявленный мздоимец?
Впрочем, воины, достигшие врождённой ступени, больше всего на свете дорожили собственной шкурой.
И за малейший шанс выжить цеплялись руками и ногами.
— Ну так что, кто из вас отправится в главную обитель Врат Единого Меча с весточкой, чтобы за вас внесли залог?
— спросил Лю Мубай, забирая у Ци ещё не успевшие остыть от его рук ассигнации на миллион лянов.
На сей раз в камере воцарилась мёртвая тишина. На кого бы ни падал взгляд Лю Мубая, все как один принимались отчаянно мотать головами, точно китайские болванчики.
— Значит, никто не желает возвращаться во Врата Единого Меча с докладом? И залог платить некому? Неужто вы и впрямь хотите, чтобы я перерубил вам всем головы?
— нахмурился Лю Мубай.
— Небеса милосердны ко всему живому, и я тоже знаю цену человеческой жизни. Но не можете же вы требовать, чтобы я кормил ораву дармоедов за казённый счёт!
Лю Мубай недовольно сдвинул брови.
— Господин, я круглый сирота, ни родных, ни друзей у меня нет, так что Врата Единого Меча ни за что не станут меня выкупать. Дозвольте мне самому внести за себя выкуп!
— подал голос один из великих грандмастеров боевых искусств из Врат Единого Меча.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…