Глава 1. Пролог
Тронный зал в королевском дворце.
Девушка, к которой были прикованы взгляды всех аристократов, стояла на коленях со связанными за спиной руками.
Несмотря на жалкую одежду, её голубовато-платиновые волосы по-прежнему сияли, а глаза, похожие на драгоценные камни — свидетельство королевской крови, — сверкали, точно аметисты. Её звали Ариадна Рестур.
Она была внебрачной дочерью короля королевства Гранхейм и покойной ныне принцессы империи Рестур.
Отец не позволил ей носить фамилию Гранхейм, а мать ни разу не позвала её по имени. Несчастная принцесса выросла, не зная родительской любви, но с возрастом её таланты пышно расцвели.
После яркого дебюта она стала принцессой, правящей в высшем свете под именем Алая Роза.
Жизнь, полная бурных событий, словно у героини романа. Однако ей никогда не суждено было стать главной героиней этого мира. Она пришла лишь к позорному плохому концу.
Ариадна смотрела прямо перед собой.
Трон пустовал, поскольку Его Величество король находился на лечении. На соседнем месте величественно восседала королева. Рядом с ней стоял судья, высоко подняв свиток с перечнем обвинений.
— Ариадна Рестур. Признаёшь ли ты себя виновной в убийстве бывшей королевы, отравлении первого принца, убийстве бывшего командующего рыцарями, подстроенном как несчастный случай, покушении на жизнь короля и нанесении ему увечий, шантаже нынешнего командующего рыцарями, разглашении государственной тайны путём сговора с Тёмной гильдией, а также в использовании запретных заклинаний?
Из-за огромного списка злодеяний среди собравшихся аристократов поднялся ропот.
Но Ариадна и бровью не повела.
— Да, признаю.
Глядя прямо перед собой, она спокойным тоном признала вину. Звонкий голос Ариадны разнёсся по тронному залу даже сквозь шум, и судья, встретившись взглядом с её драгоценными глазами — доказательством королевского происхождения, — невольно отступил на шаг.
В глазах зрителей читался страх перед Ариадной, совершившей столько чудовищных преступлений.
«Хотя среди них есть и те, которых я не совершала...»
Ариадна молча приняла их ненависть. Ведь за всеми перечисленными злодеяниями стояли люди из одной фракции, стремившиеся возвести на престол второго принца — Зигберта.
Хоть в жилах Ариадны и текла кровь нынешнего короля, носить имя Гранхейм ей запретили. Ей дали фамилию матери — Рестур, но и от той она не дождалась любви.
Изголодавшаяся по семейному теплу, девушка поддалась очарованию Зигберта — единственного, кто назвал её роднёй.
Пусть сейчас ей не дозволяли даже называть его братом, но, взойдя на престол, Зигберт смог бы отменить указ нынешнего короля.
Поэтому, чтобы сделать Зигберта королём, она запятнала руки всевозможными преступлениями.
Раз уж правда выплыла наружу, она, вероятно, больше никогда не сможет назваться его сестрой. Но если человек, признавший её семьёй, станет королём и не забудет о ней, она умрёт без сожалений.
Ариадна проглотила все обвинения и смирилась со своей участью — быть осуждённой как редкая злодейка.
«Я ни о чём не жалею. Ведь я смогла принести пользу брату Зигберту».
Она была даже рада пойти под суд ради него. Взяв всю вину на себя, она отвела подозрения от приближённых принца.
Пока она утешала себя этими мыслями, в зале появился сам Зигберт в сопровождении невесты.
«Почему брат Зигберт здесь?»
Он был замешан во многих злодеяниях, которые совершила Ариадна. Они ведь условились, что он не явится на этот фарс с осуждением, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.
— И как только ты осмелилась на столь чудовищные преступления? — произнёс он, глядя на неё с презрением.
В этот миг сердце Ариадны глухо и тревожно ёкнуло.
— ...Зигберт, Ваше Высочество?
— Подумать только, во мне течёт одна кровь с такой, как ты. Меня тошнит от одной этой мысли.
— Ч-что это значит?!
Ариадну никто и никогда не любил. Ласковые слова Зигберта были для неё единственным лучом надежды. Не веря своим ушам, она широко распахнула глаза.
В следующий миг Зигберт наклонился и приблизил губы к её уху.
— Какая же ты глупая. Даже не знаешь, почему умерла твоя мать, и позволила обвести себя вокруг пальца сладкими речами. Впрочем, благодаря тебе я стал наследным принцем. Ты была отличной пешкой.
— Неужели ты с самого начала собирался меня бросить?! — закричала она, когда Зигберт отстранился.
Тот, словно только и ждал этих слов, усмехнулся одними уголками губ.
А затем, выдержав паузу, театрально вздохнул, играя на публику:
— Бросить? Я же с самого начала говорил, что не могу ответить на твои чувства. И всё же ты пошла на такие зверства... Неужели ты не понимала, что брат и сестра не могут вступить в брак?
— А?! — сорвался с её губ изумлённый возглас.
Ариадна питала к Зигберту чисто родственные чувства, а вовсе не романтические. И он прекрасно об этом знал. От столь внезапной и наглой лжи она лишилась дара речи.
Но именно такой реакции и добивался Зигберт.
Увидев ошеломлённое лицо притихшей Ариадны, зрители истолковали её молчание по-своему. Решили, будто она не смогла смириться с невозможностью брака между братом и сестрой, и её безответная страсть вылилась в череду ужасных, непоправимых злодеяний.
Так Ариадну казнили как самую нелепую в истории принцессу, пошедшую на преступления из-за постыдного заблуждения.
— Как же я жалею! Безумно жалею! Ни за что больше не назову его братом! Встречу в аду — обязательно врежу! ...А? Но меня ведь должны были казнить?
Очнулась она в постели.
Золотистый закатный свет, льющийся из окна, окрашивал спальню, словно заливая её мёдом. В этой сказочной тишине никого не было, и Ариадна сонно уставилась в потолок.
«Н-неужели это был сон?!»
Она встретила свой конец под насмешки толпы, сгорая от невыносимого стыда. И всё это оказалось сном? Перед глазами потемнело от мысли, что ей снова придётся пережить этот позорный финал.
Но, невольно закрыв лицо ладонями, Ариадна вдруг заметила, что её руки какие-то маленькие.
«...А? Это ведь мои руки, правда?»
Тонкие длинные пальцы Ариадны, расцветшей после светского дебюта, почему-то казались короче. Словно время отмотали на несколько лет назад...
«...Погодите, неужели?!»
Ариадна спрыгнула с кровати и бросилась к стоящему в комнате зеркалу. С непривычки не рассчитав движений, она споткнулась, но доползла по ковру и ухватилась за раму.
В зеркале отражалась девушка лет пятнадцати.
Голубовато-платиновые волосы, аметистовые глаза. Обладательница глаз, подобных самоцветам — главного признака императорского рода Рестур, — была точной копией юной Ариадны.
— ...Что это, я в детстве? Неужели... я вернулась в прошлое?
Не веря своим глазам, она принялась ощупывать лицо, и отражение в точности повторяло каждое её движение.
— Это... не сон? Постойте, я и правда вернулась? Но в какой именно год?!
В панике она оглядела убранство спальни.
«Ваза с одной красной розой...»
Кто-то тайком поставил её в комнату в тот день, когда Ариадне исполнилось пятнадцать.
Вот только простояла эта ваза всего полдня.
А всё потому, что...
«Умерла мама Ария».
Такое невозможно забыть. Ранним утром, на следующий день после пятнадцатилетия Ариадны, в спальню вбежала служанка и сообщила о кончине её матери.
Потрясённая этим известием, девушка нечаянно разбила вазу.
Иными словами, цветок стоял в комнате лишь с вечера её дня рождения до рассвета следующего дня. Сейчас был вечер — значит, до смерти матери оставалась всего одна ночь.
— ...Подождите. Если всё это правда, неужели я могу сделать так, будто моего позорного прошлого и не было?
С принцем она познакомилась вскоре после гибели матери. Раздавленная горем Ариадна отчаянно привязалась к Зигберту, который намекнул на их кровное родство.
И привело это к тому самому печальному финалу.
Но теперь у неё появился шанс стереть это позорное пятно, вошедшее в историю.
«Однако расслабляться нельзя».
Чем обернётся слепая преданность Зигберту, она уже испытала на собственной шкуре. Но и выжить, пойдя против него, будет непросто. Ведь она носила фамилию Рестур.
Когда-то на свете существовала империя Рестур.
По собственной глупости империя развязала войну с королевством Гранхейм и потерпела сокрушительное поражение. Земли аннексировали, а правящую семью казнили. В живых оставили лишь одну девушку императорских кровей.
Этой девушкой была мать Ариадны — Ария.
Таким образом, Ариадна родилась вне брака от принцессы павшей империи и короля страны-победительницы. Хоть за ней и признавали титул принцессы, местные аристократы сторонились её как чумной.
В одиночку выстоять против будущего короля в таком положении было практически невозможно.
«Чтобы выжить, мне нужна опора. Но кто способен тягаться с принцем Зигбертом?.. Разве что фракция первого принца во главе с Арнольдом?»
В прошлой жизни фракция первого принца уступила сторонникам второго принца Зигберта.
Однако главной виновницей их поражения была сама Ариадна. Конечно, откажись она марать руки, грязную работу мог выполнить кто-то другой, но никто не знал внутреннюю кухню фракции второго принца лучше неё.
Более того, в прошлом Ариадна правила высшим светом под именем Алой Розы. При ней остались все навыки и знания, обретённые ради Зигберта, а также воспоминания о грядущих событиях.
Если ей удастся привлечь на свою сторону фракцию первого принца, она сможет дать отпор Зигберту и его людям.
Она перепишет свою мрачную судьбу, полную позора и грязных интриг, и на сей раз проживёт жизнь достойно, не позволяя Зигберту водить себя за нос.
«Вот только мама станет помехой».
Ария никогда не любила дочь. За всю жизнь она лишь считаные разы назвала её по имени. При этом мать держала Ариадну взаперти во Дворце принцессы, изнуряя строгими уроками с домашними учителями.
И всё это лишь ради того, чтобы привлечь внимание Его Величества Рафаэля.
Пока мать оставалась жива, о свободе действий не могло быть и речи.
Но уже на рассвете Ария наложит на себя руки.
Достаточно просто ничего не предпринимать, и одна из цепей, сковывающих Ариадну, падёт сама собой.
«Верно. Мне плевать, умрёт мама или нет».
В прошлой жизни юная Ариадна горько рыдала, отказываясь верить, что мать покинула её.
Однако в покоях нашли предсмертную записку, а прислуга в один голос твердила, как сильно Ария убивалась из-за холодности Его Величества, поэтому её смерть сочли самоубийством.
С тех пор утекло много воды.
Нынешняя Ариадна давно пережила эту утрату.
К тому же, как сильно дочь ни тянулась к матери, та ни разу не ответила ей взаимностью. Так кто же посмеет упрекнуть Ариадну, если теперь она отвернётся от неё?
«Поэтому... поэтому я...»
Ариадна молча вглядывалась в зеркало, видя в собственном отражении черты своей матери.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…