Глава 7. Проверка кулака
Железная Дубина Альвида!
Та самая жирная пиратка, которая держала Коби на корабле в качестве раба, которую Луффи первой отправил в полёт при выходе в море и которая позже съела плод Скользь-Скользь, превратившись в писаную красавицу!
Появившись в самом начале истории «Ван-Пис», в дальнейшем Альвида почти не мелькала в сюжете, но её тень то и дело угадывалась повсюду: Кайдо орудовал точно такой же шипастой палицей, Большая Мамочка обладала похожей фигурой, только в увеличенной комплектации, а Императрица пиратов точно так же любила бахвалиться своей красотой — вот только Императрица и впрямь была хороша собой, тогда как красота толстухи Альвиды казалась понятием весьма абстрактным.
Впрочем, неудивительно, что Гуань И не узнал её с первого взгляда: на дворе стоял 1515 год по Календарю Морского Круга, до выхода Луффи в море оставалось ещё пять лет, а самой Альвиде сейчас было около двадцати — фигура ещё не так сильно расплылась, веснушек было поменьше, словом, нечто среднее между стройной и растолстевшей версиями.
Очевидно, она ещё не подалась в пираты, а заправляла здесь, на пристани городка Сисиконо, сколотив собственную артель грузчиков в противовес банде Кабана — банду Железной Дубины.
Гуань И никак не ожидал, что главарь банды Железной Дубины окажется именно такой «Железной Дубиной», отчего разом растерял все заготовленные слова и на несколько секунд замолчал.
Альвида же прижала ладони к щекам и с напускной стыдливостью произнесла:
— Я знаю, что невероятно красива, но не нужно так беззастенчиво пялиться на меня.
Гуань И потерял дар речи и едва не ослеп.
Два метра ростом и килограммов сто тридцать весом — необъятной толстухой её, может, и не назовёшь, но телосложение у неё было более чем внушительное.
А ведь стоит человеку располнеть, как всякая там красота и статность перестают иметь к нему какое-либо отношение.
И вот такая Альвида умудрялась ещё стесняться и кокетничать — да кто вообще способен такое выдержать?
— Эм… босс Железная Дубина…
Гуань И попытался было объяснить цель своего визита, но Альвида, уже целиком погрузившись в собственный мирок, раскатисто расхохоталась, а затем вдруг повернулась к стоявшему справа подручному и уставилась на него:
— Кайк, кто самая красивая женщина во всём городке Сисиконо?
Кайк без малейшей запинки, словно даже не задумываясь, выпалил:
— Разумеется, вы, босс! Вы не только самая красивая женщина в городке Сисиконо, но и на всём архипелаге Кономи, да что там — во всём море!
— Ха-ха…
Довольная Альвида снова перевела взгляд на Гуань И: теперь твоя очередь, давай же.
Восхваляй мою красоту, мужчина!
Под этим полным предвкушения взглядом Альвиды Гуань И немного помолчал, а затем протяжно вздохнул.
Зря я сюда пришёл.
Банде Кабана нужны были его деньги.
А банде Железной Дубины, выходит, подавай его человеческое достоинство?!
В иных обстоятельствах достоинство по сравнению с деньгами не стоит и ломаного гроша, но стоит человеку обрести настоящую силу, как он почему-то начинает очень трепетно относиться к собственному достоинству.
— Босс Железная Дубина, у вас правильные черты лица и высокий ясный лоб. Если вам удастся похудеть, вы непременно станете редкой красавицей, — осторожно подбирая слова, произнёс он.
— …А?
— Улыбка Альвиды застыла, и на складе мгновенно повисла удушающая атмосфера.
— Иэн, ты хочешь сказать… что сейчас я некрасива?
Восемь подручных Альвиды, находившихся на складе, тут же заметно напряглись.
Гуань И принялся усиленно подбирать выражения.
— Ну как бы сказать, вы… гм…
Да ну его, язык не поворачивается её нахваливать.
Проще сразу подраться.
Махнув на всё рукой, Гуань И обречённо вздохнул:
— Да, всё верно. Если говорить начистоту, вы довольно уродливы.
Правда всегда ранит сильнее всего.
— А-а?!
— подручные Альвиды неверяще разинули рты так широко, что туда свободно поместились бы два кулака, а их челюсти словно и вовсе отвалились.
Откуда в нём столько безрассудной смелости?!
Саму же Альвиду будто громом поразило.
Люди добрые, да мыслимое ли это дело: обычный прекрасный вечер, я спокойно отдыхаю на своей территории, и тут вламывается какой-то неотесанный мужлан и заявляет, что я уродина?
Охваченная примерно такими мыслями, Альвида помрачнела чернее тучи.
Она резко поднялась — диван под ней медленно начал расправляться, — и подхватила стоявшую рядом шипастую палицу.
— В лепёшку мне закатайте этого ублюдка!
— Есть!
— подручные, уже понимавшие, к чему всё идёт, мысленно почтили память Гуань И минутой молчания и с криками бросились в атаку.
Ближе всех к Гуань И стоял тот самый привратник, который и провёл его внутрь. Он явно был не новичком в уличных потасовках: взмахнув ногой, он без промедления нанёс жёсткий удар прямо под колено Гуань И.
Однако у Гуань И словно имелись глаза на затылке: не поднимая стоп, он скользящим движением сместился в сторону, с ювелирной точностью уходя от пинка, и, даже не оборачиваясь, коротко ударил локтем назад.
Бах!
Раздался глухой тяжёлый удар. Привратник, по инерции подавшийся вперёд после промаха, угодил подбородком точно на встречный локоть Гуань И; две силы сложились воедино, глаза парня мгновенно закатились, его отшвырнуло назад, и он вырубился в ту же секунду!
Столь молниеносная расправа заставила остальных семерых подручных Альвиды на миг замяться, но численный перевес быстро вернул им храбрость.
Тот самый Кайк, что недавно рассыпался в комплиментах перед Альвидой, выскочил вперёд всех, сжимая деревянную дубинку, и с размаху нацелил удар прямо в макушку Гуань И.
Но в следующий миг Гуань И перед его глазами словно преобразился.
Из человека он будто превратился в свирепого тигра, издавшего беззвучный, но леденящий душу рык.
Р-р-ра!
Этот рёв буквально вышибал дух.
На долю секунды оцепенев, Кайк уже не успел уследить за движениями противника. Тигриный бросок — и тело парня, выгнувшись дугой, пулей отлетело назад с несколькими сломанными рёбрами в груди; на полном ходу он врезался в двоих подельников позади себя и, не теряя инерции, повалил их, после чего все трое покатились по полу со сдавленными стонами.
Синъи, форма тигра!
Сразу после этого стремительного сокрушительного броска Гуань И слегка вобрал грудь, выгнул спину подобно медведю и опустил центр тяжести, собирая внутри мощь, способную защитить чрево и сдвинуть гору!
Тресь!
Кто-то швырнул деревянный ящик, и тот со всей силы врезался Гуань И в спину, однако сам он даже не пошатнулся: пока ящик разлетался вдребезги, осыпая всё вокруг щепками, Гуань И с разворота пробил пушечный кулак, одним ударом отправив в нокаут ещё одного!
Синъи, форма медведя!
Всего за несколько секунд пятеро из восьми подручных Альвиды оказались на полу, а оставшиеся трое, объятые диким ужасом, застыли с дубинками в руках, не решаясь сделать и шагу вперёд.
Альвида наконец не выдержала и с яростным рёвом напролом, словно танк, ринулась вперёд, сокрушительным взмахом обрушивая шипастую палицу на голову Гуань И. Грузное тело придавало удару чудовищную мощь: едва палица пришла в движение, как воздух прорезал устрашающий свист.
Гуань И не спеша, без малейшей суеты не стал ни ставить блок, ни тем более принимать удар на себя — он лишь слегка склонил голову набок, и всё его тело, словно утратив вес, скользнуло назад по потоку воздуха, поднятому оружием, так что огромная шипастая палица прошла буквально в миллиметре от кончика его носа.
Движение вышло невероятно лёгким, будто сухой лист или тонкий листок бумаги подхватило порывом ветра от взмаха дубины!
Синъи, форма обезьяны!
И в тот же миг, пользуясь тем, что инерция удара Альвиды иссякла, Гуань И резко рванул вперёд — сокрушающий кулак в полшага!
Бум!
Удар пришёлся точно в лицо Альвиде, заставив её черты буквально вдавиться внутрь.
Пошатнувшись, Альвида попятилась; её лицо превратилось в сплошное месиво из перемешавшихся слёз и хлещущей из носа крови. Опершись на шипастую палицу, чтобы устоять на ногах, она издала отчаянный вопль:
— Не-е-ет! Моя красота! Да как ты… как ты посмел… Я убью тебя!
Ну вот, прекрасно же понимает, что с разбитым в кровь лицом станет уродиной — значит, нормальное представление о красоте у неё всё-таки имеется! Хочешь быть красивой — так найди способ похудеть, какого чёрта ты тычешь в людей шипастой палицей и требуешь комплиментов?!
Подобно вспугнутой обезьяне, Гуань И резко сгруппировался, сжавшись в комок и пропуская над собой горизонтальный взмах палицы, после чего его правая рука, сложенная когтем, метнулась вперёд.
Синъи, форма орла!
Вжик!
Орлиные когти полоснули наотмашь, оставляя на правой руке Альвиды три глубокие кровоточащие борозды.
— А-а!
От пронзительной боли пальцы Альвиды разжались, и шипастая палица с грохотом рухнула на пол, а Гуань И без малейшей паузы снова принял форму тигра и стремительным тараном врезался ей прямо в корпус!
Дун!
Усиленный весом тела удар пробил толстый слой жира, заставив Альвиду сплюнуть кровью, а следом один за другим в неё вонзились ещё пять кулаков подряд, постепенно отрывая её грузную тушу от земли и отправляя в полёт!
Когда её бесчувственное тело рухнуло на пол, на складе воцарилась мёртвая тишина.
Гуань И выпрямился, завершая приём.
Если не считать учебных схваток со старшими братьями и сёстрами по школе, это была первая проверка синъицюань в реальном бою, и результатом он остался весьма доволен. Раз уж он сумел одолеть Альвиду — пусть даже до её выхода в море, — то и пираты с наградой в три-пять миллионов не должны стать для него большой проблемой.
Итак, что дальше…
Зачем я вообще сюда приходил?
---
【Постскриптум: Четыре Барана ростом 175 см и весом 92,5 кг ни в коем случае не хотел обидеть полных людей. Желаю всем пухлым друзьям успешно похудеть и стать красивыми и стройными!】
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…