Глава 8
Это восьмая глава из двух, выложенных подряд. Момент для паузы не самый удачный, но, похоже, это последняя публикация в январе.
Со следующего месяца обновления будут выходить согласно объявлению, но я постараюсь как можно ближе держаться графика раз в неделю, так что прошу вашей поддержки. История продлится ещё совсем немного.
— Бесконечный цикл — это явление, при котором бесконечно повторяются триста шестьдесят пять дней с первого апреля две тысячи двенадцатого года по тридцать первое марта две тысячи тринадцатого. Если предположить, что мы с вами, Такудзи-сан, — избранные обитатели, то этот год, думаю, можно назвать «избранным годом», — произнесла Инори, отправляя пасту в свой маленький ротик.
Видимо, из-за внезапного дождя посетителей прибавилось, и её лишённый интонаций голос почти тонул в шуме ресторана.
Для меня, разумеется, как и для Хосонами, это было очевидным фактом, поэтому мы без возражений кивнули.
— Итак, первое, о чём стоит задуматься: почему цикл охватывает именно этот период?
— А-а, и правда, всё подогнано до неестественного красиво. Мы же не в школе.
Хосонами поддакнул с абсолютно серьёзным видом.
В нём совсем не чувствовалось взрослого, который просто подыгрывает детским забавам. И как только человек, не испытавший этого на собственной шкуре, умудрялся верить в Бесконечный цикл?
То ли Инори была настолько убедительна, то ли сам Хосонами от природы легковерен — одно из двух.
— Но разве Бесконечный цикл — не часть какого-то природного явления?.. Как ни крути, это ведь «нечто», выходящее за пределы возможностей человеческой науки.
По крайней мере, я всегда так считал. Раз уж для людей подобное явно невозможно, значит, это возникшее естественным путём искажение законов мира.
— Или ты хочешь сказать, что кто-то устроил такое сознательно и целенаправленно?
— Разумеется, нынешнему человечеству такое не под силу. Теория относительности, теория нейтронных звёзд, парадокс близнецов при лоренцевом сокращении, возмущение магнитного поля — какую из опубликованных ныне теорий ни возьми… нет, даже с учётом неопубликованных или каких угодно ещё, вызвать столь масштабное явление искусственным путём нереально. Начнём с того, что раз обычные люди его даже не осознают, само собой разумеется, что Бесконечный цикл действует вне человеческого контроля.
— Хм. Тут я с тобой согласен.
— Впрочем, у меня гуманитарный склад ума, так что в подробностях я не очень разбираюсь.
— Вот как?
Это прозвучало неожиданно.
Хотя мне, в общем-то, было всё равно.
— Однако, — сделав оговорку, Инори продолжила: — мне почему-то упорно кажется, что этот факт служит подтверждением того, что за Бесконечным циклом стоит чей-то личный замысел.
— Эй-эй, ты сама-то понимаешь, насколько противоречивые вещи говоришь? Ты сейчас утверждаешь, что невозможная для человека вещь сотворена человеческими руками.
Слишком уж нетипичные для неё слова.
Судя по тому, что я видел до сих пор, мне с трудом верилось, что она не понимала столь простых вещей.
— К тому же спрошу иначе. Допустим, это было бы не «первое апреля»
— какая дата начала Бесконечного цикла тебя бы устроила? Новый год? Рождество? Это ведь изначально неестественное явление, не вписывающееся в существующие законы времени. Не думаю, что зацикливание на этом поможет нам продвинуться вперёд.
— Это… правда, но…
— Слушайте, ребятки.
Тут Кёсукэ виновато поднял руку.
— Может, будете говорить чуточку понятнее для этого дяденьки, а?
— А, да нет, ничего особенного. Просто Бесконечный цикл — явление, неподвластное человеку, вот и всё. Да?
— …
Инори же приложила руку к подбородку и тихонько задумчиво промычала.
Зачастую было совершенно невозможно понять, что у неё на уме. Позволять ей глубоко уходить в свои мысли было опасно.
Одно неосторожное движение — и она могла наступить на мину. Именно ради того, чтобы этого не допустить, я и вызвался сотрудничать.
— Ладно, давай пока отложим этот момент как один из неясных вопросов… Есть ещё что-то, над чем нам стоит подумать?
— Да, пожалуй… тогда…
Вот так я перевёл тему в другое русло, чтобы рассеять мысли Инори.
Похоже на мелкое вредительство, но осторожность лишней не бывает.
Нарочито откашлявшись, Инори предложила следующую тему:
— Поговорим о нас самих. Давайте систематизируем то, что мы с вами, Такудзи-сан, можем переносить в следующую мировую линию.
— Ага… ну, тогда давай объясню я, как более опытный.
— Хорошо. Прошу вас.
Это было абсолютно необходимо, чтобы сполна наслаждаться циклом, и за первые несколько лет я перепробовал всё, что только приходило в голову.
Например, однажды я задался вопросом, исчезнет ли нанесённая на тело татуировка к следующему «первому апреля», и разрисовал себя совсем как Безухий Хоити. В итоге всё, разумеется, бесследно исчезло.
— Для начала повторим основы цикла. Как я уже говорил, «перезапуск» Бесконечного цикла происходит ровно первого апреля. В это мгновение абсолютно всё в мире сбрасывается к исходному состоянию на «первое апреля». На меня это, естественно, тоже действует, и где бы я ни находился за секунду до этого, меня мгновенно возвращает туда, где я был на момент «первого апреля»… в моём случае — в собственную комнату. Инори, всё верно?
— Да, у меня точно так же.
— Так, Хосонами-сан, у вас найдутся бумага и ручка? Я быстренько набросаю список.
— Ага, держи.
Сразу видно детектива. Он в одно мгновение достал из внутреннего кармана ручку и листок из блокнота. Наверное, носил с собой, чтобы в нужный момент ничего не упустить.
Взяв ручку, я принялся бегло перечислять то, что передаётся через цикл.
— Память, моторика, рефлексы… в общем, по большей части всё, что было пережито в прошлом. Всё, что отложилось в голове и запомнилось, можно перенести в следующий раз.
Теперь я перевернул листок и стал записывать на обороте то, что перенести нельзя.
— Функции организма без исключений возвращаются к состоянию на «первое апреля». Мышцы, жир, пять чувств — всё это попадает под сброс. Вещи, которыми владел до этого, само собой, пропадают, и одежда сменяется на ту, что была на тебе в тот момент. Болезни тоже перенести нельзя, я сразу выздоровел. Точнее, не столько исцелился, сколько восстановился. Хотя это как раз к лучшему.
— Вы даже специально заболевали?..
— …Если залпом выпить бутылку соевого соуса, заболеть проще простого.
Услышав это, Кёсукэ откровенно поморщился.
К слову, хорошим детям повторять такое я категорически не советовал бы. Даже если делать это ради прогула школы, овчинка выделки не стоит.
Во-первых, в больнице всё сразу всплывёт, а во-вторых, у соуса вообще-то есть смертельная доза.
В моём случае мне просто хотелось по-быстрому проверить, переносится ли болезнь в следующий цикл, но от дурноты и тошноты я тогда чуть коньки не отбросил.
— И всё-таки на удивление мало вещей можно забрать с собой, — заметил Хосонами, взяв пальцами исписанный мной листок и разглядывая его.
Действительно, даже судя по количеству букв в записке, того, что забрать нельзя, оказалось подавляющее большинство.
— Зато накопленный опыт — штука весьма серьёзная. Сколько его ни копи, сами клетки мозга ничуть не тупеют. В моём случае я могу вечно усваивать новое с цепкой памятью шестнадцатилетнего подростка, так что не всё так уж плохо.
Благодаря этому изучение языков шло просто отлично.
Начиная с английского, я научился свободно говорить на пяти основных языках: французском, русском, китайском и немецком. Нет, если считать с японским, то на шести.
В обычной жизни мне бы такое точно никогда не удалось.
— Ты ведь уже лет пятьдесят повторяешь? Ну и ну, невероятный ты тип.
— Это точно. Впрочем, можно сказать и иначе: я просто недобиток, который за пятьдесят лет так и не сумел выбраться.
От моих слов Хосонами горько усмехнулся.
Я уж подумал, не сболтнул ли чего лишнего, но Хосонами заговорил:
— Давай на «ты», Айкава-кун. Ты же меня недавно молокососом назвал. Мне как-то не по себе, когда со мной общается вежливо тот, кто в душе держит меня за сопляка.
— А, ну ладно, раз так. Хосонами-сан, есть ещё какие-нибудь мысли с точки зрения обычного человека?
— Дай-ка подумать…
Возможно, у него получилось бы взглянуть на вещи под другим углом, нежели у нас.
Немного поразмыслив для виду, он задал такой вопрос:
— Ты ведь только что сказал, что ровно с наступлением «первого апреля» возвращаешься туда, где находился в тот момент?
— Ага, это что-то вроде телепортации. Недавно вот я до тридцать первого марта пробыл в Голландии, а как только наступило «первое апреля», тут же очутился в своей комнате.
— Телепортация, значит… И как, тело там светится, будто от сверхспособностей, или силы разом покидают, как при нехватке очков магии в играх?
— Да нет же, ты что, аниме пересмотрел?
— Ну, мне просто всегда немного хотелось чего-то такого.
Смущённо улыбнувшись так, что на щеках появились ямочки, он показался чуть моложе, чем обычно.
И тут мне вспомнилась моя мать. Ну почему все взрослые вокруг меня вели себя как сущие дети?
— Увы и ах, этот мир не фэнтези вроде «Драгон Квеста» или «Файнал Фэнтези». Наступает «первое апреля», ты один раз моргаешь. И всё — ты уже вернулся. Ничего интересного.
— Э? Вот как?
Хранившая до сих пор молчание Инори наконец подала голос.
Похоже, она отреагировала на мои слова. Решив, что ей могло что-то прийти в голову, я на всякий случай спросил:
— Ты так говоришь, будто у тебя иначе.
— Да. В моём случае через несколько секунд после наступления «первого апреля» пейзаж вокруг просто мгновенно меняется. Даже без моргания.
— Ого. Не совсем понимаю почему, но, выходит, между мной и тобой тоже есть различия.
Разница во времени до сброса, значит?
Об этом я не знал. Неужели Бесконечный цикл проявлялся по-разному в зависимости от человека?
Понятия не имею, по какому критерию мы с Инори различались, но это определённо стоило взять на заметку.
— Различие пустяковое, но, возможно, если покопаться, найдутся и другие несовпадения. Надо будет в следующий раз с самого начала детально всё сверить.
— Вы правы…
Могло статься, что я разворошу осиное гнездо, но для меня это тоже, несомненно, была полезная информация. Я не терял бдительности перед Инори, однако на небольшой риск пойти стоило.
Я бы соврал, сказав, что мне самому совсем не хотелось узнать правду о Бесконечном цикле. О собственном жилище нужно знать как можно больше.
В этот момент сквозь фоновую музыку ресторана пробилась задорная мелодия — заглавная песня какой-то известной айдол-группы.
Сидевший напротив Хосонами достал мобильник и поднялся с места. Редкая по нынешним временам раскладушка.
— Звонят, прошу прощения.
Приложив трубку к уху, он отошёл к туалетам.
После короткого разговора Хосонами вернулся.
— Извиняйте, похоже, подвернулась работёнка. Уж не обессудьте, но дальше покумекайте вдвоём, мило и дружно.
— «Мило и дружно» тут лишнее.
Быстро собрав свои вещи с соседнего стула, он добавил:
— Думаю, к вечеру освобожусь, так что если на обратном пути понадобится машина — скажите. Свой номер я Инори-тян оставил, но и ты, Айкава-кун, на всякий случай забей его себе в телефон.
— Понял. На улице дождь идёт, зонтик-то есть?
— Эй-эй, я же детектив! Держать при себе реквизит для расследований — это азы профессии. Бывайте.
Бесстрашно усмехнувшись, на этот раз он окончательно покинул заведение.
Что ни говори, настоящий детектив — испарился в одно мгновение. Да ещё и любезно прихватил с собой счёт на троих.
— Ушёл, — произнесла она.
— Ага. У детективов тоже полно хлопот.
— …Мы остались совсем одни, да?
— Ага. Раз его больше нет, пересаживайся напротив. Тут ведь неудобно, разве нет?
— Э-э…
— Да почему с таким недовольством-то?
Мне с самого начала было неудобно так разговаривать.
В итоге Инори всё-таки послушалась меня и пересела на стул, который занимал Хосонами.
— Ну что, о чём поговорим дальше? Можем продолжить разбирать Бесконечный цикл, но раз уж Хосонами-сана нет, может, подумаем о чём-нибудь другом?
— Пожалуй. Если долго думать об одном и том же, заходишь в тупик и быстро устаёшь, — ответила Инори, вертя в руках вилку после еды.
— Тогда, в качестве передышки, давайте я поделюсь своими соображениями насчёт наших дальнейших действий.
— Дальнейших действий?
На мой вопрос она коротко кивнула.
— Да. Помимо теорий о природе Бесконечного цикла, которыми мы занимались сегодня, давайте наметим ориентиры для нашей ближайшей цели — побега.
— Понятно. Но разве такие ориентиры вообще существуют?
Что-то, что можно было сделать, помимо размышлений над загадкой Бесконечного цикла.
…Неужели.
— Один есть.
Если я правильно понял, к чему она клонила, то задача эта была невероятно трудной.
То ли Инори сама это прекрасно понимала, то ли уже пробовала воплотить на практике, но рот она раскрыла нерешительно и с тяжёлым видом:
— Нам нужно найти других обитателей Бесконечного цикла, помимо нас с вами.
Слово «невозможно» едва не сорвалось с моих губ. Я с трудом удержался, чтобы не произнести его вслух.
— Считаете, это невозможно?
Видимо, она заранее понимала, какой будет реакция.
Раз так, скрывать смысла не было, и я размашисто кивнул в ответ:
— Ага. Нереально.
— …По какой причине?
— Да всё просто. Если бы такое было возможно, мы бы сейчас не сидели в подобной ситуации.
В ситуации, когда всего два человека, знающих о Бесконечном цикле, собрались вместе и пытались что-то с ним сделать.
— Слушай, скажу тебе прямо. То, что ты сумела найти меня, — удача, сравнимая с главным выигрышем в лотерею. Поскольку Бесконечный цикл — явление мирового масштаба, по простым подсчётам, наша встреча — это чудо с вероятностью в несколько человек на 7 000 000 000. В своё время я и сам занимался тем же, что и ты, поэтому знаю. Найти других обитателей просто нереально.
Я произнёс это таким тоном, чтобы между строк ясно читалось: «Не обольщайся».
За тот один год, о котором говорила Инори, мы бы ни за что не успели.
— Так что давай займёмся чем-нибудь более конструктивным…
— А если я скажу… что у меня есть одна зацепка?
От этой короткой фразы по телу пробежал такой разряд, словно весь шум вокруг на миг исчез.
Я даже подумал, что мне послышалось.
— …Что?
— Речь идёт исключительно о вероятности. У меня нет такой же твёрдой уверенности, какая была в случае с вами, Такудзи-сан. Это и правда всего лишь догадка. Поэтому я сначала и встретилась с вами, но…
Тут Инори задумчиво замялась.
— Просто… если позволите высказать личное мнение, «она»
— безоговорочный гений. Мне с ней даже близко не сравниться, она уже давно перешагнула рамки обычной старшеклассницы. В какой бы области ни взять, ей нет равных. Человек, подобный сотворённому чуду.
— Чт…
Эта…
Сама Инори отзывалась о ком-то подобным образом?
Но это ведь слишком…
Слишком уж невероятно, разве нет?..
…Думала, я так скажу?
Нет-нет.
Ну уж нет.
С какой стати мне от одних только громких слов послушно кивать, восхищаться и трястись от страха? Как ни крути, она явно преувеличивала.
— Если допустить, что «она» пользуется благами Бесконечного цикла… тогда её сверхъестественные способности становятся вполне объяснимы.
На лице Инори не было ни тени шутки, но мне-то какое дело?
Это было даже смешно. Хотя ничего забавного тут не было.
Сделав небольшую паузу, Инори отчётливо произнесла:
— Я почувствовала между «ней» и вами нечто общее.
— …Знаешь, нет никакой радости слышать, будто я похож на человека, которого даже в глаза не видел.
Я уже начинал откровенно уставать от Инори.
Честно говоря, поневоле задумаешься: неужели она всегда была настолько глупой?
Не человек, а сотворённое чудо — она это вообще серьёзно? У неё что, ни с того ни с сего приступ синдрома восьмиклассника разыгрался?
Уж не знаю, отдавала ли она себе отчёт, но тогда она говорила точь-в-точь как слепо поклоняющаяся фанатичка этой самой «её».
Прикрывалась чужим величием, что ли. Бывают же такие люди, которые хвастаются чужими заслугами так, словно они их собственные.
— К тому же все твои слова опираются исключительно на твоё личное чутьё. Сейчас здесь нужно твоё логическое мышление. Ты правда думаешь, что сможешь убедить меня подобными россказнями?
— Разумеется, я так и думала, что вы скажете нечто подобное, Такудзи-сан.
— «Так и думала», говоришь…
Я уже собирался надавить на неё сильнее, но Инори снова заговорила:
— Поэтому, чтобы вы, Такудзи-сан, могли убедиться лично, я уже пригласила её сюда. По ряду причин мы с «ней» знакомы, пусть и пересекались всего несколько раз.
— А… че-его?!
Погоди, пригласила?
Эту гениальную особу — сюда?
— Вообще-то я планировала, что мы побеседуем вчетвером, включая Хосонами-сана, но раз у него работа, ничего не поделаешь. Давайте оценим «её» вдвоём.
— Эй-эй, постой. Всё слишком внезап…
…
…А?
— Она должна подойти с минуты на минуту… Такудзи-сан?
Казалось, Инори что-то говорила, но я не слышал. Моя голова просто отказывалась воспринимать звуки.
Эй… эй.
Да ладно, это ведь ложь?
Неужели она… именно она — тот самый гений, которого позвала Инори?
— …
По спине пробежал ледяной холод.
Сердце заколотилось так бешено, что стало больно. Было тяжело дышать.
Возникла иллюзия, будто пол под ногами вязко искривился. К горлу неудержимо подступила тошнота.
Инори со своего места, видимо, ещё ничего не заметила.
Но я увидел. Эту самую «её». Она попала в моё поле зрения.
Гений. Гений, значит.
Смотря как назвать.
«В прошлом я называл это чудовищем».
— Извините за зонтик. Эм…
— Да ладно, зонтик всё равно не мой, а её. И кстати, меня зовут Хисаку Юхэй.
— А меня — Татибана Акацуки.
— Вот как, спасибо вам. Хисаку-кун, Татибана-тян.
Почему?
Почему вы двое оказались там?
— Кажется, меня ждут в этом ресторане… а, вот она.
— О. А это там, случаем, не Айкава?
— И правда, а что за девочка с ним?..
«Какого чёрта вы двое припёрлись сюда вместе с ней?!»
— Я, кажется, опоздала, Янагидзуки-тян. Прости.
— Нет, что вы, это вы извините, что вытащила вас сюда. Я ждала вас, сэмпай.
«Если уж желать большего… я хочу, чтобы ты никогда меня не забывал, что бы ни случилось».
— Надо же, вот так совпадение! Слушай, так та встреча, о которой она говорила, — это с тобой, что ли?
— Айкава-кун, ты сегодня обедаешь здесь? Мог бы и нас позвать.
Ах.
«Именно потому, что я могу стать жертвой ради вас двоих, я смогу „взлететь“».
Ах.
«…Спасибо».
Воспоминания и картины настоящего и прошлого смешались воедино.
Ожили. Всплыли в памяти.
Тот миг, то самое мгновение.
«Ну, тогда я… ухожу».
В тот день.
Стоя спиной к спине, мы смотрели «вперёд друг для друга».
Один — в сторону жизни.
А другая — в сторону смерти.
И там, на стороне жизни… на линии моего взгляда стояла…
— Должно быть, ты и есть тот парень, о котором рассказывала Янагидзуки-тян. Я немного наслышана. Эта девочка редко проявляет интерес к окружающим, но тут вдруг кого-то расхваливала.
Хочешь забыть — да не забудешь. Въевшееся в самый мозг, точно дерьмо в унитаз, воспоминание о третьем витке.
Перед глазами встал неправдоподобно прекрасный алый цвет.
И под лучами того закатного солнца — потерявший сознание, обмякший Юхэй…
«И „её“ фигура — та, что сжимает Юхэя в руке, словно какую-то сумку, и буравит нас взглядом с лицом, подобным застывшей маске театра Но».
«Её» имя — Тиягава Саки.
Та самая, что довела Акацуки до самоубийства.
Это моё первое произведение. Буду очень признателен, если вы укажете на опечатки и пропущенные буквы, а также поделитесь впечатлениями и критикой. Я планирую выкладывать главы минимум раз в неделю, но если из-за обстоятельств не получится, обязательно буду предупреждать.
Объявление: в феврале по личным обстоятельствам временно отменяю норму минимум одной публикации в неделю. Прошу понять.
[Добавлено: 8 марта] Текст отредактирован и дополнен.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…