Глава 5. ◆4 Утро с новой семьёй прошло примерно так.
Это определённо другая мировая линия.
Ещё недавно мне было под тридцать, а теперь я снова старшеклассник. Но это не 15 лет назад. У меня никогда не было младшей сестры, а тут она есть.
К тому же я ведь должен был быть куда более зажатым в общении. Будь это 15 лет назад, в мои тогдашние 15 лет.
При первой встрече с новой семьёй я точно не вёл бы себя так непринуждённо — точнее, я вообще не из тех, кто без умолку выкладывает всё, что взбредёт в голову.
Понятное дело, у меня сохранились воспоминания тридцатилетнего работающего человека, так что навыки общения я мог наработать к тому возрасту. Но даже с учётом этого я никогда столько не болтал!
Вдобавок ни когда я окончил университет, пошёл работать и жил один, ни тем более в свои 15 лет я не был таким хозяйственным.
Судя по воспоминаниям из прошлой жизни, совместные завтраки с новой семьёй продлились от силы первую неделю.
Сгрыз тост — и бегом в школу.
Весь разговор сводился к трём дежурным фразам: «Доброе утро», «Приятного аппетита» и «Я пошёл».
Да и те сошли на нет, едва минула первая неделя!
Ну а что, было как-то неловко? У Юи начались утренние тренировки? Господин Масаки уходил на работу? А мамка пропадала на ночных сменах?
Но на сей раз всё иначе.
Ведь есть Рина-тян.
Не хватало ещё, чтобы первоклашка завтракала в одиночестве! Так ведь и моя старая психологическая травма всколыхнётся!
По такому случаю на столе красовались жареный лосось, глазунья, натто, маринованная редька такуан, мисо-суп, пряные водоросли нори и рис — ровно по числу едоков.
И не надо говорить, что скромненько: этот завтрак приготовил старшеклассник, то бишь я, поднявшись ни свет ни заря.
Я жутко переживал, что будет, если никто к моей стряпне даже не притронется, но мне хотелось, чтобы хотя бы Рина-тян нормально поела. С такими мыслями я и накрывал на стол, как вдруг появившиеся в столовой господин Масаки и Юя уставились на еду сияющими глазами.
— Косэй, ну ты даёшь! Ты, оказывается, по хозяйству мастак, да ещё и готовить умеешь!!
— Ух ты, завтрак!
— Поразительно, Косэй-кун, с самого утра приготовил традиционный японский завтрак?
Такими были первые слова семейства Масаки, когда они расселись вокруг обеденного стола.
Трое красавцев с самого утра так сверкали глазами, что у меня аж в глазах рябило от этого великолепия.
— Э-э, да я ведь только лосося да яичницу поджарил?
— У меня вот глазунья вообще не получается! Вечно растекается. Слушай, а рыбу ты что, в кухонном гриле запекал?
— Юя ткнул пальцем в подсоленного жареного лосося.
— Ага. На открытом огне быстрее.
— И рис с утра сварил? — спросил господин Масаки.
— Да ну, с вечера таймер поставил.
Мамка работает медсестрой.
Ради Рины-тян, которая первое время будет рано возвращаться из школы, она сейчас перешла на ночные смены.
Так что перед сном я просто помыл чашу рисоварки, засыпал непромывной рис, залил водой и нажал кнопку таймера.
— Тоже мне повод для восхищения! Рис-то вообще мыть не надо было!
— Да одно то, что ты умеешь ставить таймер на рисоварке, уже круто!
— А?! Даже так?!
Погодите-ка, эти люди ведь куда способнее меня, верно? Уж кнопку таймера на рисоварке нажать всяко должны уметь?
Да и ладно… Раз уж они так радуются обычному завтраку, то и это, надеюсь, не пропадёт даром. Я протянул господину Масаки и Юе коробки с бэнто. Впрочем, одно название, что бэнто — на самом деле это обычные пластиковые контейнеры, завёрнутые в большие платки! Эх, надо будет в следующий раз попросить мамку купить нормальные ланч-боксы.
— Напитки сами себе купите.
— Э, Косэй-кун, ты нам даже обеды с собой собрал?!
Ну а что, мамка на работе, а раз уж я всё равно варил рис, почему бы не сделать заодно? Правда, внутри сплошь замороженные полуфабрикаты. Зато в онигири я положил маринованную сливу и солёного лосося.
— …Бать, он реально крут.
— Да уж… Старшеклассник, собирающий бэнто на троих, — такое только в сериалах бывает.
— Когда у тебя, Юя, начнутся тренировки в клубе, на твою долю времени уже не хватит. Вставать ещё раньше я не осилю, так что это мой предел.
Стоило мне это сказать, как этот красавчик чуть ли не прослезился с самого утра. Да что с ним такое?
В начальной школе кормят обедами, а к тому времени, как уроки закончатся, мамка уже будет дома, так что с Риной-тян проблем нет.
Когда я отписался об этом мамке в «Лайне», она в ответ засыпала меня стикерами со словами благодарности.
— Рина, ты что, сама так причесалась? — кажется, господин Масаки только сейчас заметил это, усевшись за стол.
— Мне братик Косэй завязал!
Волосы Рины-тян были собраны по бокам в два полухвостика.
Просто в моём вкусе! Милота — это закон! Я специально погуглил в интернете! Жаль только, что резинки чёрные. Кроме тех, которыми пользуется мамка, я ничего не нашёл.
По-хорошему, хотелось бы завязать ей какие-нибудь красивые цветные резиночки.
Это ведь в средней и старшей школе цвет резинок строго прописан в правилах, а в начальной такого нет.
Косички или сложное плетение на скорую руку я бы не осилил, но со временем обязательно освою.
И вообще, нелегко же девчонкам приходится каждое утро. С самой начальной школы такая морока.
— Косэй-кун…
…А чего это у господина Масаки тоже глаза на мокром месте?
Слышьте, можно встречный вопрос? Как вы вообще жили до того, как мы с мамкой к вам переехали? Мне вот дико интересно!
15 лет назад вы казались людьми, которые умеют абсолютно всё! У вас ведь не должно было быть никаких бытовых проблем, разве нет?!
— Как поедите, сложите посуду в раковину, пожалуйста.
Мыть чашки некогда. Если замочить их в воде, потом мамка вымоет…
— Я уже пойду.
— И Рина, Рина тоже пойдёт вместе!
Рина-тян поблагодарила за еду и аккуратно отнесла свою пиалу и тарелки в раковину, а я залил их водой.
Господин Масаки и Юя последовали её примеру.
В итоге мы все вместе проверили, заперты ли двери и окна, и отправились кто на работу, кто в школу.
По пути от нашего нового дома к станции мы заглянули в начальную школу.
— Когда я был ребёнком, у нас ещё существовали школьные группы, и соседские дети собирались вместе, чтобы идти на уроки, — заметил по дороге господин Масаки.
Разумеется, сейчас, в эпоху низкой рождаемости, такого уже нет… хотя в некоторых районах, наверное, ещё осталось.
Отпускать первоклашку одну в школу… как-то боязно, да.
Хм? А не рановато ли мы ведём Рину-тян на уроки?
— Господин Масаки.
— Что такое?
— Не слишком ли рано для начальной школы Рины-тян?
— Думаю, всё в порядке. Школа Рины прямо у станции, и я слышал, многие дети ездят сюда с соседних станций.
Ого, значит, тут есть и ученики, добирающиеся издалека.
— Я иду вместе с братиком Косэем!
Слушайте, можно я кое-что скажу? Из своей прошлой жизни в старшей школе я вообще не припомню, чтобы хоть раз держался за ручку с девчонкой…
А сейчас я иду за руку с ученицей начальной школы!
Но это моя сестрёнка! Я не какой-нибудь подозрительный тип. Я, между прочим, старший брат! Так что давайте без звонков в духе «Господин полицейский, это он»! Серьёзно, не надо!
— Рина совсем к тебе привязалась, Косэй-кун.
На слова господина Масаки Рина-тян радостно закивала.
— Братик Косэй и кушать готовит, и волосы Рине завязал!
— Ты и правда на все руки мастер.
Э… этот красавчик мной восхищается? Погодите-ка, будь я девчонкой, это что, сейчас бы сработал романтический флаг? Нет-нет, бред какой-то.
— Насчёт причёски я просто погуглил и потренировался… А с готовкой — ну, мамка ведь и раньше вечно пропадала на работе, так что волей-неволей пришлось научиться… Кстати, а как вы с Юей до сих пор питались, господин Масаки?
— В основном едой из круглосуточных, заморозкой и в кафешках, — в один голос ответили господин Масаки и Юя.
Да ладно… А, ну тогда я спокоен насчёт бэнто, которые только что им вручил. Я ведь немного переживал, что на гарнир там сплошные замороженные полуфабрикаты. Значит, жаловаться точно не станут.
— Папа, братики, счастливого пути!
— Ага.
— Ты тоже старайся, Рина.
— Угу!
Помахав нам на прощание ручкой, Рина-тян скрылась за школьными воротами.
Аж на душе потеплело — одно это «счастливого пути» от Рины-тян окупило все мои утренние старания.
До того как меня сбил грузовик, мои утра бывали суматошными, но ещё никогда — такими душевными и тёплыми.
— Береги себя, Косэй-кун.
— Бывай, Косэй.
— А, угу.
Когда на пересадочной станции нам с господином Масаки и Юей пришло время расходиться в разные стороны, Юя попрощался со мной.
До чего же светлый парень. Сколько ни перематывай время вспять, Юя в любой жизни остаётся обаятельным красавчиком.
До обратной перемотки эта его черта вызывала у меня такую чёрную зависть и ревность, что аж зубы сводило от раздражения, но теперь, сделав полный круг, я находил его даже милым.
Наверное, всё потому, что во мне жили воспоминания тридцатилетнего мужика, за плечами которого уже есть жизненный опыт и прожитые годы.
— Ах да, Косэй-кун, постой.
— М?
Папа Масаки окликнул меня.
На миг сердце ёкнуло. Спокойно, у меня же память взрослого мужика под тридцатник.
Я уже не тот зашуганный пятнадцатилетний пацан, который робел перед взрослыми мужчинами — теперь я дядька в шкуре подростка! Не дрейфь, я.
Не подозревая о том, что творилось у меня в душе, папа Масаки достал из бумажника купюру и протянул мне.
— А?
— Если не хватает каких-то канцтоваров, докупи по дороге из школы. Юе я уже дал.
— Чт…
— Мы ведь сэкономили на обеде. Спасибо тебе.
Оставив после себя светлую улыбку, сразу выдававшую общие с Юей гены, он зашагал к своей линии пересадки. И тут я крикнул в спину папе Масаки:
— …С-спасибо большое!
Папа Масаки обернулся и помахал мне рукой.
Я вообще не помнил, чтобы в свои 15 лет до обратной перемотки хоть как-то разговаривал с господином Масаки.
Разве что на том обеде по случаю мамкиного замужества буркнул дежурное «прошу любить и жаловать»… Так что никаких карманных денег он мне тогда, разумеется, не давал.
Да что вообще происходит?
Уж не знаю почему, но, заходя в свой поезд на пересадке, я вдруг подумал: а ведь, возможно, и тот прежний я, до попадания в другую мировую линию, тоже мог бы вот так шаг за шагом сблизиться с этими двумя…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…